Чтение онлайн

— Ещё… хочу ещё…

Лицо Ронни вспыхнуло как сигнальный фонарь.

Он попятился, стараясь не шуметь, развернулся и рванул прочь. Вызов подождёт. Минут десять или двадцать. Или пока он не забудет то, что только что услышал.

Некоторые вещи лучше не знать.

Беллатрикс жевала медленно, словно боялась, что вкус исчезнет, если поторопится. Потом сглотнула.

И тут же зачерпнула ещё. И ещё.

Ложка замелькала в её руке. Она перестала сдерживаться, перестала быть старейшиной, гением секты, холодной и неприступной. Ела жадно, обжигаясь, но не останавливаясь. Желток разлился золотистым потоком по овощам, смешиваясь с соусом, и она вылизывала ложку дочиста после каждого куска.

Я тоже взялся за дело. Овощи таяли во рту, отдавая сладость перца и томатную кислинку. Яйцо было мягким облаком с горячей текучей серединой. Чеснок бил по рецепторам острым ударом, но сыр смягчал его молочной нежностью. Слои вкуса и аромата накатывали один за другим, а каждый новый кусок открывал что-то новое.

Минуты через три сковорода опустела.

Беллатрикс откинулась на стуле, глядя на начищенное до блеска дно. Щёки её порозовели, глаза блестели, дыхание участилось. По губам скользнула блаженная улыбка.

— Ингредиенты были такие простые, — прошептала она. — Но ничего вкуснее я в жизни не ела. Откуда ты умеешь так готовить?

— Просто готовил, как чувствовал, — снова пожал я плечами.

Встал, забрал сковороду, сполоснул её водой из кувшина и вытер тряпкой.

— Ладно, мне пора на работу.

— Из-за разрушения купальни у всех её работников сегодня выходной, — Беллатрикс тряхнула головой, возвращаясь к привычному тону. — Так что тебе сегодня никуда не надо.

Выходной? Да ладно. Впервые за всю эту сумасшедшую неделю?

Я почувствовал, как напряжение последних дней начинает отпускать. Можно просто отдохнуть. Выспаться. Или…

Дверь кухни распахнулась. На пороге стоял парнишка в форме посыльного.

— Старейшина Беллатрикс. Вас срочно вызывают в главный павильон.

Беллатрикс поджала губы. Встала, одёрнула платье, и вся мягкость, появившаяся за завтраком, исчезла без следа. Снова холодная, собранная, готовая ко всему.

— Удачи, — сказал я.

Она коротко кивнула и вышла вслед за посыльным. Дверь закрылась, и на кухне стало тихо.

Серьёзный разговор про сгоревший павильон её точно ждёт. Ну да это её проблемы.

Я прибрался на столе, вымыл сковороду и, насвистывая под нос, отправился к себе. Хотелось просто посидеть в тишине и осмыслить события прошлой ночи.

Толкнул дверь своей каморки. Она встретила меня запахом сушёных трав и старого дерева. Я уже собирался завалиться на лежанку, но сначала решил убрать рабочую робу. Распахнул дверцу грубо сколоченного шкафа, чтобы повесить одежду на крючок, и замер.

В углу, на верхней полке, лежала соломенная шляпа. Широкополая, потрёпанная временем, с выцветшей лентой вокруг тульи.

Странно, я и раньше видел её здесь. Она пылилась на этой полке с самого первого дня, как я осознал, что потерял память. Но всю прошлую неделю был настолько вымотан работой и тренировками, что воспринимал её просто как часть интерьера, как какую-то старую ненужную вещь. А теперь, когда взгляд стал яснее, я заметил кое-что ещё.

На ленте поблёскивал маленький круглый значок.

Взял шляпу в руки и пригляделся. На эмали красовалось изображение… летающего поросёнка в языках пламени.

Что-то шевельнулось в глубине памяти. Смутное, неуловимое. Этот символ казался знакомым, хотя я не мог вспомнить, где видел его раньше. Летающий поросёнок…

Хм, я покрутил шляпу в руках. Солома была старой, но плетение оказалось на удивление крепким. Она легла мне на голову прямо как влитая.

Я поправил поля и направился к выходу.

День только начинался, и мне вдруг нестерпимо захотелось прогуляться.

Утренний воздух пах свежестью и отдалённой серой от вулкана.

Я брёл по извилистым тропинкам секты, не особо задумываясь о направлении. Просто шёл, наслаждаясь редким ощущением, когда никуда не нужно торопиться и ничего не нужно делать. Соломенная шляпа приятно защищала от солнца, а ноги несли куда-то вперёд.

Мимо проплывали павильоны с загнутыми крышами, каменные террасы, группки практиков, занятых утренними тренировками. Кто-то отрабатывал формы, ещё один медитировал в позе лотоса, а вон там, у скамеек о чем-то болтала компания учеников. Обычная жизнь секты, которая текла своим чередом несмотря на ночной пожар.

Я поднял взгляд к вулкану.

Священный Горн по-прежнему парил над кратером, окутанный фиолетовым сиянием, но небо вокруг него было пустым. Никаких фигур, или кружащих практиков. Да и жгуты энергии больше не тянулись к недрам горы. Ритуал ковки Небесного Меча, судя по всему, наконец завершился.

Вот почему Броулстар вчера выглядел таким измотанным. Руководить кругом старейшин-кочегаров семь дней подряд, регулировать температуру главного пламени, поддерживать какой-то сложнейший ритуал… Даже для практика четвёртой ступени это должно было быть серьёзным испытанием.

Интересно, что за меч они там ковали? И для кого?

Впрочем, это не моё дело. У меня и своих забот хватает.

Я продолжил путь, миновав кварталы внутренних учеников с их добротными домиками и ухоженными двориками. Потом пошли павильоны внешнего двора, попроще и потеснее, но всё равно вполне приличные. Знакомые места, знакомые лица. Несколько человек кивнули, а я кивнул им в ответ.

Постепенно здания стали редеть, тропинки сужаться, а воздух делаться свежее. Я и сам не заметил, как оказался на окраине секты, где застройка уступала место диким склонам горы.

Может, прогуляться дальше? Всё равно делать нечего до вечера.

Тропинка вела вверх, огибая скальные выступы и ныряя между валунами. Я шёл без спешки, просто переставляя ноги и глазея по сторонам. Кусты с мелкими красными ягодами, какие-то цветы на длинных стеблях, ящерица, шмыгнувшая в расщелину при моём приближении.

За очередным поворотом открылся вид, от которого я остановился.

Это было озеро. Небольшое, зажатое между двумя отрогами горы, оно лежало в каменной чаше как огромное зеркало. Вода была такой прозрачной, что я видел каменистое дно даже на приличной глубине. Солнечные лучи пробивались сквозь толщу, рассыпаясь золотистыми бликами.

Красиво.

Спустился к берегу и присел на плоский валун, нагретый солнцем. Снял шляпу, положил рядом. Тёплый камень приятно грел задницу, лёгкий ветерок шевелил волосы, а перед глазами расстилалась водная гладь, в которой отражались облака.