Системный мехавод
Шрифт:
— Чем он питаются? — спросил я.
— Солнечным светом. Как растения. Это ж волшебные твари. Так что ты собираешься делать?
— Светящиеся буквы. Которые будут видны после захода солнца.
— Хм… Прикольно.
— Так я возьму? — спросил я и слегка потряс банку.
— Бери, сколько нужно.
Прихватив склянку, я отправился во двор, где запустил в трубку пару десятков личинок. По идее, этого должно было хватить, но для верности я добавил ещё несколько. Затем закупорил трубку с двух сторон, сделал несколько отверстий на случай, если мелким тварям хотя бы дышать нужно, прихватил из мастерской гвоздики, молоток, стремянку и отправился на улицу.
Пристроив лестницу под вывеской, вскарабкался на самый верх и принялся прилаживать с помощью гвоздей прозрачную трубку, изгибая её так, чтобы получились буквы. Гвоздиками я её не пробивал насквозь, я делал из них крючки, в которые вставлял шланг. В результате получилось подобие неоновой вывески.
Я как раз спускался с лестницы, когда из ресторана вышла Аня и задрала голову.
— Ты написал этой штукой «Шаверма»! — удивилась она. — Я думала, ты просто поверх нашего названия трубку приколотишь!
— Я же сказал, что нужно привлечь внимание посетителей к новому продукту.
— Ты хитрый жук, Вадик. Не уверена, что маме это понравится.
Я пожал плечами.
— Ну, есть два варианта. Первый: мы ей это не показываем. Второй: я спрячу стремянку, чтобы она не могла залезть наверх и оторвать трубку.
— Пожалуй, оба подходят, — сказала Аня.
Посетители начали собираться около семи. Их было уже не так много, как поначалу, но я рассчитывал на сарафанное радио: не может тот, кто отведал шавермы, промолчать об этом и никому не рассказать. Я знаю, как это было в моём мире. Главное — втюхать её тем, кто придёт.
— Спрашивай всех, видели ли они новую вывеску, — тихо сказал я Ане, когда мы пересеклись в зале, где принимали первые заказы. — И каждому объясняй, что она означает. Даже если её не заметили.
— Не учи учёную, — сквозь зубы процедила девушка. — У меня уже три заказа на эту твою шаверму. Иди готовь! Остальные столики я сама обслужу.
Семь лавашей, оставшихся после презентации, ушли меньше, чем за час.
— Нам нужно ещё! — объявила Аня, входя на кухню. — Давайте я сгоняю за лавашами!
— Возьми побольше! — азартно отозвалась Алевтина.
— И скажи посетителям, что шавермы можно и с собой брать, — добавил я. — Путь домашних угостят. Чем больше народу попробует её, тем лучше.
— Ладно, — буркнула девушка. — Ты, главное, побыстрее делай!
Вот тут, кстати, было у задуманного предприятия слабое место. Потому что я вовсе не являлся заправским шаурмастером.
Кажется, и Алевтина это смекнула, потому что вдруг сказала:
— Давай-ка я тебе помогу. А то ты долговато возишься.
И она принялась ловко нарезать овощи для будущих шаверм.
Аня вернулась минут через десять. С кучей лавашей.
— Вот! — сказала она, кладя их на стол. — Пока шла через зал, ещё четыре заказа приняла. Похоже, сегодня в девять закрыться не получится.
— Ничего, — азартно отозвалась её мать. — Не потрудишься — не поешь. В четыре руки дело споро пойдёт.
Через полчаса явился Фёдор. Вошёл прямо на кухню.
— Ого! — воскликнул он, окидывая нас взглядом. — Да у вас тут всё в самом разгаре!
— А ты чего припёрся? — хмуро осведомилась Алевтина. — Без тебя дел по горло.
— Это я вижу. Мне бы с Вадимом поболтать.
— Некогда ему! — отрезала Алевтина. — Не видишь, что ли?
— Так, может, вам подмогнуть?
— Не надо, — сказал я. — Садись в зале, я подойду.
— Ты обещал угостить чем-то, — напомнил Пятно.
— Принесу.
— Лады. Тогда жду.
Когда я вышел через некоторое время в зал, он сидел за угловым столиком и откровенно скучал.
Я поставил перед ним тарелку с шавермой.
— Смотрю, блюдо пользуется популярностью, — проговорил Фёдор, беря её в руки и подозрительно осматривая.
Затем положил обратно и вытащил из кармана увесистый мешочек, который протянул мне.
— Вот, это твоё. Кости за половину блока питания и полтора гироскопа. Не трать всё сразу, — добавил Фёдор, улыбнувшись.
Я сунул кости в карман и сел напротив него.
— Спасибо. Это мне очень пригодится.
— Ну, ещё бы! — Пятно, наконец, решился попробовать шаверму и принялся сосредоточенно жевать. — Хм… а неплохо, — вынес он через полминуты вердикт. — Весьма. Как называется?
— Шаверма. Не видел надпись снаружи?
Фёдор кивнул.
— Угу. Прикольно получилось. Теперь ясно, зачем ты трубку в больнице срезал. Хорошая идея. Думаю, многим понравится. Не знаю, почём эти шланги можно продавать, но в следующем рейде, если увижу, прихвачу.
— Я хотел поговорить насчёт танка.
— А что с ним? — Пятно снова впился зубами в шаверму. — Чёрт, как же вкусно, а!
— Я рад. Так вот, про танк. Ты сказал, что он нас поджидал. Мне тоже так кажется. Не случайно эта штука там оказалась и вылезла, как раз когда мы подъезжали.
Фёдор кивнул.
— Да, это точно, — согласился он. — Но не думаю, что убить собирались именно нас, если ты к этому клонишь.
— Почему? Меня уже пытались прикончить.
— Хорошо, давай допустим, что это второе покушение. Хотя, как по мне, почерк совершенно разный. Кого подозреваешь?
— Не знаю. А чем Архип занимается? Он мехавод?
Пятно хмыкнул, как будто именно это и ожидал услышать.
— Согласен, он первый, на кого можно подумать. Но он ведь собирается тебя выгнать из общины, а не убить. И явно уверен, что при поддержке Бориса получится. К тому же, он не мехавод.
— А кто?
— Торговец эфиром.
— Как это?
— Да очень просто. Если у тебя есть эфир, и нужны кости, идёшь к нему в лавку и продаёшь свой эфир. Не весь, конечно. Некоторым ловчим невысокого ранга иногда нужно временно усилиться, так что товар пользуется спросом. Кроме того, Архип покупает Скверну ультров. Она, конечно, стоит дороже, зато даёт всякие временные способности. В основном, боевые, конечно.
— И где он её берёт? — спросил я.
— Так у него куча охотников, которые для него её добывают. На широкую ногу дело поставлено. Потому он в старосты и вылез.