Чтение онлайн

– Вы ведь знаете, что это невозможно.

– Знаю! – закричала она, и ее кулак громко ударил о подлокотник. – Знаю, и это меня несказанно злит. Ты ведь понимаешь всю плачевность своей ситуации? Абсолютно весь твой план зависит от Кинета, к которому вы, ректоры, все это время относились хуже, чем к прокаженному. И после этого ты считаешь, что он выполнит свою часть плана?

– Выполнит, – твердо ответил мужчина. – Его состояние никак не повлияет на мой план.

Аста-Кир оскалила зубы. Длинные косы на ее загривке приподнялись, напоминая капюшон ядовитого зверя.

– Ты стар, Старто, – прорычала она. – Стар, и невероятно глуп. Я прожила так долго, что видела гибель своей родной планеты. Я была свидетелем становления первого Совета, а так же первой битвы, произошедшей между нами и вентросами. Мое имя числится в проекте академии, когда она еще планировалась оружием, а не учебным заведением. Я настолько стара, что со мной могут тягаться лишь звезды.

– Ваши достижения невероятны, мать Аста-Кир.

– И это звание, – она указала на Старто пальцем, словно делала акцент на его обращении.
– Я являюсь самой старой замийкой. Самой крупной, самой сильной и самой старшей. Наша раса мельчает. Все вы – лишь отголоски нашего прошлого величия. Мы заполучили космос и власть, но в то же время утратили кое-что невероятно ценное. И это что-то – благородство.

– К чему эти слова?

– К тому, что ты стал добровольным узником своей академии, что тянет за собой остальных. Кинет – твой козырь, но ты сделал его пленником. И я слышала о девушке, которую ты отозвал с поля боя, чтобы она стала обучать студентов. Невероятная глупость!

– Эта женщина тренирует группу, в которой находится девушка, создавшая раннюю связь с кристальным сердцем. Ее не могут обучать обычные профессора.

– Но может тренировать человек, совершенно не разбирающийся в преподавании, – Аста-Кир несколько раз качнула головой. – Старто, ты стареешь, и твой разум мутнеет. Разбавленная вода шайктии быстро губит твое тело и разрушает разум.

Взгляд невольно упал на руки. Когти покрылись трещинами, а под белым мехом скрывалась морщинистая кожа.

– Я старею, – не стал отгораживаться мужчина. –- Но мой разум все еще чист. Я знаю, что делаю. Все, чего я хочу – минимизировать потери и прекратить, наконец, эту войну.

Аста-Кир недовольно сжала губы и отрицательно качнула головой. Косы на лбу упали на лицо, а кристаллы ударились о рога.

– Знаешь, когда война из благородной дуэли превращается в кровавую бойню? – задала вопрос женщина. Ее собеседник не ответил. – Война превращается в бойню тогда, когда создавший оружие ученый берет его в руки для боя, а не изучения. И прямо сейчас ты являешься тем существом, что дал винтовку в руки того, кто ее создал.

– Все идет строго по моему плану, – Старто с трудом скрывал свое внутреннее раздражение. Перед матерью Аста-Кир он не имел права выражать столь явную злость.

– Я с тобой совершенно не согласна, - ответила она и встала. Настолько высокая, что ее голографическая фигура практически доставала до потолка. – На следующем собрании Совета я вынесу на рассмотрение вопрос о твоей компетентности.

– Неужели все мои решения кажутся вам настолько абсурдными?

– Да, - ответила женщина. – Абсолютно каждое твое решение не поддается разумному объяснению. И если ты и дальше хочешь скрывать от меня свои мотивы, то пускай свою судьбу решают на Совете. Я сыта своими решениями.

– В таком случае я отдаю свою судьбу в руки мудрого Совета, – все же Старто не смог сдержать едкого замечания. Он поклонился, и это жест вызвал у Аста-Кир лишь презрение.

– Отключаюсь, – она махнула рукой, и голографическое изображение исчезло.

Свет вновь вернулся, освещая каждый угол помещения. Старто прикрыл глаза, что отвыкли от такой яркости. Сам он упал в кресло и задрал голову к потолку.

Сверху на него смотрели все те же статуи. Их лица не изменились, но почему-то каждое из них теперь напоминало Аста-Кир. Они смотрели на его фигуру ее злыми карими глазами. Мужчина не выдержал и зарычал. Единственный момент, где он мог представить лицо ненавистной женщины и ответить ей желанной грубостью.

Айро покинул лазарет на следующий цикл. Запах лекарств, казалось, намертво въелся в кожу, а пустой желудок норовил присохнуть к другим внутренним органам. Пожилая медсестра приносила пресную кашу, но от грязно-серой субстанции воротило, словно от помоев. Юноша ушел сразу, как почувствовал силу в своих ногах.

Он пришел в практически пустую столовую. Лишь небольшая группа старшекурсников ютилась за длинным столом, жадно поглощая свои обеды. Их громкие разговоры вызывали головную боль, и Айро поспешил получить порцию и оказаться как можно дальше от них.

Еда заставила почувствовать себя лучше. После питательных капельниц организм упрямо требовал прекратить прием пищи, но парень продолжал заталкивать в рот мясо и овощи. Пообедав, он посмотрел на часы.

Совсем скоро начиналась первая лекция. Он практически ничего не пропустил. Казалось, будто ничего и вовсе не произошло. Лишь три глубоких шрама на плече и несколько болезненных синяков напоминали о произошедшем инциденте. Благодаря лечению они исчезнут быстро. Шрамы исчезнут, не оставив после себя и следа.

Айро задумался о произошедшем. Его конфликт улажен, но Бернардайн спровоцировала новый. Ее удар оказался настолько сильным, что мелкий профессор потерял сознание, а панцирь на его голове дал трещину. Ситрео-Та схватил женщину и оттянул от пострадавшего. На его крик прибежала та пожилая медсестра, и абсолютно все покинули лазарет, оставляя Айро в полном одиночестве.

Ситуация напоминала театральную сцену, в которой актеры совершали глупости, гиперболизируя эмоции в угоду зрелищности. Мысли об этом заставили его усмехнуться. Проблем стало только больше, но теперь они скорее забавляли, нежели злили.

Закончив с едой, он направился на лекцию. В аудитории собралось много студентов. Некоторые, стоило только Айро переступить порог, стали перешептываться.

– Эй, Айро! – воскликнул какой-то парень. – Хорошо его отделал!

Чужие слова заставили некоторых студентов разразиться подобной похвалой. Айро пошел к своему месту, изредка чувствуя приободряющие похлопывания по плечу. Шрамы под новой формой, которую ему оставили в лазарете, пронзила тупая боль.

Обычно он приходил раньше всех. Места сзади облюбовали многие студенты, и его угол уже заняла какая-то девушка. Айро стал искать возможное место, и взгляд зацепился за Нео.

Черноволосая смотрела прямо на него. Она не выглядела восхищенной. В глубине ее глаз таилось тихое беспокойство. Рядом с ней он увидел пустующее место, и не желая пробираться сквозь остальные ряды, он сел рядом с девушкой.

– Айро! – воскликнул Зайс, когда юноша сел на свое новое место. – Как ты себя чувствуешь?

– Будто меня избил идиот в три раза крупнее меня.

– Я бы не сказала, что избил, – поправила Нео. – Скорее, ранил.

Она хотела произнести что-то еще, но именно в этот момент в аудиторию зашел профессор. Он долгое время рассказывал о механике кораблей и основных отсеках. Абсолютно все это четверка знала настолько хорошо, что каждый из них мог встать на место лектора и рассказать эту тему куда интереснее.