Чтение онлайн

– Нет.

– Но...

Я прерываю ее, прежде чем она успевает пустить в ход свои дурацкие доводы.

– Нет. Ты вчера допоздна засиделась после долгой тренировки, а завтра мы едем на Клубничный фестиваль, а потом на твои соревнования, – к моему ужасу.

Эйнсли объяснила Роуз, почему она пропустит соревнования по чирлидингу, и моя дочь решила, что если мы поедем все вместе, то никому не придется ничего пропускать. Таким образом, Эйнсли сможет помочь адмиралу после фестиваля, а утром мы первым делом отправимся на соревнования.

Протест мог бы сработать, если бы Эйнсли не объединилась с ней, а потом не прислала мне сообщение, в котором обещала, что сегодня вечером я могу делать с ней все, что захочу, если соглашусь.

Конечно, я согласился.

Как дурак. Но дурак, который будет очень счастлив через час или два.

– Ладно, – говорит она, выпятив нижнюю губу.

– Пойдем, почистим тебе зубы, и я почитаю тебе книжку.

– Эйнсли может это сделать?

– Что сделать? – спрашиваю я.

– Может ли она почитать мне сказку вечером?

Я бросаю взгляд на Эйнсли, которая улыбается.

– Если ты не против, я бы с удовольствием.

– Конечно, – быстро говорю я. Несмотря на то, что я всегда делаю это с Роуз, я не собираюсь жаловаться на то, что она подружилась с Эйнсли.

Эйнсли поворачивается к Роуз.

– Встретимся там, когда ты будешь готова.

Роуз спешит в свою комнату, чтобы переодеться, а затем в ванную, чтобы почистить зубы. Эйнсли подходит ближе, подталкивая меня бедром.

– У тебя есть какие-нибудь... планы на вечер?

Я наклоняюсь ближе.

– На тебя?

Она кивает.

– Думаю, половина удовольствия в том, чтобы заставить тебя ждать и гадать.

Если бы она только знала, какие у меня на нее планы, то, возможно, решила бы спать в другом месте.

Эйнсли улыбается.

– Половина удовольствия – наблюдать, как ты придумываешь план.

– Ты забываешь, что я знаю, как ты не любишь быть в неведении.

В этой договоренности есть свои плюсы. Во-первых, я очень хорошо ее знаю. У нас не так много секретов друг от друга. Теперь у нас их еще меньше.

В одном я уверен точно: Эйнсли не любит, когда ее оставляют в неведении. Она всегда хотела строить планы.

– Я поняла, что есть вещи, которые не стоит предугадывать.

Вода все еще течет, а значит, у меня есть несколько секунд, чтобы показать ей, насколько предвкушение может усилить то, что произойдет позже. Я перемещаю руку ей за спину, чтобы едва заметно провести большим пальцем по ее спине. Она вздрагивает, и я наклоняю свое лицо к ее лицу, где наши губы могут соприкоснуться, но я не делаю этого.

– Обещаю, что сегодня ночью тебе будет больно лишь от того, как долго ты будешь ждать, прежде чем я заставлю тебя кончить.

– Папа! Эйнсли! Я готова! – кричит Роуз, выбегая из ванной, и мы расходимся так быстро, как будто и не были вместе.

Эйнсли быстро идет к ней.

– Я так взволнована. Что мы будем читать? У тебя есть любимая книга? Твоя пижама такая милая, – она задает все вопросы на одном дыхании.

Роуз улыбается ей и берет за руку.

– Я все тебе покажу.

– Эй, малышка, – говорю я с широкой ухмылкой. Роуз оборачивается, ее каштановые волосы рассыпаются спиралью, как лучи солнца. – А меня обнимут на ночь? Раз уж я сегодня освобожден от обязанностей.

Она отпускает руку Эйнсли и бросается ко мне. Я притягиваю ее к себе, сжимаю в объятиях и целую в макушку.

– Я люблю тебя, папочка.

– Я люблю тебя больше всех на свете.

Роуз хихикает и обнимает меня крепче.

– Не слишком ли сильно?

Я издаю задыхающийся звук, притворяясь, что не могу дышать.

– Нет.

Она отпускает меня и берет мое лицо в свои руки.

– Папочка, ты должен дышать.

– О, прости, ты просто такая сильная.

– Потому что я такая же, как ты.

Я ухмыляюсь.

– Не храпи громко, чтобы не разбудить медведей.

Она драматично вздыхает.

– Не буду.

Я придумал историю о маленькой девочке, которая так громко храпела, что разбудила всех зверей в лесу. Они пришли убедиться, что с ней все в порядке, а медведю она так понравилась, что он переехал к ней. Это было глупо, но Роуз понравились все звуковые эффекты животных, которых я изображал.

– Спокойной ночи, малышка.

– Спокойной ночи, папочка. Возвращайся домой целым и невредимым, если случится пожар, – говорит она, направляясь к Эйнсли.

– Я всегда стараюсь.

Она улыбается.

– Стараюсь изо всех сил.

Я подмигиваю, а Роуз смеется и берет Эйнсли за руку.

– Пойдем, Эйнсли, нам нужно читать книги!

– Книги? Сколько ты хочешь прочитать?

Роуз смеется, и в моей груди становится тепло.

– Пока я не засну.

Час спустя Эйнсли выходит из спальни Роуз. Я сижу на диване и смотрю игру, когда она опускается рядом со мной.

– Мы прочитали восемьдесят две книги, и она хотела бы, чтобы я продолжала.

Я смеюсь.

– Восемьдесят две, да? Ты быстро читаешь.

Эйнсли улыбается.

– Ладно, может, и меньше.

– Ты никогда не была хороша в математике. Она спит?

– Не думаю, но она засыпает.

Я поднимаю руку.

– Иди сюда.

Эйнсли прижимается ко мне, положив голову на мое плечо. Ее тело так чертовски идеально прилегает к моему, и мне хочется, чтобы мы были другими людьми. Теми, у кого есть будущее, а не этот короткий промежуток времени.

– Сколько раундов осталось? – спрашивает она, глядя на бейсбольную игру.

– Раундов?

– Да, ну это как взлеты и падения.

– Иннинги? – спрашиваю я, стараясь не рассмеяться.

– Неважно, я путаю виды спорта.

Я тихонько смеюсь, но притягиваю ее к себе ближе.

– Осталось четыре иннинга, но у нас не будет времени их смотреть.

– Нет?

– Нет, милая, мы не успеем.

Карие глаза Эйнсли встречаются с моими, а ее губы подрагивают.

– Чем мы будем заниматься?