Чтение онлайн

– Не обращайте внимания, сэр Макс вечно всем недоволен. Этот господин самый избалованный вельможа в Соединенном Королевстве.
– Беззастенчиво соврал сэр Кофа. Я адресовал ему преувеличенно возмущенный взгляд безрезультатно!

– В таком случае, рада поставить вас в известность, что порядок вещей весьма благоволит к вам в этом путешествии, господа.
– Сообщила рыжая начальница.
– Караван в Кумон отправляется завтра утром. Вы сможете немного отдохнуть, и в то же время не потеряете драгоценные часы на ожидание достойных попутчиков. Если вы простите мне дерзкое желание вмешаться в ваши дела, я бы предложила вам провести ночь во дворце блистательного господина Кумкура Шимукурумхи, агальфагулы Капутты. Час назад я позволила себе ненадолго отвлечься от беседы с вами, чтобы послать ему зов и сообщить о вашем прибытии, посему мне известно, что господин агальфагула чахнет от непреодолимого желания оказать вам гостеприимство...

– "Агальфагула"?
– Строго переспросил я. Мой опыт свидетельствует, что когда чего-либо не понимаешь, лучше всего придать своему лицу суровое выражение!

– Да.
– Испуганно подтвердила леди.
– Боюсь, что в Капутте нет другого дома, достойного принять вас под сводами своей крыши.

– Ну, если нет, тогда ладно.
– Честно говоря, меня здорово подмывало заржать от нелепости нашего диалога, но у меня были некоторые основания опасаться, что мой смех может стать причиной какого-нибудь драматического международного конфликта...

– Не выпендривайся, Макс.
– Устало попросил Кофа.
– Агальфагула - это что-то вроде почтеннейшего начальника города и его окрестностей, самое важное лицо в любом городе Куманского Халифата... одним словом, ничего особенного!

– Носильщики уже стоят у дверей.
– Тактично заметила рыжая начальница.
– Они готовы отнести вас и ваше имущество во дворец блистательного господина Кумкура Шимукурумхи, если у вас нет возражений.

– У нас нет возражений.
– Благодушно улыбнулся Кофа.
– Пусть несут.

Дверь распахнулась, и я с ужасом увидел, что к нам приближается целая толпа здоровенных полуголых мужиков, вооруженных двумя огромными подобиями двуспальных диванов. Я вспомнил, что в свое время на таком же "диване" путешествовал по Ехо посол Куманского Халифата, господин Манива Умонары - я был так потрясен этим зрелищем, что даже запомнил его заковыристое имечко! На этом странном транспортном средстве парень прибыл на официальный прием по случаю моего воцарения в землях Хенха и не слезал со своего "дивана" в течение всего вечера. Даже мою, с позволения сказать, царственную руку он лобызал лежа: очевидно правила куманского этикета не считают такое поведение дурным тоном..

.

– Что, сейчас мы с вами взгромоздимся на эту мебель, и в таком виде нас понесут через весь город?
– С ужасом спросил я у Кофы.

– Все-таки ты самое невыносимое существо во Вселенной, сэр Макс! Вздохнул тот.
– В кои-то веки тебе предоставилась возможность вкусить настоящего комфорта, а ты смотришь на лучший куманский уладас так, словно тебе принесли новенький гроб, сделанный специально по твоему размеру...

– А это называется "уладас"?
– Тоном великомученика спросил я.
– Что ж, будем считать, что это меняет дело. Поехали!

"Уладас", который я упорно продолжал считать диваном, действительно был весьма удобной штукой. Носильщики, чей внешний вид совершенно не внушал мне доверия, оказались классными профессионалами. Они действовали так слаженно, что мне не довелось испытать никаких неудобств: мягкая поверхность, которой я так неохотно доверил свое единственное тело, не тряслась, не перекашивалась, и вообще все было в порядке.

– Ну что, ты наконец-то доволен жизнью?
– Ехидно поинтересовался Кофа. Я молча кивнул: в кои-то веки мне было не до разговоров! Всю дорогу я затаив дыхание решал, на что следует смотреть в первую очередь: на массивные громады разноцветных домов, или на прохожих, увешанных грудами каких-то сияющих драгоценностей, или на причудливо искривленные белые стволы огромных деревьев, растущих по краям тротуара, или просто уставиться в неописуемое оранжевое небо, безумный цвет которого все время заставлял меня усомниться в реальности происходящего...

Дворец "блистательного господина" Кумкура Шимукурумхи тоже здорово смахивал на галлюцинацию. Посреди шумных кварталов Капутты, как и все южные портовые города, здорово похожей на крикливую роскошную красавицу, не слишком уделяющую внимание личной гигиене, высилась огромная башня из белоснежного камня. Широченный проем парадного входа был элегантно задрапирован полотнищем тонкой узорчатой ткани. Если я все правильно понял, этим и ограничивалась немудреная система дворцовой безопасности... Во всяком случае, никаких стражников у этой, с позволения сказать, "двери" не было.

– Это кричащая дверь, Макс.
– Снисходительно объяснил Кофа, посмеиваясь над растерянным выражением моего лица.
– Если в дом захочет зайти человек с дурными намерениям, дверь начнет пронзительно кричать, и тогда дворцовые стражи покинут покои, в которых они предаются отдохновению...

– Неплохая у ребят работа!
– Ехидно фыркнул я.
– "Предаются отдохновению", ишь ты!

– А ты как думал!
– Не менее ехидно подтвердил Кофа.
– Это же Куманский Халифат, мальчик! Здесь знают, как прожить жизнь, затрачивая на это минимальные усилия...

– В чьи покои блистательные господа прикажут отнести свое имущество? Робко осведомился предводитель носильщиков. Отмечу, что этот дядя, очевидно, тоже был в курсе насчет того, как "прожить жизнь, затрачивая на это минимальные усилия" - его работа состояла в том, чтобы гордо вышагивать впереди нашей очаровательной компании. Впрочем, я вполне готов допустить, что он был единственным, кто знал дорогу к месту назначения...

– Две большие сумки - в мои покои.
– Тут же ответил Кофа.
– А все остальное - в покои этого господина.
– Он невежливо ткнул пальцем в мою сторону.

– "Все остальное" - это нашего пленника?
– Ворчливо спросил я. Спасибо, сэр! Всю жизнь мечтал оказаться наедине с каким-нибудь бесчувственным телом...

– "Все остальное - это значит: твою сумку... ну, и пленника, заодно. Подтвердил сэр Кофа.
– Должен же кто-то его сторожить! Перед отъездом Джуффин сказал мне, что ты несешь ответственность за благополучный исход нашего дела - вот и неси ее на здоровье!

Потом нас разлучили: диван, на котором лежал этот ужасный человек, считавший себя моим коллегой, поволокли направо по коридору, а меня, соответственно, налево. Оставалось только благодарить небо, что в этом прекрасном Мире существует Безмолвная речь: без Кофы мне сразу стало как-то чересчур одиноко, и только возможность в случае необходимости перекинуться с ним парочкой слов примиряла меня с жестокой действительностью...

Вид моих апартаментов порядком поднял мне настроение: это были две небольшие смежные комнаты, такие уютные, что я, пожалуй, не отказался бы погостить здесь несколько дольше, чем предполагалось. Больше всего меня порадовало наличие второй комнаты, куда я тут же велел сгрузить сверток с нашим пленником: в обществе его неподвижного тела, которое совершенно не походило на нечто живое, мне действительно становилось немного не по себе...

Носильщики почтительно откланялись и удалились, прихватив с собой громоздкий уладас. Я остался один и огляделся. Пол был устлан огромным пестрым ковром, мебель не отличалась особым разнообразием: пять мягких диванов, здорово похожих на тот, на котором меня сюда принесли. Я заглянул в дальнюю комнату, где уже лежал сверток с бесчувственным телом нашего пленника. Там я обнаружил еще несколько диванов - или уладасов! Размеры одного из них вызывали особое уважение: по моим подсчетам, на нем могла бы выспаться целая дюжина человек. Логика подсказывала, что именно сие монументальное сооружение полагалось считать кроватью, а на остальных диванах следовало бодрствовать... Я задумчиво покивал, посвятил еще несколько минут сумбурным поискам ванной комнаты, ничего не нашел и послал зов Кофе.