Чтение онлайн

Наши гости расположились на подушечках недалеко от постамента с большой статуей, руки которой сложены перед лицом в молельном жесте. Абла Наира сидит на небольшой возвышенности, опирается спиной о ногу статуи, с задумчивым лицом набивает трубку и заслышав мои шаги поднимает голову. Ее усталое лицо озаряет теплая улыбка и лик емонии как будто посветлел.

– А вот и чай, – певучим голосом говорит женщина.

Ставлю поднос с армуду и расписной тарелочкой в центре мужчин сдерживаясь чтобы не рассматривать их обветренные лица. Они поджимают под себя ноги давая мне пространство. С лязганьем посуда ставится на низкий резной столик с вычурными ножками. Его обычно достают для прихода дорогих гостей, в обычное же время емонии пьют чай ставя поднос на пол.

Я подхватываю чайник, в котором уже успел завариться чай. Темная густая струя вырывается из носика и ударяет в стеклянные стенки армуду, потихоньку заполняя пространство. Ароматный пар бьет в лицо, и запах пряностей смешивается с благовониями, от чего у некоторых мужчин с непривычки начинают слезиться глаза. Рыжеволосый мужчина, с резкими чертами лица и высокими скулами, аккуратно берет в руки армуду слегка дуя на гладкую поверхность чая. Он с наслаждением закрывает глаза и делает небольшой глоток напитка под внимательным взглядом верховной жрицы.

Абла Наира жестом отправляет меня прочь, затягиваясь своей трубкой и выпуская из ноздрей две тонкие струйки дыма которые тут же рассеивает рукой.

Я отхожу на несколько шагов от компании и ныряю за колонну оставаясь почти что не заметной. Только Ансел провожает меня внимательным взглядом. Он прячет ухмылку за долгим глотком горячего, почти обжигающего, чая.

– По старой традиции, – голос рыжего оказывается высоким, и громким в тишине залы от чего все присутствующие слегка вздрагивают, – мы принесли вам дары.

Настоятельница храма Эслафон скрещивает ноги расправив полы каиса, подпирает кулаком лицо и снова затягивается трубкой.

– Вы начинаете не с того, уста12…

– Ицхак. Ицхак Адийский – говорит рыжеволосый и слегка склоняет голову.

– Уста Ицхак Адийский, – медленно проговаривает имя жрица, слегка причмокивая губами.

– Можно просто Ицхак, – кивает рыжеволосый мужчина.

Абла Наира одаривает его теплой улыбкой и произносит:

– Мое имя Нархэйзе Армадашура. Но для дорогих гостей, просто абла Наира. Я верховная жрица и настоятельница храма Эслафон. – Она склоняет голову к плечу постукивая себя мундштуком трубки по губам и тут же спохватившись говорит. – Ох, право, пробуйте наши лучшие финики высушенные под палящим солнцем в наших садах. Вы такие не ели в своем доме полного снега и суровых ветров.

Ансел первым подхватывает маленький сухофрукт и отправляет его в рот продолжая смотреть в мою сторону. Он нетерпеливо поддергивает ногой как будто хочет сорваться с места, чем вызывает недоуменные взгляды других мужчин. Только Ицхак продолжает внимательно смотреть на жрицу.

– Я так понимаю наследный принц Лоран Ревар не почтит скромное жилище Эслафон своим присутствием, – абла Наира кивает и подносит к губам тонкое стекло армуду и прежде чем сделать глоток, вдыхает аромат чая.

– Он занят приготовлениями к сегодняшнему вечеру, и отправил меня к вам как доверенное лицо, почтенная абла Наира.

– Мы принесли вам дары, – не выдерживает Ансел и ослепительно улыбается когда емония хмурится на его слова.

Он достает из кармана камзола бархатный мешочек.

– Мы осведомлены к вашей маленькой слабости, – продолжает с улыбкой говорить белокурый мужчина, – и принесли для вас этот табак, выращенный в наших землях и собранный весной этого года. Самый свежий урожай.

Женщина принимает подарок аккуратно оставляя возле ног армуду, и поддаваясь искушению развязывает тонкие тесемки мешочка. Трогает кончиками пальцем высушенные скрученные в трубочки листья и не удержавшись пробует их на вкус. Закатывает глаза в удовольствии и тут же быстрым отточенным движением опустошает чашку трубки в блюдце из под армуду.

Все терпеливо ждут когда абла Наира набьет трубку и щелчком пальцем призовет синий огонь чтобы затянуться. Она изумленно вздыхает и слегка кашляет выпуская несколько струек дыма.

– Я принимаю ваш дар, – она сладко улыбается и еще раз затягивается, – но боюсь это не те дары что стоит преподносить нашим предкам о которых мы можем похвастаться нашему солнцеликому падишаху Джириумасе Ас Махий.

Ицхак склоняет голову, косо и не по доброму смотря на Ансела.

– Этот подарок мы привезли из нашей страны персонально для вас, – медленно подбирая слова говорит мужчина. – мы были наслышаны о том, что стоит почитать не только предков, но и женщин чьи речи они слушают каждый день в этом прекрасном храме.

Довольная емония не скрывает улыбки, словно купается в хвалебных речах произносимых послами.

И когда Ансел снова хочет влезть в разговор то Ицхак резко поднимает руку, через плечо бросая рассерженный взгляд который заставляет мужчину стыдливо потупиться и замолкнуть. Рыжеволосый щелкает пальцами и охранники которые до этого молча пили чай достают из поясных сумок другие мешочки и кладут их перед жрицей. Тем временем Ицхак перечисляет дары, которые они принесли для Эслафон, в надежде на их великодушие и теплый прием, который закончится поддержкой их наследного принца Лорана Ревар.

Я аккуратно выглядываю из-за колоны, стараясь рассмотреть мешочки из бархатной ткани, которые лежат у ног аблы Наиры. Та лениво покуривая трубку не спешит их открывать чтобы проверить содержимое.

– Я не надеялся, что мы сможем поговорить, – тихо за моей спиной произносит знакомый голос, отчего я подпрыгиваю на месте чуть было не вываливаюсь в залу к ногам наших гостей. Что наверняка не понравится нашей настоятельнице.

Быстро обернувшись вижу перед собой Ансела, и пустое место за Ицхаком и только удивляюсь тому как он смог так незаметно ускользнуть.

– Но как? – Только и успеваю пискнуть, когда меня схватив за руку уволакивают в другой конец залы подальше от чужих глаз и ушей.

– Некогда, – отмахивается юноша. – Ты узнала?

– Мне рассказывали только древние сказки.

– Мне не интересны сказки девчонка. Меня интересует только дорога к их Каср Аль Нарибу.

Слова режут ухо вызывая легкую дрожь тревоги во всем теле. Воспоминание о залитом солнцем комнате и стоящих на балконе Арионе с Эйве быстро проносится в моей голове. То как он прижимается к ее ногам и его дыхание греет ее нежную кожу. Видение такое яркое, что вытесняет собой происходящее здесь и сейчас действо. Меня потряхивают приводя в чувство.

– Я не знаю дороги.

– Но эти женщины знают, – отрезает Ансел. – И ты могла бы уже все узнать, а не только подносить чай.

– Так же как и ты мог узнать, как вернуть меня домой.

– Я в процессе. Напомню что это оказалось несколько сложнее, чем я мог планировать.

– Так и я не могу только и заниматься тем, чтобы слушать россказни старых женщин о минувших годах их молодости.

Тихий кашель привлекает наше внимание и обернувшись я вижу как над нами возвышается мужчина терпеливо скрестивший руки за спиной. Его лицо слегка тронуто щетиной. Меня поражают его глаза – синие с серой каемкой, внимательно изучающие нас. Дождавшись когда все внимание будет приковано к нему произносит: