Сказ Про Иванушку-Дурачка. Закомуришка тридцатая
Шрифт:
– Що, що! Ты слышал, понимаешь, що тебе сказали?!
– И-го-го! И-го-го!
– Да! Ну и що, Го-го-гоша?
– И-го-го! И-го-го! И-го-го!
– Що, що! Ежели в России есть портняжки с такою иглой, то сдается мне, що портняжка с иглой в России больше, чем портняжка с иглой!
– И-го-го! И-го-го!
– Кто, портняжка с иглой?
– Да, портняжка с иглой!
– И-го-го!
– Почему?
– Как вышьет иглой, так взвопишь: ой-ой-ой!
– И-го-го! И-го-го!
– Отстань, не гами* тут, разгамишь всех, уснуть не дашь, Гоша! – говорю я своему Унутреннему Горлопанусу и вопрошаю безносого насчет безухого: – А каково он портняжничает?
– Таково, шо из-под тебя лошадь уведет! Али «Жигули»! А чьто же ты думал?!
– И-го-го!
– А как его звать?
– И по рылу знать, чьто Кирилой звать! А прозвище его – Ухатый*.
– И-го-го! И-го-го!
– А я – Иван! Будем знакомы!
– И-го-го! И-го-го! И-го-го!
– Ты не Иван, ты баран! Эй, баран! Кошелек или жизть! – гугнявят* обадва.
– И-го-го! И-го-го! И-го-го!
– Кошелек, кошелек, – бурчу. – Какой кошелек?
– И-го-го! И-го-го! И-го-го!
Тут мне мой Внутренний Горлопан-с – а он сатанеет, когды, понимаешь, речь заходит о кошельке-с – нашептывает:
– Иван-с, а Иван-с!
– Що-с, ёшкина кошка-с?
– Що-с, що-с! Эти такие простые портные-с из Вороватова-с, понимаешь, требуют от какого-то барана-с какой-то кошелек-с!
– И-го-го-с!
– Да-с! Ну и що-с, Го-го-гоша-с?
– И-го-го-с! И-го-го-с!
– Що-с, що-с! Сдается мне, що они полагают, будто в России каждый баран-с имеет кошелек-с! Бывают же на Руси такие олухи, которые требуют от тебя больше, чем ты можешь дать! Сдается мне, що эти простые портные полагают, будто баран в России больше, чем баран!
– И-го-го! И-го-го! И-го-го!
– Кто, баран?
– И-го-го! И-го-го!
– Да, баран, однозначно!
– И-го-го!
– Кто, портные?
– И-го-го! И-го-го!
– Да, портные, двождызначно!
– И-го-го! И-го-го! И-го-го!
– Они що, такие простые?
– И-го-го! И-го-го!
– Да, такие простые!
– И-го-го-о-о!
– Эй, баран! Кошелек или жизть! – орут портные и ко мне подкрадываются, прячась за спинами друг дружки.
– И-го-го! И-го-го! И-го-го!
– Шиш, муха, не развереди уха!* – горлаю* всем. – Постойте, портные из Вороватова – Сазон да Кирила! А вот отгадайте сперва загадку! На горе-горище лежит голенище: в том голенище деготь, леготь* и смерть недалече!* Что – сие?
– И-го-го! И-го-го! И-го-го!
Портные из Вороватова встали как вкопанные, сдвинули шапки на лбы, зачесали в затылках.
– И-го-го!
– Почем знать, чего не знаешь! – гундосит Сазон.
– И-го-го! И-го-го!
– Много знать – мало спать! – дроботит* Кирила.
– И-го-го! И-го-го!
– Кто что знает, тем и хлеб добывает! – возражаю.
– И-го-го!
– Полно тебе знахариться! – барабарят* обое, подпрыгивая. – Эй, баран! Кошелек или жизть!
– И-го-го! И-го-го! И-го-го!
– Шиш, муха, не развереди уха! – гамлю. – Постойте, портные из Вороватова – Сазон да Кирила! А вот отгадайте ещежды загадку! Летит птица тонка, перья красны да желты, по конец ее человечья смерть!* Что – сие?
– И-го-го! И-го-го! И-го-го!
Портные из Вороватова встали как вкопанные, сдвинули шапки на затылки, зачесали во лбах.
– Х-х-ха! Об энтом знать не знаю! – ботвит* Сазон.
– И-го-го!
– Много знать – скоро состариться! – кырхает* Кирила.
– И-го-го!
– Кто чьто знает, тем и честь добывает! – прекоречу*.
– Полно тебе знахариться! – бруздят* обадва, подпрыгивая. – Эй, баран! Кошелек или жизть!
– И-го-го! И-го-го! И-го-го!
– Шиш, муха, не развереди уха! Постойте, портные из Вороватова – Сазон да Кирила! – гумблю*. – А вот отгадайте вдругомя* загадку! Летела тетеря вечером, не теперя, упала в лебеду – и теперь не найду!* Что – сие?
– И-го-го! И-го-го! И-го-го!
Портные из Вороватова встали как вкопанные, сдвинули шапки набекрень, зачесали в ушах и за ушами.
– Знать не знаю, ведать не ведаю! – бакулит* Сазон.
– И-го-го! И-го-го!
– Чего не знаешь, того и знать не хочется! – кыршит* Кирила.
– И-го-го! И-го-го!
– Кто чьто знает, тем и жизть себе добывает! – протиречу*.
– И-го-го!
– Полно тебе знахариться! – тарантят обое, подпрыгивая. – Эй, баран! Кошелек или жизть!
– И-го-го! И-го-го! И-го-го!
– Шиш, муха, не развереди уха! – вествую*. – Ну, как знаете, сударики! Впредь не обессудьте: поделом татям муки!
– И-го-го!
Тут я сымаю со своего могутного плеча Оружжо Сухой Мартын да и прихвастываю:
– А вот у меня пукалка!
– И-го-го! И-го-го!
– Слышь-ка, Кирила, дока на доку напал! Глянь-ка, у энтого барана – ружжо! – мямкает* портной Сазон портному Кириле.
– И-го-го! И-го-го!
– Баран с ружжом – уже не баран! – алалыкает* портной Кирила портному Сазону.
– И-го-го! И-го-го! И-го-го!
– Не баран?
– И-го-го!
– Не баран, однозначно!
– И-го-го! И-го-го!
– А кто ж тогда он, ежели не баран? – мямкает Сазон.
– И-го-го! И-го-го!
– Баран с ружжом – уже не баран, а Иван! Понял, чудила? – алалыкает Кирила.
– И-го-го! И-го-го! И-го-го!
– Иван?
– И-го-го!
– Да, Иван, однозначно!
– И-го-го! И-го-го!
– Иван – точно он? – мямкает Сазон.
– И-го-го! И-го-го!
– Он, точно он! И даже не Иван!
– И-го-го! И-го-го!
– А кто ж тогда он? – мямкает Сазон. – Невжо* – Селифан? Алибо энтот – как его? – Фигмалион?!
– И-го-го-о-о!
– Он – Иван Иваныч! Понял, чудила? – алалыкает Кирила.
– И-го-го! И-го-го! И-го-го!
– Иван Иваныч? Не баран бараныч?
– И-го-го!
– Иван Иваныч! Не баран бараныч!
– И-го-го! И-го-го! И-го-го!
– А кто ж тогда он, ежели не баран бараныч? – мямкает Сазон. – Невжо Селифан Селифаныч? Алибо энтот – как его? – Фигмалион?!