Чтение онлайн

Я боялась такой боли.

И жаждала ее.

Почувствовать страдание настолько глубокое… наверное, только такая любовь могла его породить.

— Какой она была? — прошептала я. В груди защемило. Я представила ее: прекрасную, сильную, уверенную, с тем взглядом, от которого мужчины теряют голову. Конечно, задавая этот вопрос, я просто защищалась. Хотела напомнить себе, что все это — не то, что я воображаю. Что между нами ничего не может быть.

— Она была совершенством, — сказал он, проведя рукой по губам и избегая моего взгляда. — Родом из знатной, богатой семьи. Ее отец был военным генералом, а мать… — челюсть напряглась, он покачал головой. Я нахмурилась, не понимая, но он все же продолжил. — Мою жену обожали. Ее оберегали, но… задушили заботой, — на слове «задушили» по лицу скользнула странная гримаса. — А я был никем. Простолюдином. Чудо, что она вообще на меня посмотрела. Семья не позволяла ей выходить одной, но она была бунтаркой. Упрямой. Однажды она сбежала из дома и появилась в моей кузнице, — теплая, ностальгическая улыбка осветила его грубые черты. — Тот день был самым счастливым в моей жизни. Она была самым прекрасным созданием, что я когда-либо видел.

Когда он вновь посмотрел на меня, в его взгляде было столько нежности, что мне вдруг стало жарко. И неловко. Я сглотнула, чувствуя, как ком подступает к горлу.

— Она сказала, что ей нужно оружие, — продолжил Гэвин. — И что я должен научить ее владеть им. Я, наверное, выглядел идиотом. Стоял, ошарашенный, весь в копоти, с грязью на руках и на лице, но я бы сделал все, что она попросила.

— Что с ней случилось? — прошептала я.

— Ее у меня забрали, — произнес он медленно, словно издалека. Потом будто стряхнул с себя воспоминание. — Но я же сказал, что было, то прошло.

Я с трудом сглотнула.

— Женщина, которую ты любишь… должно быть, была особенной.

Он посмотрел на меня, и свет в ореховых глазах погас, растворившись в печали. Может, он пожалел о том, что рассказал мне, может, понял, что я слишком молода, чтобы понять, но все равно протянул руку и большим пальцем приподнял мой подбородок, заставляя встретиться с ним глазами. Лицо его было полным сожаления.

— Забудь, — тихо сказал он. — Хорошо?

Я натянуто улыбнулась, хотя знала, забыть это невозможно. Как невозможно было забыть жену Казa. Или то, что Финн и Джемма до сих пор не вместе из-за того, через что проходят наши люди. Я не могла позволить себе забывать. Не имела права.

Он откашлялся, покачал головой и пошел в сторону лагеря. Словно на миг позволил себе утонуть в ее призраке, а я вытащила его обратно.

Я ненавидела то, что само мое присутствие здесь делало его несчастным.

— Гэвин? — позвала я и услышала хруст камней под его ногами, когда он остановился и повернулся ко мне. Я едва сдержала всхлип от той страшной, безысходной надежды, что мелькнула в его глазах. — Мне так жаль, что ее у тебя забрали.

Его плечи поникли. Покрасневшие от эмоций глаза потемнели и пронзили меня, и его боль стала моей болью.

— Мне тоже жаль, — выдохнул он глухо, сиплым голосом.

Простая фраза. Та, которую можно услышать от любого человека, потерявшего любимого, но, как и все, что говорил он, это прозвучало… иначе.

Это разорвало меня на части.

В эту ночь я глупо, по-детски, беззвучно плакала в свой плед, лежа под серыми камнями, которые была бы счастлива никогда больше не видеть.

Ариэлла

Примерно в половине дневного перехода на запад от Товика мы остановились лагерем у маленькой деревушки. Это была наша последняя остановка перед недельным отдыхом у друга Гэвина, кто бы он или она ни был. А затем еще три дня пути, и мы достигнем Бриннеи, там меня ждал мой настоящий отец.

Я не могла скрыть волнения. Мысль о встрече с четырехсотлетним колдуном действительно пугала.

В голове я пыталась подготовиться, даже если это означало доказать что-то самой себе. Даже если это означало провести день в лесу в одиночестве, защищаясь только руками и ножом, пока остальные посещают деревню. Мне нужно было знать, что я снова смогу быть одна, удостовериться, что не исчезну, не превращусь обратно в пустую оболочку женщины. Удостовериться, что я все еще та женщина, которая мне начинала нравиться.

Мне нужно было попробовать.

Если бы только я могла его убедить.

На следующее утро мы пропустили тренировку. Смит почти не произнес ни слова за весь день, но я заметила, что он все так же прячет черный шнурок с кольцами под рубашкой.

Сегодня он был тише, не напряженный или злой. Хороший знак, сказала я себе, поэтому последовала за ним к небольшой группе красных кленов, чтобы собрать дрова, пока остальные обустраивали лагерь у костра.

— Что ты делаешь? — спросил он, увидев меня.

Резкий невидимый удар от холодности его слов пронзил грудь.

— Я думала, что завтра, пока остальные будут в Товике, я могла бы остаться на день и потренироваться…

— Нет.

— Ты даже не дослушал…

— Мне и не нужно, — он снял чехол с топора и начал точить лезвие. — Ты никуда не пойдешь и нигде не останешься одна.

— Мог бы ты перестать меня перебивать?

Гэвин пожал плечами.

— Я перестану, когда ты перестанешь делать глупые предложения.

Гнев ужалил грудь.

— Ты, знаешь ли, засранец.

Он низко присвистнул и усмехнулся.

— Осторожнее с язычком, Ваше Высочество.

— Ты меня не слушаешь! — рявкнула я, сдерживая злые слезы, жгучие глаза. — Я…

— Хватит! — могучий крик заставил деревья дрожать, а меня содрогнуться. — Это не обсуждается, Ариэлла.

— Гэвин.

Его лицо смягчилось сразу, когда я произнесла его имя, поэтому я шагнула вперед и схватила его толстое предплечье руками. Его глаза зацепились за мои пальцы.

— Мне нужно знать, что я смогу выжить одна, даже если вы все будете неподалеку.

Он вздохнул.

— Обещаю, у тебя будет достаточно возможностей испытать себя, — высвободил руку из хватки и отошел, — но не сейчас. Не в этот момент.

— Ты… — я стиснула зубы и сжала кулаки по бокам, не заботясь о том, что выгляжу и звучу, как капризный ребенок. — Ты говорил мне никогда не позволять кому-либо забирать мой выбор и собираешься забрать его сейчас?

Его глаза сузились. Он изучал меня, будто я была выставлена напоказ, стоя на маленькой поляне, словно созданной только для него. Он прислонил топор к основанию клена и снова приблизился.

Разгоряченное дыхание собиралось в маленькие облачка между нами, выдавая меня. Я отказалась смотреть вверх, не желая давать ему удовлетворение от знания, насколько уязвима под его взглядом. Но я почувствовала, как его губы коснулись моего лба, и колени стали подкашиваться.

— Конечно нет, Ариелла, — я ощутила, как его глубокий гулкий голос проникал в тело, смакуя произнесенное имя, словно он мог ощутить его вкус. — Но если ты добровольно решишь подвергнуть себя опасности, остаться одна в лесу, где каждое живое существо хочет тебя съесть, так или иначе… — его нос коснулся моего виска. — Будут последствия, — я почувствовала трение его бороды о щеку, и воздух вокруг меня стал сгущаться, — к которым ты еще не подготовлена.