Чтение онлайн

— Вот это да! После подсчета зубов улитки мне неловко даже открыть свой рот и показать редкие зубы, — заметил заяц Рук.

— Ну, теперь мы с уверенностью можем назвать улитку самым зубастым обитателем джунглей! — подытожила этот «зубной» разговор куропатка Гонмо.

Однажды мартышка Чеу, любуясь белизной только что прорезавшихся бивней слоненка Ланченкара, поинтересовалась у него:

— Сколько же весят твои бивни?

— По килограмму каждый, — гордо ответил слоненок.

— И долго они еще будут расти?

— Лет до двадцати!

— Сколько же они тогда будут весить?

И тут Ланченкар задумался…

— Не знаю. Может быть, и все сто килограмм будут весить, — ответил слоненок. И добавил: — Или столько же, сколько у моего отца Ланченпо!

— А сколько весят бивни твоего отца? — продолжала спрашивать мартышка.

— Не знаю, — смутился Ланченкар. — Надо сходить и узнать. И они отправились к царю слонов узнать, сколько же весят его бивни?

Старый Ланченпо был поистине огромным слоном. Вероятно, самым большим на полуострове Индостан, а может быть, и во всем мире. Его могучие бивни одним своим видом наводили ужас на врагов. Если на слонов его стада решались напасть хищники, Ланченпо всегда вставал на защиту и покидал место схватки самым последним. Когда наступала засуха, Ланченпо разрывал своими бивнями глубокие ямы в руслах опустевших рек, и туда постепенно собиралась вода. Эту воду пили как сами слоны, так и все другие обитатели джунглей.

Придя к парю Ланченпо, слоненок и мартышка рассказали ему о цели своего визита. Царь слонов с удивлением согласился на необычную просьбу своего сына и его длиннохвостой подружки. Слоненок достал огромные слоновьи весы и стал взвешивать бивни Ланченпо.

— Ну, сколько там? — с нетерпением спросила мартышка.

— Так, правый бивень весит 117 килограммов, а левый — 110, — гордо ответил слоненок.

— Вот это да: в сумме — 227 килограммов! Подумать только, два зуба весят столько же, сколько весят двадцать две мартышки! А двадцать две мартышки — это уже целая стая, — заявила пораженная мартышка Чеу.

Как-то, играя среди зарослей диких роз, жасмина, грецкого ореха, конского каштана, в чаше крон эбеновых и красных деревьев, мартышка Чеу встретила обезьяну совсем другой породы. Это был самец, и ростом он был гораздо выше мартышки. Тело незнакомца было сплошь покрыто длинными рыже-бурыми волосами. Еще у него были борода и наросты по краям лица. Держался он прямо и без труда передвигался на задних лапах.

— Ты кто? — спросила незнакомца мартышка Чеу.

— Я — человек леса, — ответил тот.

— Я много раз видела людей, и ты совсем на них не похож, — возразила мартышка.

— Я — человек, но не простой. Меня так и называют на языке островитян — орангутан, что значит «человек леса», — важно заявил незнакомец.

— Мне кажется, ты больше похож на обезьяну, чем на человека, — заключила мартышка.

— А вот и нет! Я не обезьяна, потому что у меня человеческое телосложение в отличие от твоего, к примеру, — гордо произнес орангутан.

— Чем же ты от меня так отличаешься? — недоверчиво спросила мартышка.

— А ты посчитай, сколько у тебя ребер и сколько — у меня, — попросил орангутан.

Мартышка насчитала у себя тринадцать пар ребер, а у орангутана — только двенадцать!

— Мы, люди, существа суеверные и поэтому очень не любим число тринадцать, — объяснил орангутан и прибавил: — Вот такими скрытыми признаками отличаются люди от обезьян!

— Да, никогда бы не подумала, что у людей — что у деревенских, что у лесных — может чего-то быть меньше, чем у обезьян! — оставила за собой последнее слово мартышка Чеу.

Как-то слоненок Ланченкар стоял на берегу священной реки Ганг. Взгляд его был строгим и внимательным, и слоненок почти не оглядывался по сторонам. Он занимался рисованием! Рук у слоненка, конечно, не было, но зато он держал кисточку хоботом и ловко водил ею по бумаге, переступая при этом с ноги на ногу. Слоненок рисовал жирафа, которого он видел в Африке, потому что хотел показать своим друзьям, какое удивительное животное этот жираф и какая у него длинная шея.

От напряжения слоненок сильно вспотел, а из-за кисточки, крепко зажатой в хоботе, еще и тяжело дышал. Ведь хобот у слонов — не просто заменитель руки. Это еще и нос, только очень длинный!

Закончив свой рисунок, слоненок решил подарить его мартышке Чеу и подписал на обратной стороне: «Дорогая Чеу! Ты никогда не видела, какая длинная шея у жирафа. Шея у него — трехметровой длины!» После этого Ланченкар огляделся вокруг, заметил с высоты своего роста знакомого зайца Рука и приписал фразу: «Отправляю тебе жирафа вместе с зайцем Руком».

Заяц побежал к мартышке и передал ей рисунок Ланченкара. Та прочитала надпись на нем. Затем мартышка протянула к зайцу свои руки и попросила:

— Давай же скорее жирафа: хочу посмотреть на его трехметровую шею!

— Какого жирафа? — удивился заяц.

— Как — какого? Тут же ясно написано: «Отправляю тебе жирафа вместе с зайцем Руком», — пояснила мартышка.

— Я, наверно, потерял его по дороге, — виновато произнес заяц.

— Тогда беги обратно к слоненку и попроси для меня еще одного жирафа. Только не потеряй его на этот раз! — строго наказала мартышка.

Заяц прибежал обратно к Ланченкару и передал ему просьбу мартышки. Ланченкар нарисовал еще одного жирафа и написал: «Отправляю тебе другого жирафа. Кажется, этот еще лучше».

Получив новый рисунок, мартышка с подозрением посмотрела на зайца:

— Так, и где же этот другой жираф? Он лучше прежнего, значит, и шея у него длиннее прежнего должна быть!

— Извини, но слоненок больше ничего не передавал, — защищался, как мог, заяц Рук.

— Как не передавал? Здесь же написано: «Отправляю тебе другого жирафа», — недовольно заявила мартышка.