Чтение онлайн

С другой стороны, а сильнее ли он, если нари на нашей стороне?

В подтверждение этому сегодняшним вечером морской народ разгуливал по пристаням пиратского города наравне с людьми. Причем здесь были не только суровые воины – появились и девушки-нари в чудесных разноцветных платьях, с волосами, украшенными невиданными для людей цветами; бегали дети, были пожилые матроны и седобородые старики.

Морской народ приплыл на своих драконах, чтобы посмотреть, как их принц станет драться за свою невесту людских кровей.

Я надеялась, что Кайрен не будет, потому что ни смельчаков, ни желающих вступить с ним в противостояние не найдется. Как оказалось, зря, потому что такие появились, и первым и самым опасным из них был Лукас Равенмор.

Обнаружились еще и такие желающие, которых я и знать не знала и не могла понять, зачем я им понадобилась. Но объяснение оказалось довольно простым – мужчины просто хотели позабавиться, сойдясь в поединке.

Но Лукас… О, с ним все было совсем не так просто!

– Если ты его победишь, а затем заявишь на меня права, то знай: тебе не жить, – сообщила ему. – Замуж за тебя я все равно не пойду, потому что я тебя не люблю. И я искренне не понимаю, Лукас, на что ты вообще надеешься?!

– Ни на что, – усмехнулся он. – Ты прекрасно донесла до меня эту мысль, и я принял эту ситуацию такой, какая она есть. Но не можешь же ты достаться этой… рыбе без боя?!

– Вообще-то, я его люблю, – призналась ему. – С того самого момента, когда однажды в детстве спасла ему жизнь на своем острове. И как только я увидела его снова, то все было для меня решено. Хотя долгое время это казалось невозможным…

Вот и сейчас продолжало казаться, хотя Кайрен уже встал в центр квадрата, отведенного для поединков, а вокруг столпились люди и нари. Зазвучали слова на языке морского народа, а товарищ Кайрена – я уже знала по именам почти всю его дружину – принялся переводить.

Но ничего нового я не услышала – примерно то же самое и прозвучало в дедовой каюте.

И Лукас, конечно же, вызвался участвовать в поединке самым первым. Скинул камзол и рубаху, после чего вошел в квадрат и замер напротив Кайрена.

Но если я смотрела на все это как на нечто ужасное, то Владыка и дед с самым невозмутимым видом стояли рядом и спокойно глядели на начавшуюся потасовку.

И да, как Кайрен, так и Лукас сдержали свое слово – «я» не досталась Кайрену совсем уж просто, а Кайрен пересчитал Лукасу все зубы, как он тому и пообещал.

После чего, поднявшись на ноги и вытерев тыльной стороной ладони кровь, текущую из носа, пират признал свое поражение и протянул Кайрену руку, которую тот пожал.

Но на этом веселье не только не закончилось, оно продолжилось и дальше. Кайрен сошелся в шутливых поединках с несколькими из своих друзей – они всласть отдубасили друг друга, на что Владыка и ухом не повел. Лишь иногда морщился, когда, судя по его комментариям, Кайрен упускал отличный шанс заехать кому-то по зубам.

Когда желающих сразиться с принцем из нари больше не осталось, появился здоровяк из людей, заявив, что он бы тоже не отказался…

– Тебе-то куда, Билли?! – закричали ему из толпы. – У тебя самого уже жена и шестеро детей! Зачем тебе еще одна?!

– Нет, чужую девицу мне не надо, тем более внучку адмирала, – отозвался тот. – Мне бы просто подраться…

– Дерись со мной, Билли! – заявил ему дед, после чего отправился предаваться славной мужской забаве всех времен и народов, а я осталась один на один с Владыкой.

Тот уставился на меня и…

– Я ценю выбор своего сына, Шанайя Веллард! – произнес он. – И снимаю с тебя данное мне обещание. Добро пожаловать в семью.

– Но почему? – спросила я у него.

– Пожалуй, потому что получить кулаком от собственного сына не совсем то, чего бы я хотел этим вечером, – с достоинством отозвался Владыка, после чего мы принялись смотреть с ним на то, как дубасили друг друга дед и здоровяк Билли.

И пусть все симпатии были на стороне бывшего адмирала, поединок он выиграл с большим трудом. Но все же выиграл, зарычал от радости, стукнул себя в грудь, затем потребовал пинту пива, заявив, что все это – в честь меня, его внучки.

Но Кайрен уже шел ко мне, моргая подбитым глазом и вытирая кровь с лица. Кажется, пришло время того самого момента, которого многие ждали даже с большим нетерпением, чем поединки.

Ведь наследный принц нари собирался просить руки у внучки бывшего адмирала, а ныне устрашающего пирата Черного Дрейка Велларда.

Подошел, посмотрел на меня – пусть и с разбитым лицом, но самый красивый мужчина на свете. Тут Владыка отшагнул чуть в сторону, и его стража тоже, хотя те делали вид, что они нас вовсе не охраняют.

Так, просто случайно рядом стояли.

И я словно осталась одна на переполненной пристани, перед мужчиной из морского народа, с которым меня еще в детстве столкнула судьба. А потом она вела нас сложными и запутанными тропами, пока мы не оказались друг напротив друга в пиратском городе Карассе.

Кайрен только что дрался за меня в поединках, а я искусала губы в кровь, переживая за него, и заодно пригрозила Лукасу, что тому не жить, если он вздумает победить.

Отец Кайрена, Владыка нари, тоже смирился с выбором своего сына, и теперь Кайрен собирался его озвучить.

– Шани, – начал он. – Вернее, Шанайя Веллард…

– Еще и Гордон, - негромко подсказала ему. – И Ди-Рейн.

Пусть дяди до сих пор не было в пиратском городе и я не знала, каким образом он сюда прибудет, но мне хотелось, чтобы Кайрен назвал полное мое имя. Потому что сирота с Найрена наконец-то нашла свои корни и вот-вот могла обрести свою собственную семью.

– Шанайя Гордон-Веллард-ДиРейн, – произнес Кайрен, – я буду говорить на двух языках, хотя ответить ты можешь мне на одном. Сначала я должен рассказать тебе о том, что у меня на сердце, а затем спросить…

И тут же перевел это на свой язык, а позади меня принялись всхлипывать девушки из племени нари.

Подозреваю, от умиления.

– Я должен признаться в том, что люблю тебя уже давно и буду любить всегда, и пусть Морские Боги будут свидетелями, что я говорю истинную правду. Поэтому я спрашиваю у тебя, Шанайя, выйдешь ли ты за меня замуж и разделишь ли со мной земную жизнь, после чего мы продолжим свой путь в глубинах Вечного Океана?

Скорее всего, это был вольный перевод с языка морского народа, но вокруг уже рыдали от умиления, а я… Нет, я не собиралась плакать, потому что как мой выбор, так и мой ответ могли быть только одними.