Чтение онлайн

Разгон спермы — идеальная разрядка, когда все идёт по пизде…

Но я не смею так поступить с Энн.

Потому что у меня есть чувства к ней. Это уже аксиома, не требующая доказательств.

Но которую я, как тупоголовый баран, намерен игнорировать…

Есть и есть…

Но на этом все.

Потому что если я дам этим чувствам хоть малюсенький шанс, то не смогу жить, как жил раньше…

Все мои планы, обещания, заверения потеряют смысл.

Скрипка покорит меня, полностью погладит мою волю…

Я на край света за ней…

Хотя даже сейчас позови она и я не уверен, что смогу отказать.

Поэтому я сделал так, чтобы она видела во мне только зазнавшегося, эгоистичного подлеца, которого можно только ненавидеть и презирать.

— Я не понимаю, — продолжила та, чей голос мне в фантазиях поет колыбельные. — Чего ты хотел добиться этой выходкой? Опозорить меня при всех?

Молчал…

Потому что в моем поступке были совершенно противоположные мотивы.

Я опускал не её, а сам себя…

Я знал, что все займут сторону Энн. Они адекватные, это я запутавшийся, свихнувшийся придурок, который хочет быть честным и правильным, но поступает низко и гадко…

— Знаешь, а мне действительно стыдно… Но не за чувства, а за то, что они появились к такому, как ты…

Схватка взглядами, которую выигрываю я.

Потому что моральный урод…

Взгляд Энн на меня ощущается настолько пустым и холодным, что я еле сдерживаюсь, чтобы не ринуться к ней. Как бы мой рассудок ни сопротивлялся, я хочу кутаться в эту девушку. Только с ней тепло.

— Ренат, — обращается она к преподавателю танцев, который стал невольным свидетелем межличностного конфликта в коллективе. — Начинайте без меня. Я скоро вернусь…

Она выходит из зала, а я подхожу к окну, чтобы проветриться, почувствовать жизнь и в какой-то степени закрыться от недовольных взглядов присутствующих…

Мне по большому счету насрать на них…

Только взгляд Скрипки имеет значение….

Но отвернувшись, я скорее спасаю их от очередного моего гадства. Ведь скажи они мне хоть слово, и я гарантированно отвечу им последним матом или того хуже ударом в челюсть.

Так крошит, что нет сил сдержаться…

— Пиздец! — ору в открытое окно и ударяю по поверхности подоконника.

Я чёртов псих, который потерял что-то очень ценное… Завидую стойкости подоконника, который мужественно выдерживает мой мощный удар. Ведь моё самообладание на грани… Ещё чуть-чуть и начну крушить все вокруг…

А боли и гнева на самого себя добавляет заплаканный вид вернувшейся Скрипки.

Каждой клеточкой ощущаю, насколько трудно ей даётся каждый шаг ко мне, ведь мы танцуем финальный танец концерта в паре.

Глаза опущены, руки холодные и дрожат, а ноги совершенно не слушаются.

Мы как две окаменевшие статуи, полуразрушенные и не способные больше сочетаться друг с другом…

— Белова, ты вообще собираешься работать или так и будешь наступать мне на ноги при каждом шаге, — шиплю я, злясь на то, как все быстро изменилось между нами.

До сегодняшнего дня мы парили в руках друг друга, идеально соединялись в танце.

А сейчас просто физически не можем находиться рядом…

— Пантера… — остерегающе рычит Манул, намереваясь организовать мне нокаут разъяренным взглядом.

Стоп!

Осекаю свое настырное стремление закрыть рот парню, который лезет не в свое дело. Только в действительности понимаю, отчего Манул вечно впрягается за Скрипку.

Он запал на белые гольфики и веснушки…

И это раздражает…

— Энн, станешь в пару со мной? — Белова переводит взгляд с Лехи на Рената, а парень решительно доводит дело до конца. — Ренат, ты не против?

— Нет. Если это не противоречит продюсерской задумке, — вносит свой вклад учитель танцев в то, что Стрипка уже через секунду влетает в объятия Манула.

Пульсация в висках усиливается, и вместо музыки я слышу только звонкий смех бесячей выскочки.

Не хочу даже думать, что она намеренно обольщает парня своей улыбочкой.

Я на грани…

Каждое её касание к другому я воспринимаю никак часть танца, а как сексуальное наглаживание бицепсов.

Зажмуриваюсь, чтобы хоть на мгновение выпасть из долбанной реальности. Но стоит снова открыть глаза, как я устремляю их на неё…

От увиденного вспыхивают белые фонтаны искр, а на подкорке сознания звучит похоронный марш моей выдержке.

Ведь Манул кружит Белову на руках и это не гребаный элемент номера…

От этой сцены ловлю неконтролируемые вертолетики…

Ведь этот момент меня дико злит.

Хочется приземлиться и разнести в щепки их охрененную идиллию.

Но я разворачиваюсь и тяну штурвал в противоположную сторону.

Сегодня я намерен окончательно доказать самому себе, что именно я управляю своей жизнью, а не взбалмошные прядки, которые выбились из её пучка.

— Привет, любимая, я скучал! — лепечу заученную фразу, стоя на пороге своей квартиры.

Пора возвращать все на свои места, потому что я порядком подзаебался вертеться волчком на месте.

Тошнотворные ощущения…

Лола, не намереваясь тратить время на извинения и долгие разговоры, сразу припадает к моим губам… Прикусывает подбородок и поцелуями следует ниже… Одна рука опускается вниз по моей груди, царапая её длинными, острыми ногтями.

Слишком откровенно…

Слишком навязчиво…

Слишком пошло…

Скрипка бы так ни за что не сделала.

Она бы сделала нежно, робко, трепетно.

Морщусь, потому что представляю совсем другую девушку, но не могу ничего поделать с этим. Фантазии бушует…

Очевидно же, что эта не может быть Скрипка. У неё даже таких ногтей нет.

— Чернов, а ты не охренел, так очевидно показывая мне, что ты не хочешь меня после недельной разлуки, — голосит Ло, нервно убирая руку от моего дохлого члена.

Ни черта не выходит.

Отторжение.

Возбуждение ни то, что улетучилось, оно даже не посетило меня рядом с Лолой.

Шикардос!