Чтение онлайн

— Когда вылет? — спросил я наконец.

— После обеда, — она отставила пустую тарелку. — Затягивать смысла нет, дорога предстоит дальняя.

Этого я и ожидал. Кивнул.

— Ив, — Беллатрикс повернулась ко мне, и от прежней сонной мягкости у неё не осталось следа. — Может, Эмме ты объяснишь сам лично? Я не собираюсь быть злой тёткой, которая насильно увозит рыдающего ребёнка. Она должна пойти со мной по собственной воле.

— Знаю.

Она помолчала, потом протянула руку и коснулась моей щеки — там, где вчера оставила пощёчину. Жест получился неожиданно мягким для женщины, способной расплавить ладонью горную породу.

Я кивнул и вышел из спальни. Самый тяжёлый разговор за сегодняшний день откладывать не имело смысла.

Комната Эммы располагалась в восточном крыле. Когда вошёл, сестрёнка сидела на широком подоконнике, обхватив колени руками, и смотрела на утренний сад.

Говорил я долго. Про Главную ветвь клана, про Око Предков, про маяк родословной и вулкан, который единственный способен укрыть её огонь.

Эмма слушала, не перебивая. Только пальцы на коленях сминали ткань платья всё сильнее.

Когда я замолчал, комната наполнилась тишиной. За окном шелестели яблони, где-то внизу по гравию скрёб когтями Рид.

Я сидел рядом с сестрёнкой и ждал.

Эмма долго смотрела в окошко. Потом повернулась, и её нижняя губа мелко задрожала.

— А ты поедешь со мной?

Сердце кольнуло в груди.

— Нет, — я покачал головой. — У меня свой путь, и мне нужно стать сильнее здесь, чтобы однажды защитить тебя от кого угодно.

— Но это же долго…

— Да. Очень долго.

Она отвернулась к окну. Плечи затряслись, но Эмма закусила губу и стиснула кулачки на коленях. Не заплакала.

В дверь негромко постучали, и Альфред деликатно сообщил из коридора:

— Господин Ив, прибыли молодой господин Маркус и господин Кай Саламандер.

Я погладил Эмму по волосам.

— Мне нужно идти встречать гостей. Беллатрикс и Альфред помогут тебе собрать вещи. Возьми всё, что захочешь.

Она отстранилась и посмотрела на меня покрасневшими глазами. Потом коротко кивнула, по-взрослому.

— Хорошо. Я справлюсь.

Оставив сестру собирать вещи, я спустился на первый этаж и вышел во внутренний двор.

Сад поместья встретил меня запахом утренней свежести. Слуги уже расставили длинный стол под раскидистыми деревьями, притащили стулья и скамьи. Альфред лично руководил процессом, покрикивая на нерасторопных помощников.

Маркус и Кай стояли у фонтана, о чём-то негромко переговариваясь. Маркус выглядел выспавшимся и довольным, а вот Кай… Кай смотрел на меня со смесью уважения и лёгкого недоумения.

— Ив! — Маркус махнул рукой. — Мы тут думали, что ты нас разыграл насчёт завтрака. Какой завтрак после вчерашнего пира?

— Одного завтрака боюсь нам будет мало, — я подошёл к ним. — Сегодня у нас будет долгий и основательный обед.

Кай кивнул. Он-то точно понимал, к чему такая основательность, сам сегодня улетал вместе с Беллатрикс и Эммой.

Следом подтянулись остальные. Молли появилась первой, в лёгком платье серебристого оттенка и с неизменными браслетами на запястьях. За ней — Игнис в своём маскировочном облике отшельника, уже зевающий и почёсывающий живот. А следом Серена и Амелия, обе в дорожных одеяниях секты — видимо, собирались отбыть сразу после еды.

— Ну? — Молли уселась на край стола, болтая ногами. — Где обещанное особенное блюдо?

— Сейчас будет, — я повернулся к Каю и Маркусу. — Вы двое. Идём со мной.

— Куда? — Маркус нахмурился.

— Учиться. Сегодня готовим мужское блюдо для больших компаний. В жизни пригодится.

Кай приподнял бровь, но ничего не сказал. Маркус пожал плечами и двинулся за мной.

Слуги вытащили во двор большой чугунный казан и развели под ним огонь. На разделочном столе в тени яблони лежали продукты. Позавчера, исследуя глубокие хранилища поместья Винтерскай, я обнаружил настоящие сокровища для практика-кулинара: выдержанное мясо Горного Круторога — духовного зверя, чья плоть буквально сочилась энергией земли; золотистую морковь, выращенную на насыщенных энергией почвах; особый сорт Жемчужного риса, каждое зёрнышко которого мерцало внутренним светом, и целый набор алхимических специй. Это был шикарный набор ингредиентов для приготовления не просто вкусного блюда, но и полезного для укрепления тела.

— Итак, — я закатал рукава и взял нож. — Смотрите и запоминайте.

Маркус послушно потянулся за вторым ножом. Кай скрестил руки на груди, всем видом показывая, что наследник влиятельной семьи не должен заниматься подобной чепухой, хотя взгляда от моих рук не отводил.

Я положил золотистую морковь на доску и приступил к готовке. Лезвие застучало короткими ровными ударами, набирая темп, пока стук не слился в сплошную дробь. Оранжевая мякоть ложилась тонкой соломкой, полоска к полоске, каждая толщиной в спичку. Три морковки ушли секунд за двадцать, и в воздух поднялся лёгкий сладковатый аромат природной энергии. Нож замер, и я сдвинул готовую горку в сторону.

Маркус присвистнул. Кай молча расцепил руки и взял нож.

— Теперь вы. Морковь соломкой, лук полукольцами, мясо кубиками в два пальца шириной.

Маркус вцепился в морковь, высунув от усердия кончик языка. Соломка выходила кривоватой и разнокалиберной, но хотя бы не поперёк. Кай резал лук размеренно, ровно, без лишних движений.

— Слишком крупно, — я ткнул пальцем в его морковь. — Это не солдатский паёк, а праздничное блюдо. Тоньше.

Он молча перерезал кусок пополам.

Тем временем в саду становилось оживлённее. Эмма спустилась вниз уже в дорожном платье и сразу побежала к Амелии с Молли. Девушки нашли где-то небольшой мяч и со смехом перебрасывали его друг другу, а Рид носился между ними, пытаясь перехватить игрушку в прыжке. Глаза у сестрёнки всё ещё оставались красноватыми, но она уже искренне улыбалась.

Игнис устроился в плетёном кресле под деревом, нацепил соломенную шляпу и мгновенно задремал. Его храп разносился по саду, пугая птиц.

Жемчужный рис я промыл сам, трижды, пока вода не стала прозрачной, и оставил в тёплой воде набухать. Непромытый слипнется в кашу, сухой не возьмёт сок. Духовное зерно должно напиться заранее, чтобы потом впитать в себя только вкус бульона.

Масло в казане раскалилось до нужной кондиции, воздух над чугуном подрагивал от жара. Первый кусок мяса Горного Круторога ударил о дно с резким злым шипением, и над казаном взметнулся столб белого пара, искрящегося от высвобождаемой энергии. По саду хлестнул запах горячего жира и жареного духовного мяса, тяжёлый и густой. Игнис перестал храпеть и приоткрыл один глаз.

Я работал лопаткой быстро, переворачивая куски, не давая им прилипнуть и потерять корочку. Навалишь всё сразу, температура рухнет, мясо пустит сок и начнёт тушиться вместо того, чтобы жариться.