Чтение онлайн

Поникшие было люди слегка приободрились.

– Тренироваться вы будете по особой методике, автор которой знаменитый стратег Джафар Багарди-Джамал. Она включает в себя, прежде всего, укрепление духа. Спонсором методики является Жёлтый клан гоблинов. Знакомьтесь, Цупик! – маленький невзрачный гоблин боязливо высунулся из-за спины зарийца. – В вашем королевстве изрядный дефицит кнутов и пряников, посему мы будем использовать гоблина. Каждый не исполнивший приказ, смалодушничавший, или совершивший иной проступок будет достоин великой чести лобызать Цупика. Эй, погодите вздыхать! Я ведь ещё не сказал, в какую часть Цупика будут осуществляться лобызания!

Ремильеро не мог сдержать улыбки. Он не много знал о Зарии и Пустынной империи, но человек перед ним был определенно сведущ как в деле военном, так и в устройстве простолюдинского умишки. Недавно назначенный десятник прекрасно знал, что за несколько недель не превратить крестьян и горожан в воинов. Но у такого мудрого человека непременно должен быть план. Он ведь, в отличие от него, не разочаровался в жизни и не ищет смерти в бою.

Вартос было его имя. Граф Вартос де Вигорт. Но это имя не звучало уже давно. С тех самых пор, когда мужчина покинул родину, семью и тех, кого раньше звал друзьями. Однажды...

Нет. Не было никаких жалостливых историй и утрат. Просто в очередной раз выбравшись из-под груды мёртвых врагов, чувствуя смрад трупов и привкус крови, волоча искалеченную ногу, возвращаясь в лагерь княжеской армии, Вартос решил, что с него хватит.

Много тысяч лет назад герои одолели великого зверя, Вафлза, пошли на великую жертву – запечатали его душу в себе. И что творится нынче? Потомки героев вовсю используют душу твари, чтобы отправить в мир мёртвых как можно больше народу. Теперь тысяча кровожадных мясников орудуют в разы быстрее и эффективнее одинокого монстра. Проклятые предатели только и делают, что сражаются, а ему, например, всю жизнь хотелось иного. Валяться в траве, гоняться за солнечными зайчиками и нюхать цветочки. Неудивительно, что будучи лишённым всего этого граф вёл себя очень агрессивно. Месть за невозможность нюхать цветочки оборачивалась десятками человеческих жертв.

В тот день Вартос послал Алаар с его правителем-маньяком в дальние дали и нашёл новый дом в Парараксе в заброшенной хижине лесника, где долгие годы пребывал в гармонии с собой и природой. В его новой жизни было немного встреч, но те, что случились за последний год, были самыми приятными. Сначала он встретил потерявшего память мальчика, который стал ему внуком, а потом подобрал в реке женщину, так похожую на него в молодости. Тоже проклятую, тоже графиню и тоже с душой невинной, но осквернённой бесчеловечными замыслами Князя. Надежда расцвела в сердце старика, надежда на то, что единственный глаз увидит счастливое завершение его жизни. Возможно, женщина пока не понимает, но ей представился редкостный шанс ощутить на себе жизнь без войн и раздоров.

Он ещё раз взглянул на свою гостью. Перетянутое цепями тело покоилось на массивной кровати, покрытое затягивающимися ожогами лицо не выражало ничего кроме обречённости. Ему стоило бы отпустить её погулять, но тогда она попытается сбежать и кого-нибудь съесть. Старик же поклялся, что по его вине больше никто не пострадает. Получалась интересная дилемма – выжить должна как девушка, так её потенциальные жертвы. В таких случаях говорят, что висящий на стене арбалет рано или поздно выстрелит. Ломать арбалет было нельзя, оставалось переделать его во что-нибудь менее смертоносное. К сожалению, мужчина понятия не имел, как переделываются люди. Оставалось лишь надеяться, что со временем гостья сама проникнется идеей мира на Континенте.

Запах прохлады проник в комнату, и голоса сов возвестили о пришествии ночи. Жози пыталась заснуть. С момента её спасения прошло немало времени, шрамы на лице и теле затянулись – отвары, которые вливали ей в горло, тормозили регенерацию, но своё дело способности оборотней всё же исполняли. Физическая боль утихла давно, но боль моральная становилась лишь сильнее. Где-то там, совсем рядом, её братья и сёстры сражались с ненавистным врагом. Сражались и умирали. Ведь бой на плато Стикса показал, насколько силён и опасен Параракс. И вот теперь, когда на счету у Всетемнейшего владыки каждый гоблин, она, наследница Вафлза, вынуждена лежать здесь, в полном бездействии. Кроме того, отсутствие правильного питания постепенно начало сказываться на сознании Жозефины. Появились странные желания, вроде бесцельного бега по лесу, вытья на луну или игры с мячиком. От ежедневного общения с Вартосом и мальчиком лучше не становилось, бредни одного о том, как прекрасен мир без войн, сменялись полными восторга рассказами о том, как малыш вернётся в родную деревню сразу после возвращения воспоминаний.

– Интересно, какая у меня семья? – тема семьи была любимой темой Каспера. – Думаю, она большая. У меня есть много братьев и сестёр. И шесть дедушек! Потому, что бабушки слишком много сюсюкают с мужчинами вроде меня. Дедушки в данном плане гораздо лучше, они делают внукам деревянных лошадок и катают на закорках. Конечно, один дедушка быстро устанет меня катать, но вот шестеро смогут сменять друг-дружку. А ещё...

Признаться, Мила Гудмен – придворный палач Мизорсбурга – являлась куда более приятной компанией, чем этот стукнутый. Она по крайней мере молчала во время пыток.

– Послушай, может, просто развяжешь меня? – спросила она не столько надеясь на положительный ответ, сколько ради желания заткнуть мальчишку хотя бы на те минуты, что он будет думать над ответом. – И мы поиграем в лошадок.

– Так у тебя ж ноги не ходят? – ответ нашёлся неприятно быстро. – Давай ты будешь больной лошадкой, а я буду кормить тебя овсом!

– Я могу ползать, – заметила Жозефина, – можно поиграть в тёмных эльфов, они ездят на ящерицах.

– Хмммм. Но ящерицы не умеют ржать.

– О, я буду ящерицей, которая умеет ржать. Так что, развяжешь?

– Не, – Каспер виновато улыбнулся, – деда сказал, что сам это сделает. Попозже, когда ты поправишься.

Жозефина тяжело вздохнула. Очередной разговор завершился ничем. Но кто знает, возможно, однажды ей удастся уговорить мальчишку освободить её от оков.

====== О предательствах и предателях. Часть вторая ======

Полдень. Солнце, словно провинившийся пудель, прячется за облаками, виновато выглядывая из-за серой дымки на разлитую по полю влагу. Ноги коней роняют капли росы с высоких трав. Звери и птицы попрятались, даже крупные монстры, что часто обитают в дикой местности, не желают встречи с марширующим войском. Как говорил один вирм, один человек в доспехах – пикантная закуска, а десять уже несварение. По разбитым же колеям тракта тащилась на север не одна сотня солдат. Стяги войска украшал герб Лурезиля – бабочка, держащая в когтях поверженного дракона. Они шли исполнять волю королевского совета, они участники освободительного похода, который народ уже успел назвать «беличьим».

Предводитель похода, принц Николай, всецело разделял его идеи. За свою историю Параракс причинил их родине несчётное число бед. Параракские купцы использовали их страну в качестве одной из стоянок, при этом платя совсем мало пошлин, параракские товары продавались в Лурезиле с преступно маленькой скидкой, но самое страшное заключалось в другом. За долгие годы своего существования соседнее королевство шесть раз принимало на себя удары алаарских армий, лишая лурезильцев заслуженной воинской славы, а правителей возможностей проводить триумфы. Однако вскоре Николай положит этому конец! На этот раз они не будут сидеть в стороне, наблюдая за схваткой великих. Они совершат акт благородной миротворческой объединительной войны, принеся северному соседу по-настоящему справедливую и добрую власть. План был хорош, смущало лишь то, что после справедливой войны и смещения Параракса с политической карты Алаар и Лурезиль обретут общую границу. Но Князь письменно заверил отца Николая, что они государство мирное и захватом Параракса ограничатся.

Войско продолжало своё шествие. Разбитые колеи тракта сменялись свежевымощенными участками, всё больше попадалось на пути людских жилищ. Благодарные крестьяне, счастливые за соединившихся с родичами белок, щедро одаривали своих освободителей хлебом, скотиной и драгоценностями, а те, кто не мог ничего найти, в приступах невиданной щедрости ставил на себя клеймо раба и молил о продаже на невольничьем рынке. Все эти факты общественного восторга тщательно записывались почтенным Гильермо, главным историком похода, по совместительству придворным правдописцем и вашим покорным слугой. Однако вскоре произошло непредвиденное. Вместо пиршественных столов, выставленных очередной деревушкой, путь армии преградила другая армия. Принц стоически принял эту весть, дрожа в предвкушении яростной схватки, но дрожь его утихла, когда Николай узнал о том, что врагов в два раза меньше их. Явно опечаленный тем, что победа неизбежна, он, тем не менее, облегчённо вздохнул, преисполненный счастья за своих воинов, чьи потери будут не столь велики.