Чтение онлайн

1-я Физика сделала бы из “Гете”-политика закоренелого злодея и грабителя общегосударственного масштаба, каких немало знала история, если бы его 1-ю Физику железной уздой не держала 2-я Воля. Вторая функция, как было сказано, лучшая сторона человека, и, если на второй ступени находится Воля, то худшие черты Первой функции не сказать отменяются, но значительно сглаживаются, нивелируются. Так, 1-я Физика “Гете” ни в общественной, ни в частной жизни не делает его ни разбойником, ни жмотом, он, скорее, человек прижимистый, расчетливый, не более.

Склонность к насилию у “Гете” также облагораживается 2-й Волей. Этот тип хочется назвать “шерифом”, настолько данный голивудский образ точно передает внешнюю сторону его психологии. “Гете” и в жизни, и в политике — благородный герой, немногословный человек с каменными кулаками, бычьи упорством и чистым сердцем. Именно такой образ играл Рейган в кино, и ничего не изменилось, когда он променял актерскую карьеру на политическую. Ведь в существе его натуры с этим обменом ничего не изменилось. Подобно голивудскому шерифу, “Гете”, прибегая к насилию, должен знать, что на это у него есть правовое и моральное обоснование, без них насилие для него и крайне желанно, и совершенно невозможно. Обнажим мысленно головы перед непреходящей внутренней мукой “Гете”, перед постоянно бушующей в его груди бурей, когда хронически чешущиеся каменные кулаки 1-й Физики приходится держать в стальных наручниках 2-й Воли.

“Власть для меня — это ответственность, а не удовольствие,”- говорил Хосни Мубарак и, пожалуй, знак равенства между словами “власть” и “ответственность” достаточно точно передает суть политики “Гете”. Правда и то, что власть для него не удовольствие. Примеры Диоклитиана и Вашингтона, добровольно отказавшихся от власти, ясное тому свидетельство.

“Ответственность” — главное слово в словаре “Гете”-политика, и избиратели чувствуют, что ему можно верить. Когда Коль был еще кандидатом в канцлеры, у избирателей спросили: купили бы ли они у него поддержанный автомобиль? Большинство ответило положительно. И даже не надо особенно хорошо знать немцев, чтобы понять всю весомость этого результата. Мало кто из современников данного политика благополучно прошел бы этот тест.

Как уже говорилось, 2-я Воля демократична от природы, поэтому натура “Гете” находится в полной гармонии с политической системой, и это обстоятельство увеличивает его шансы на приход к власти. Исконный демократизм не покидает “Гете” и тогда, когда руль управления оказывается у него в руках.

Во-первых, в своей работе он стремится к консенсусу, старается усадить свою команду именно за круглый, а не за какой-либо иной стол. Качество это отличное, но, как все хорошее, не без изъяна. Один журналист писал:”Поиски консенсуса, бывало заводили Рейгана в тупик, а иногда даже парализовали его волю. Это происходило, когда позиции советников резко различались. Именно поэтому он столь часто следовал противоречивым импульсам”.

Во-вторых, “Гете”-политику присуще то, что политологи называют “делегированием ответственности”. т. е. босс не старается держать в своих руках все политические нити, а предоставляет своим помощникам полную свободу в пределах их полномочий. Журнал “Форчун” как-то задался вопросом:” Чему могут научиться менеджеры у Рейгана?” И сам ответил:” Соберите вокруг себя лучших людей, которых сможете найти, передайте им полномочия и не вмешивайтесь”. Кроме всего прочего, в этой фразе содержался камешек в огород Джимми Картера, который, хватаясь сам за все, часто оказывался в тупике, заваленный кучей больших и маленьких дел.

В доверчивости Рейгана вместе с тем заключалась не только сила, но и слабость. Он проморгал скандал “Иран-контрас” и даже не нашел в себе твердости еще до начала скандала потребовать ответа от своего помощника по национальной безопасности. О Рейгане писали:” Подобный подход был характерен для Рейгана практически на всех направлениях внешнеполитической деятельности. Обычно он объявлял условный курс, при этом его концепции о положении дел были настолько расплывчатыми, а представления столь упрощенными при всех обстоятельствах зависел от своих сотрудников в большей степени, чем большинство других президентов”.

“Гете”, прямо сказать, не златоуст. Хотя судьба обычно награждает его изощренным умом, а жизнь может дать приличное образование — 3-я Логика делает свое дело. 3-я Логика заставляет его обычно говорить медленно, с трудом, старательно упрощая лексику. Это обстоятельство создает о “Гете” представление как о человеке сильном, надежном, но недалеком и простоватом. И странное дело, мнимая простоватость “Гете”тоже работает на его политический имидж. Средний избиратель не любит интеллектуалов, поэтому вид простоватого “своего мужика” да еще внушительной наружности сразу дает “Гете” значительную фору на выборах. Один политолог писал:” Коль предпочитал не углубляться в бумаги, больше полагался на своих советников, нарочито создавая имидж “добродушного гиганта”, несколько “простоватого””.

Когда Рейган баллотировался еще на пост губернатора Калифорнии его оппонент избрал, казалось, беспроигрышную тактику: все время подчеркивал некомпетентность Рейгана. Но вот парадокс, несмотря на очевидную справедливость критики, она “пошла на пользу не ему…. Рейгану! Обращаясь к избирателям, Рейган как бы говорил: я один из вас, я простой человек, который не знает, что делается наверху; я как раз и хочу занять губернаторский пост, чтобы разобраться в этом. Так возник удивительный феномен, связанный с личностью Рейгана: в глазах избирателей его слабости легко превращались в его силу, а большинство критиков со временем вынуждено было признать бессмысленность своих попыток продемонстрировать, что этот популярный лидер просто не знает, о чем говорит”.

Таким образом, даже Третья функция, обычно работающая против ее обладателя и совсем его не красящая, для “Гете” и в условиях демократии оказывается позолотой, и фактически весь его порядок функций обеспечивает беспроблемность политической карьеры. Короче,”Гете” — не только любимец богов, но и любимец избирателей.

Еще одной замечательной чертой характера “Гете”, связанной с 3-й Логикой, является то, что он как правило суеверен. Тот же Рейган каждое утро клал в карман заветную монетку, бросал соль через левое плечо, когда проливал что-нибудь, а перед едой избегал проходить по лестницам. Однако “Гете” не мистик, и побасенки такого рода для него вовсе не руководство к действию. По натуре он эмпирик, апостол Фома Неверующий, который верит только тому, что может увидеть и пощупать. Поэтому суеверие “Гете” — скорее протоскепсис. 3-я Логика, не находя в разуме опоры для анализа и прогнозирования жизни, просто обороняется старушечьими приметами от нее, реальной веры к ним не питая. Так что, “Гете” суеверен, но суеверен на случай, от скептицизма.

Безобидной склонностью к суевериям проявления 3-й Логики “Гете” не исчерпываются. Как всякая ранимая функция, она несет в себе прямую угрозу для окружающих. Именно с 3-й Логикой “Гете” связана, например, история одной из двух самых трагичных для русской литературы дуэлей. О психотипических особенностях гибели на дуэли Пушкина будет сказано в своем месте. Сейчас же речь пойдет о гибели Лермонтова.

При всей видимой незлобивости, терпимости, расслабленности, непробиваемости, как бы дремотности полубожества есть слово — и это слово “дурак”- способное превратить “Гете” в разьяренного быка, неожиданно молча, импульсивно приводящее в действие каменные кулаки его 1-й Физики. И трагические последствия таких вспышек нередки. Гибель на дуэли Лермонтова — один из самых печальных примеров подобного рода взрывов.

Несчастного убийцу Лермонтова — Мартынова современники звали “статуей командора” и описывали так: “высокий”, “красивый”, “молчаливый”, “благороднейший человек”.Мартынов был “Гете”. Поэтому приехав на Кавказ, Мартынов в соответствии со своей 1-й Физикой первым делом обрядился в утрировано “черкесский” наряд, да еще навесил на пояс неимоверных размеров кинжал. Насмешник и язва Лермонтов (“Ахматова”), конечно, не мог пропустить великолепный случай для издевки: карикатуры его на Мартынова составили целый альбом. Везде, где мог Лермонтов иронически характеризовал Мартынова как “горца с длинным кинжалом”. Все это Мартынов терпел по своему “Гетевскому” благодушию, но терпел до поры, пока между ним и Лермонтовым не встала женщина.