Слишком поздно
Шрифт:
— Ты считаешь, что я должен сорвать сделку.
— Мне это приходило в голову, — тихо говорит она. — Ты мог бы слить…
— …планы Шарпов. Я знаю, что мог бы. Если бы я разослал это фото всем членам городского совета, поднялся бы шум. Блок выглядел бы полным идиотом. А цена выкупа, предложенная моим отцом, могла бы упасть.
— Именно, — говорит Шейла.
Боже, как заманчиво. Шарпы могут струсить. Или хотя бы это их притормозит.
Я сижу так с минуту, пока гудок позади меня не дает мне понять, что загорелся зеленый. Я неохотно начинаю движение в потоке машин.
— Послушай, Шейла. Я знаю, что это заманчивая идея. Но не срывай сделку. Я серьезно. Не говори ничего персоналу, и даже злому бармену, как бы сильно тебе этого ни хотелось.
— Ты портишь мне все веселье. Это место такое красивое, Рид. Мне бы не хотелось, чтобы с ним случилось что-то плохое.
— Я знаю. Мне тоже. Но это не выход. — Я злюсь на отца, но не собираюсь его подставлять. — Вина может пасть на Аву, а я этого не хочу. Она заслуживает повышения.
— Ненавижу, когда ты прав. Скучаешь по ней?
Я сразу же отвечаю: — Также, как я скучаю по кислороду, когда нахожусь под водой.
— Ого.
— Да.
— Пока, Рид. Мне нужно выпить имбирный мартини.
— Пока.
30. Пятнадцатиминутная фора
АВА
— Это был Рид? — слышу я свой вопрос, когда Шейла возвращается после звонка.
Я до сих пор не могу поверить, что он сел в тот самолет. Мне не стоит удивляться. Ведь он говорил, что поступит так, но мое сердце все равно разбито.
— Да. Это был он. Он скучает по тебе.
Я корчу гримасу, которая выдает мои мысли по этому поводу.
— Тогда где он? Звучит ли его голос так же разбито, как я себя чувствую?
— Его голос звучит… — Шейла задумывается. — Ну ладно, наверное, нет. Но с ним всегда все в порядке. Он очень хорошо притворяется. Вот почему Рид такой хороший переговорщик в совете директоров. Весь этот лед в его жилах очень кстати.
Меня переполняют сотни эмоций. Грусть. Гнев. Любовь. Я так отчаянно по нему скучаю. Рид, которого я знаю, совсем не холодный.
С другой стороны, этот парень улетел в Калифорнию. Он уехал. Возможно, навсегда.
— Если Шарпы купят это место, Рид никогда не вернется, — медленно говорю я. — А ты знала, что его мать похоронена на этой территории?
Шейла качает головой.
— Это жестоко.
— Да, — соглашаюсь я. — Но я хотела, чтобы он боролся сильнее. — Это трудно произнести вслух. Потому что я хотела, чтобы он боролся сильнее ради меня, а не только ради курорта.
— На его месте я бы боролась, — заявляет Шейла. — Я готова взяться за вилы прямо сейчас.
— Ты заслуживаешь прибавки к зарплате, — настаиваю я. — Выпивка сегодня за мой счет.
Она ухмыляется, поднимает свой бокал с мартини, и мы чокаемся.
— Можно задать тебе вопрос? — спрашиваю я, сделав большой глоток спиртного. — Что бы сделал Рид, если бы «Мэдиган Маунтин» был одной из его венчурных инвестиций? Как бы он победил Шарпов?
Ясные глаза Шейлы становятся виноватыми.
— Ну, ты же уже видела его в деле. Немного корпоративного шпионажа ему не повредит.
— Я знаю. И должна сказать, это было весело.
Мы улыбаемся друг другу, но затем Шейла становится серьезной.
— Я действительно говорила с ним об этом. И предложила ему рассказать о деталях этого ужасного проекта городскому совету. Он тоже думал об этом.
— О. — Теперь я понимаю. — Это может замедлить продажу курорта. — Если город развернет кампанию против Шарпов, государственный орган по охране земель может отказать новому владельцу курорта в долгосрочной аренде горнолыжного склона. — А негативные новости в прессе могут поставить под угрозу всю сделку.
— Верно. — Шейла проводит пальцем по краю своего бокала. — Но Рид попросил меня ничего не предпринимать. Он подумает, что у тебя могут быть из-за этого неприятности.
— О черт. — Я с трудом сглатываю. — Марк никогда меня не простит, если я все расскажу. Или если он решит, что это я все рассказала.
— Верно, — мягко говорит Шейла. — Рид не хочет причинять тебе боль.
Тогда где же он?
— Так или иначе, все закончится хорошо, — заявляет она. — Это еще не конец.
— Наверное. — Я делаю еще один глоток, а затем говорю то, о чем думала еще до ухода Рида. — Я хочу поделиться с тобой одной идеей.
— Какой? Еще имбирного мартини?
Я качаю головой, потому что сейчас не хочу шутить.
— Если бы ты серьезно отнеслась к идее работать в каком-нибудь веселом месте, я бы наняла тебя работать здесь не раздумывая.
— Здесь? — Она выпрямляется на барном стуле. — Правда?
— Да. Когда Марк уйдет на пенсию — как бы это ни произошло, — я стану управляющей и буду выполнять его работу. И мне понадобится помощник.
Глаза Шейлы расширяются.
— Помощник, — медленно повторяет она.
— Все верно. График немного странный, зато мы хорошо проводим время. И лыжи отличные. Мне здесь нравится, и я думаю, что тебе тоже понравится.
Она закрывает рот руками.
— Боже мой. Если бы ты меня переманила, Рид бы так разозлился.
— Он все равно думает, что ты уезжаешь следующей осенью, верно?
— Конечно. В бизнес-школу. Именно так это делается на Сэнд-Хилл-роуд.
Я пожимаю плечами.
— Просто пока подумай об этом, ладно? Но когда все уляжется, я спрошу еще раз. Ты можешь дать мне знать, если решишься.
— Вау, ладно. — Шейла допивает свой напиток. — Это самое интересное путешествие за долгое время.
— Я рада.
Хэлли направляется к нам вдоль барной стойки.
— Еще по одной, Ава?
— Нет, спасибо. — Я качаю головой и бросаю свою кредитную карточку. — Это был долгий день. Но счет за Шейлу оплачу я.
— Мы могли бы предъявить это Риду, — говорит Шейла.
— Вот это отличный план, — фыркает Хэлли.
— Нет, я заплачу. — Я протягиваю карту Хэлли, и она неохотно ее берет. — Мне нужно немного поспать.