Чтение онлайн

Ах, как бы не старались слуги закона поддержать мир и порядок, своим поддержанием они таки не способны даже обмануть себя. Сколько тысяч людей сейчас используется подобно скоту? Кто-нибудь знает? А никто не знает. Потому что всерьёз никто об этом даже не задумывается.

Офицер Кристо Чак, рабы, которых вы намереваетесь освободить — моя личная армия шпионов и (если понадобится) убийц. Вы не подчиняетесь уставу Дозора или совету Веста. У ассоциации свободные нравы, и поэтому я прошу Вас не становиться у меня на пути. Когда Вы пришли, чтобы не дать убить ведущего организатора, я не вмешивался, так как считал, что у Вас не возникнет с этих проблем. Я вмешался, только когда всё вышло из-под контроля. Прошу Вас о том же: не вмешивайтесь в мои дела. Хотя бы сегодня, хотя бы сейчас. Сделаете это, и в мою паутину попадут сотни членов преступных организаций, контролирующие добрую часть этого мира.

Уважаемые участники, прошу прощение за то, что не вмешался раньше, но я не мог решить, стоят ли ваши жизни моего замысла. Не знаю, как поступлю, если эта ситуация повторится, но прошу воздержаться от попыток убийства Блюса Элджейса, а взамен я гарантирую, что вам не придётся оглядываться в ожидании смерти. Блюс вас не тронет. У меня с ним неоконченные дела, и посему я имею на него кое-какое влияние. Я смею гарантировать вам безопасность. Это мой вам ультиматум.

Возможно, что результат ваших действий приведёт и к лучшему… Что ж, я всё сказал, теперь решение за вами. Разойдёмся по-хорошему? Или мне-таки придётся впервые замарать руки и убить вас всех?»

***

Возле входа в ремонтный сектор, замерев неподвижной железной тушей, ждал здравбот. Ждал до тех пор, пока в коридорном проёме не появилось трое мужчин. Мужчин, передвигающихся единым куском из крови и боли. Посередине шёл невысокий рыжеволосый человек, буквально таща на себе полумёртвых незийца и кросса. И если кросс ещё пытался переставлять ноги, то длинноволосый юноша тратил последние силы, чтобы не выпустить из руки свой меч, со скрежетом таща его по полу на протяжении всего пути.

Тут-то здравбот и ожил, моментально раздвинув дверную панель, выплюнул из себя двух людей: кряжистого рахдийца и мешковатого обладателя взъерошенной шевелюры. Врач и Дурий спешат подхватить раненых и помогают дотащить их до транспорта.

— Святые яйца, что там произошло? Клянусь бородой, я слышал взрывы, — фиксируя хантера в капсуле, выдыхает рахдиец.

— Погодь с вопросами, пока я не окажу первую помощь, — осаживает Дурия врач. — Лучше вези нас к арене.

Док фиксирует на шее монаха капельницу и замечает, что у судьи с руки стекает кровь. На вопросительный взгляд, Кристо отрицательно качает головой и кивает в сторону участников. Офицер был готов подождать с лечением.

— Ч-чехол… — еле слышно шепчет Ума. Врач непреклонно вливает в горло больного напиток и только после этого отвечает:

— Да забрали мы твой чехол и меч твой забрали, лучше думай, как прийти в себя.

Здравбот наконец-то набирает разгон. Кун мычит, чтобы не застонать, и доктор переворачивает кросса на бок. Сканирование завершается, и спаситель настраивает бота-хирурга извлечь осколки и обработать все наружные повреждения. Затем горе-врач возвращается к работе над монахом, спеша вручную — используя бота напрямую — прижечь все порезы. Повышает дозировку капельницы и после повторного сканирования проводит непрямой массаж внутренних органов.

— Я в порядке, — говорит Ума, — просто надо немного поспать. Подлатай меня, Док, сколько сможешь и разбуди, как приедем…

— У него бред, — смотря на засыпающего монаха, говорит Кристо. Но врач так не думает, и судья понимает это по взгляду.

Кун шипит от боли, вновь привлекая внимание рассеянного целителя.

— Извини, но я не могу увеличить дозу обезболивающих: повторная анестезия за эти сутки тебе навредит. Но я могу тебя усыпить…

— Нет! — сипло рычит хантер, — я хочу оставаться в сознании.

Дурий Морж, отвлекаясь от постановки маршрута, на секунду выглядывает из кабины бота, чтобы спросить:

— Иола говорил, что отправил к вам своего человека. Что с ним?

— Думаю, он в порядке, — отвечает за участников судья. — Просто покинул сектор по другому пути.

— Яяяясно, — рахдиец еле сдерживается от дальнейших расспросов.

Здравбот пересекает жилой квартал и поворачивает к северным секторам станции. Переезды не особо многолюдны, хотя уже должно было начаться празднество в честь окончания турнира.

— Кстати, а куда мы направляемся? — с нехорошим предчувствием задаёт вопрос офицер нобилити.

— К арене, — мимоходом кидает врач, перебегая от пациента к пациенту.

— И почему не в ближайший здравпункт? — уже зная ответ, спрашивает Кристо.

— Потому что турнир ещё не окончен…

— Невозможно, он должен был закончиться с полчаса назад. — Чак переводит взгляд с иллюминатора на спящего незийца. — И даже если так, в его состоянии выходить на арену — это самоубийство.

— Иола нашёл выход из сложившейся ситуации, а я всего лишь выполняю приказ и латаю этого неудачника, чтобы он стал победителем «Ню Нова». Сдохнет он потом или нет — меня не волнует.

Транспорт переходит в вертикальное положение, посредством фиксации к проходящей поперёк стены транспортной рельсе. Гравитационные стабилизаторы бота плавно фиксируют пассажиров, меняя пространственную тягу.

— Мне нужно знать, что произошло, пока меня не было.

— Так энто, — выкрикивает Дурий. — Давайте свяжемся с Иолой, пусть он всё объяснит по-людски.

Рахдиец крутит в руке свой портативный z-блок, дожидаясь ответа с той стороны. Но ответа не случается, и бородач только вздыхает:

— Видать, каналы перегружены. Док, может, ты расскажешь?

— Я занят, — сухо бросает врач.

— Ну ладно, — не особо огорчённо вздыхает Дурий, — значится, дело было так…

***

Блюс Элджейс открывает глаза. Знакомое помещение. Знакомый запах. Рядом стоит знакомый силуэт.

— Энди… — советник выплёвывает имя своего секретаря сквозь разбитые губы.

— Тише, не шевелитесь, — референт спешит уложить босса обратно на диван. — У Вас сотрясение, необходим покой до полного обследования.

— Что… что случилось?

— Меня привели в чувства после того, как я схлестнулся с офицером нобилити, и я перевёз Вас в ваш кабинет. Чудо, что вы живы: из охраны ангара почти никто не выжил…

— Кто привёл тебя в чувства? Где эти ублюдки? Я…я…

— Тише, не беспокойтесь об этом…

— Нет, ты не понимаешь… они убили барона… сделке конец, теперь…

— Всё хорошо: барон жив.

— Чушь! Я сам видел, как…

— Это был не барон, всего лишь его марионетка.

— А?.. — ещё никогда за время своего назначения на «Ребелентис», советник не чувствовал себя столь глупо и униженно.