Чтение онлайн

Он осматривает меня с ног до головы, а затем улыбается.

— Взаимно.

Меня начинает тошнить.

РИД

После того как Ава уходит завтракать с Шарпами, я сажусь и проверяю все свои сообщения. От клиента ничего нового, так что мне приходится взять себя в руки и позвонить своему обеспокоенному начальнику.

Это видеочат, потому что ему нравится смотреть вам в глаза, когда он перечисляет все ваши косяки. Я держу телефон так, чтобы босс не видел гору за моей спиной. Я не хочу, чтобы он думал, будто я уехал в Колорадо просто так, ради развлечения.

Он отвечает, не вставая с дивана в своей холостяцкой квартире в высотном доме в Пало-Альто13. Его настроение уже перешло от заламывания рук к полноценному Армагеддону.

— Рид! Твой парень струсил, и мне пришлось выслушивать это в теннисном клубе.

Вот черт.

— Что сделал Диверс?

— Он встретился с представителями «Блинк Фифти Кэпитл». А ты об этом даже не знаешь? Где ты был?

Я бы объяснил, но я знаю, что боссу на самом деле все равно.

— Чрезвычайные семейные обстоятельства.

— У тебя есть семья? — Прашант потирает виски. — Просто возвращайся домой. Назначь встречу с Диверсом на понедельник и вразуми его. Это лучшее предложение, которое этот парень может найти, а он тратит наше время и выставляет нас придурками.

На самом деле это не так, но начальник и это не хочет слышать.

— Хорошо. Я займусь этим, — обещаю я. — Увидимся в понедельник утром. — То есть через сорок восемь часов.

Он вешает трубку, а я с раздраженным возгласом швыряю телефон на диван.

Больше никто этого не слышит.

Затем я оставляю сообщение для Шейлы, которой нужно будет спланировать поездку и подстроить наше расписание на понедельник. После этого принимаю душ и спускаюсь вниз.

Так уж вышло, что я спускаюсь как раз в тот момент, когда двери за Шарпами закрываются.

— Похоже, я все идеально подстроил.

— Отличная игра, — фыркает отец, оборачиваясь.

Ава выглядит напряженной. Ой-ой.

— Что Шарпы сказали в свое оправдание сегодня утром? — спрашиваю я.

Ава лишь качает головой.

Отвечает мой отец: — Они были такими же, как и раньше. Ни больше, ни меньше.

— Хорошо. — Я беру Аву за руку. — Папа, можно с тобой поговорить? Может, в твоем кабинете?

— Полагаю, можно. — Его холодный тон ничего не меняет, но, по крайней мере, отец разворачивается и направляется в свой кабинет.

— Мне стоит исчезнуть? — шепчет Ава, когда мы следуем за ним.

— Нет. Ты часть этого. Я хочу, чтобы ты присутствовала там.

По ее взгляду видно, что она мне не совсем верит, но именно из-за Авы я готов бороться за этот курорт. Без нее я вряд ли стал бы тратить время на то, чтобы вести «Мэдиган Маунтин» в будущее.

Черт, если придется, я изменю всю свою жизнь ради этого места. И ради Авы. Страшно ввязываться в это, но, думаю, я готов. За последнюю неделю я многое понял о том, чего мне не хватает в жизни.

Мой отец, как никто другой, должен это понять.

Мы заходим в кабинет, и я закрываю дверь. Отец обходит большой дубовый стол и садится в свое кресло. За этим захламленным столом раньше сидел мой дедушка. Когда я был маленьким, то играл со своими фигурками на полу рядом с копировальным аппаратом.

Я не помню точно, в каком году мой дедушка вышел на пенсию и его место занял отец. Я тогда учился в начальной школе. Но этот переход не отложился в моей памяти, потому что отец работал тут с того самого дня, как окончил Корнеллский университет по специальности «гостиничное дело».

Теперь мне приходит в голову мысль о том, что он, возможно, всегда представлял, что следующим начальником стану я — или Уэстон, или Крю. И мне интересно, когда именно он понял, что этого не произойдет.

Но теперь, возможно, все получится. Я делаю глубокий вдох.

— Прежде всего, я хочу, чтобы ты знал, что у тебя есть выбор. Если ты все еще захочешь продать курорт, я могу помочь тебе найти другого покупателя.

— Если я все еще захочу продать, — медленно повторяет отец. — Конечно, я продаю. Я все это время об этом говорил. Ты думал, я шучу?

Я чувствую тяжесть в груди.

— Нет, — осторожно отвечаю я. Я должен помнить, что предательство Шарпа стало для моего отца большим разочарованием. Он думал, что уже все решил с выходом на пенсию. Думал, что все будет просто. Ему еще предстоит свыкнуться с этой мыслью. — Я не думал, что ты шутишь. Но имеет смысл позвонить Блоку и спросить, чего он хочет. Что, если есть способ расширить «Мэдиган Маунтин», не разрушая Пенни-Ридж?

Мой отец опускает взгляд на свои руки.

— Я не буду работать с Блоком. Это исключено.

Черт.

— Почему? А что, если мне удастся уговорить его продать нам землю?

Его голос становится жестким.

— Опять ты пропустил ту часть, где я говорю, что ухожу на покой. Мелоди уже составила для нас маршрут. После Рождества мы отправимся на Гавайи. А оттуда — в Японию, Австралию, Новую Зеландию…

— Просто прелестно, — говорю я, с трудом сдерживая усмешку.

Отец смотрит на меня из-за стола.

— Можешь думать что угодно, Рид. Я не могу вечно выполнять эту работу только потому, что у Шарпов есть план, который тебе не нравится. Твое мнение здесь ничего не решает.

Я медленно вдыхаю. Он активно пытается меня оттолкнуть.

Я это заслужил. И я это понимаю. В некотором роде.

Ладно, не совсем понимаю.

— Зачем ты так говоришь? Зачем ты кричишь на меня за то, что я не возвращаюсь домой, а потом отталкиваешь, когда я пытаюсь помочь?

— Потому что время имеет значение. Я наконец-то привел свою жизнь в порядок, а ты хочешь разрушить все мои планы. Ты не имеешь на это права. Кроме того, Рид, — продолжает отец, — Шарпы никогда не построят этот проект так, как они задумали. Городской совет закроет самые проблемные участки. Нам не нужно быть здесь плохими парнями.

— Верно, мы не обязаны быть плохими парнями. Мы не хотим уничтожать наследие Мэдиганов, продаваясь худшим представителям девелоперского бизнеса.

— Я ухожу на пенсию, — говорит отец низким и сердитым голосом. — Ава, пожалуйста, дай нам несколько минут.