Сказки попугая (Тота кахани)
Шрифт:
Приключение столяра.
Через час столяр, для того чтобы не заснуть, взял топор, отрубил от дерева толстый сук и мастерски выточил из него очень красивую статую. Когда срок стражи кончился, он разбудил портного, а сам заснул.
Приключение портного.
Портной тоже, будучи добросовестным, стал думать о том, как остаться бодрствующим в течение целого пахра. В это время взгляд его упал на статую, созданную искусством столяра. Тогда он стал говорить в своем сердце: «Столяр сделал эту деревянную фигуру, чтобы выказать свое мастерство. А я одену ее в такое изящное платье, что красота ее увеличится вдвое».
И, будучи весьма искусным, он за один пахр сшил очень красивое платье, по образцу платья невест, и, надев его на статую, разбудил ювелира, а сам заснул.
Приключение золотых дел мастера.
Тогда и ювелир стал искать какого-нибудь средства, чтобы не заснуть. В это время он увидел статую, одетую в платье, и так стал говорить в своем сердце: «Каждый из них показал свое искусство, надо и мне проявить мое мастерство и украсить статую драгоценностями, выкованными по новым образцам {81} , так, чтобы товарищи поняли, каков я».
81
«Драгоценности, выкованные по новым образцам». Как уже было сказано, ювелирные изделия составляют необходимую принадлежность костюма индийской женщины. Их носят не только ради украшения, но и как талисманы, т. е. предметы, приносящие счастье и охраняющие от бед. Для придания им магической силы, драгоценности обычно украшаются узорами из листьев, плодов и цветов священных растений, барельефными изображениями богов, многоголовых змей и т. п.
Решив это в своей душе, он сковал такие драгоценные украшения, что, когда надел их на статую, она стала еще красивее. Наверное, до нынешнего дня никто не видал и не носил подобных золотых украшений. Статуя стала так хороша, что и описать невозможно. Оставалось только вдохнуть в нее жизнь. Тогда золотых дел мастер разбудил монаха, а сам заснул.
Приключение монаха.
Монах, поднявшись и совершив омовение, стал молиться Аллаху {82} . Но вот, через час времени, что же он замечает? — Перед ним стоит прекрасная женщина, но она не двигается и не шевелится. Тогда он подумал: «Это плод мастерства тех трех. Мне тоже надо выказать свои таланты. По милости божьей, я проявлю такое искусство, что эту безжизненную статую молитвами своими превращу в живую, так, чтобы они помнили, каковы бывают подвижники».
82
«Поднявшись и совершив омовение, стал молиться Аллаху». Мусульманин обязан пять раз в день совершать «намаз» — молитву. Различают пять «намазов»: 1) утренний — совершаемый незадолго до восхода солнца, 2) полуденный, 3) после-полуденный, 4) вечерний — совершаемый после заката, и 5) ночной — по наступлении полной темноты или перед сном. Молитва сопровождается определенными жестами: поклоны, падения, поднятия рук вверх и др. Перед молитвой необходимо совершить омовение, т. е. ополоснуть водой руки, лицо, рот, шею, уши, ноги. При отсутствии воды (напр., в пустыне), предписывается совершать омовение песком. (В этом случае рот и уши можно не «омывать»). Все стадии омовения и молитвы проходят в строго определенной последовательности.
Итак, совершив омовение, монах со страстным плачем стал взывать к щедрому богу: — О Творец земли и неба! Во имя твоего могущества, даруй жизнь и речь этому деревянному изображению, так, чтобы я тоже получил почет среди своих друзей.
И вот мольба его была исполнена Аллахом. Тотчас жизнь вошла в эту статую, и она стала говорить, как люди.
Когда ночь прошла и взошло солнце, все четверо, увидев статую, влюбились в нее и стали ссориться друг с другом.
Столяр говорил: — Я ее хозяин. Я выточил это дерево по образу человека. Я ее возьму.
Портной сказал: — Я ее господин, ибо я защитил стыдливость этой статуи и обнаженную одел в платье.
Золотых дел мастер говорил: — Я имею право на эту невесту, ибо я нарядил ее в такие драгоценности, что она стала прекрасной, как новобрачная.
Монах сказал: — Эта невеста принадлежит мне. Она была деревянной куклой, а по моим молитвам всевышний даровал ей жизнь. Кто смеет кинуть взор на нее, кроме меня? Я ее возьму.
Итак, ссора разгоралась, а между тем к этому месту подошел незнакомец. Все четверо стали просить его рассудить их, а тот, увидав такую красавицу, тоже влюбился в нее и стал говорить: — Это моя законная жена {83} . Вы все обманом похитили ее из моего дома и разлучили ее со мной.
83
«Это моя законная жена». Ислам и индуизм признают многоженство. Мусульманин может иметь неограниченное число наложниц, но только четырех законных жен одновременно, в действительности же большинство, в особенности бедняки, довольствуются одной, ибо законной жене предоставляются некоторые права: так, при заключении брака она получает от мужа определенную сумму денег — «мэхр», сохраняет право распоряжаться своей собственностью, муж должен содержать ее на свой счет и др. Имея нескольких жен, муж обязан каждой из них предоставить отдельное помещение и поровну распределять между ними свое супружеское внимание.
У индуистов число жен не ограничивается законом и религией, но на деле и они обычно имеют только одну, за исключением некоторых случаев, относящихся к высоким кастам, где женихи дороги и женитьба является своего рода выгодным промыслом. Так, например, в Бенгалии существует каста брахманов-кулинов, члены которой за соответствующую плату женятся десятки раз. Жены их, конечно, остаются жить у родителей и лишь изредка удостаиваются посещений мужа.
В конце концов, незнакомец отвел всех четырех к котвалю {84} . Котваль, увидев женщину, тоже воспылал к ней страстью и воскликнул: — Это жена моего брата. Он отправился путешествовать вместе с нею. Может быть, вы его убили и бежали, захватив ее с собою.
В конце концов, котваль повел их всех к судье, а судья тоже влюбился в женщину и стал говорить: — Кто вы такие? Она моя рабыня. Я уже давно ее разыскиваю. Она убежала, забрав много вещей, денег и драгоценностей. Наконец-то я нашел ее, благодаря вам. Где же вещи? Объясните-ка это!
84
«Котваль» — начальник городской полиций, градоначальник.
Спор тянулся так долго, что все женщины и мужчины города собрались и стали смотреть на это зрелище. Тогда один старик из числа зрителей сказал: — Этого вашего спора здесь никто не решит до дня страшного суда. Ступайте все в такой-то город. До него несколько дней пути. Там есть очень старое дерево. А зовут это дерево «древом приговора». Тот, чья тяжба не может быть решена, подходит к этому дереву, а из дерева раздается голос, который объявляет, правду ли говорит истец или лжет.
Выслушав это, все семеро мужчин, захватив с собой женщину, отправились к дереву и в точности поведали ему каждый о своих притязаниях, говоря: — О дерево! Скажи правду, кто из всех нас имеет право на эту женщину?
В это время ствол дерева раскололся, и женщина, подбежав, скрылась в нем. Тогда из дерева раздался голос: — Вы наверное слышали, что «всякая вещь возвращается к своему источнику». Теперь ступайте, прогуляйтесь и, пока прохладно, разойдитесь по домам.
После этого все семеро, пристыженные, разошлись по домам».
Закончив эту сказку, попугай сказал: — О госпожа! Если муж твой приедет и станет держать тебя взаперти {85} , то тебе так же будет стыдно перед своим возлюбленным. Лучше будет, если ты теперь поскорей пойдешь и обнимешь твоего милого.
85
«Муж станет держать тебя взаперти». У мусульман личная свобода женщин строго ограничена, и жизнь их проходит, главным образом, в стенах дома и двора. В домах женщинам отводятся особые помещения «занана», или «харам-сара» (отсюда русские слова «гарем» и «сераль»), куда посторонним мужчинам вход строго запрещен. Выходить на улицу и принимать у себя гостей женщины могут только с разрешения мужа. Жена обязана во-всем повиноваться своему супругу, который имеет право ее бить, если она непокорна. Эти порядки, так же как и обычай закрывать лицо при выходе из дома, были занесены мусульманами в Индию, но укрепились только в высших кастах; в крестьянской среде и у низших каст женщины продолжают пользоваться относительной свободой и не закрывают лица. Но чем выше каста — тем больше стеснений. Некоторые высокие касты запрещают женщинам не только выходить из комнат в сад или во двор, но даже смотреть в окна, нарочно прорубаемые под самым потолком.
Когда, выслушав его, Худжаста вознамерилась уходить — утро настало, и петух запел. И на этот раз ей пришлось остаться. Тогда она стала горько плакать и прочла такие стихи:
Жизнь раньше рассвета не отошла, От сердца скорбь эта не отошла.8
рассказ,
о радже {86} , раэ-райане {87} и о том, как факир {88} влюбился в дочь раджи Канауджа {89}
86
«Раджа» (иначе «раэ», «рао») — индийский владетельный князь. В настоящее время этот титул оставлен за бывшими владетельными князьями и за правителями туземных княжеств, хотя последние уже не являются самостоятельными государствами и, в той или иной мере, зависят от Англии. Махараджа — «великий раджа», титул высший, чем просто «раджа».
87
«Раэ-райан» (буквально — «князь князей») — титул, присвоенный государственному казначею.
88
«Факир» — буквально «нищий, нуждающийся» (арабское слово). Так называют себя мусульманские монахи (о них см. прим. к рассказу 7-му), отчасти потому, что они дают обет добровольной бедности и питаются подаянием, отчасти (символически) потому, что они считают себя «нуждающимися в милости Аллаха». Со времен мусульманских нашествий в Индию факирами стали называть также и индийских нищенствующих аскетов — «джоги» (см. прим. к рассказу 6-му).
89
«Канаудж» (иначе Кинодж) — древний город в одноименном округе, входящем в состав Соединенных Провинций Северной Индии. Стоит в правобережной долине р. Ганга, на берегу старого русла. В древности был столицей самостоятельного княжества.
Когда солнце скрылась и взошла луна, Худжаста переменила платье, надела драгоценности и, очень нарядная, пошла отпрашиваться к попугаю и стала ему говорить так: — О попугай! Мне очень стыдно перед тобой — ибо я каждую ночь прихожу с просьбой отпустить меня, надоедаю тебе, и ты ради меня теряешь свой сон и отдых. Я не могу поднять головы от бремени твоих благодеяний и не в силах выразить моей благодарности.
Будь даже весь мой язык в меду — Достойной тебя хвалы не найду!Попугай отвечал: — О Худжаста! Что ты говоришь?. Ведь я один из рабов, купленных за золото твоим мужем. И если ты так ласкова со мной, то как смогу я помочь тебе в твоих делах, в той мере, как это подобает рабу. Наоборот, стыдиться приходится мне, но пусть я подвергнусь опасности, а уже соединю тебя с твоим другом.
Пусть даже жизнь свою потеряю — Но тебя с другом сочетаю.Подобно тому раэ-райану, о котором ты, наверное, слышала, я всемерно помогу тебе в твоем деле.