Чтение онлайн

***

Раневская вспоминала: - Ахматова мне говорила: "Вы великая актриса". И тут же добавляла: "Ну да, я великая артистка, и поэтому я ничего не играю, меня надо сдать в музей. Я не великая артистка, а великая жопа".

***

Долгие годы Раневская жила в Москве в Старопименовском переулке. Ее комната в большой коммунальной квартире упиралась окном в стену соседнего дома и даже в светлое время суток освещалась электричеством. Приходящим к ней впервые Фаина Георгиевна говорила: - Живу, как Диоген. Видите, днем с огнем! Марии Мироновой она заявила: - Это не комната. Это сущий колодец. Я чувствую себя ведром, которое туда опустили.
– Но ведь так нельзя жить, Фаина.
– А кто вам сказал, что это жизнь? Миронова решительно направилась к окну. Подергала за ручку, остановилась. Окно упиралось в глухую стену.
– Господи! У вас даже окно не открывается...
– По барышне говядина, по дерьму черепок... Эта жуткая комната с застекленным эркером была свидетельницей исторических диалогов и абсурдных сцен. Однажды ночью сюда позвонил Эйзенштейн. И без того неестественно высокий голос режиссера звучал с болезненной пронзительностью: - Фаина! Послушай внимательно. Я только что из Кремля. Ты знаешь, что сказал о тебе Сталин?! Это был один из тех знаменитых ночных просмотров, после которого "вождь народов" произнес короткий спич: - Вот товарищ Жаров хороший актер, понаклеит усики, бакенбарды или нацепит бороду, и все равно сразу видно, что это Жаров. А вот Раневская ничего не наклеивает и все равно всегда разная...

***

– Как вы живете?
– спросила как-то Ия Саввина Раневскую.
– Дома по мне ползают тараканы, как зрители по Генке Бортникову, - ответила Фаина Георгиевна.

***

– Фаина Георгиевна, как ваши дела?
– Вы знаете, милочка, что такое говно? Так оно по сравнению с моей жизнью повидло.

***

– Как жизнь, Фаина Георгиевна?
– Я вам еще в прошлом году говорила, что говно. Но тогда это был марципанчик.

***

– Жизнь - это затяжной прыжок из пизды в могилу

***

– Жизнь - это небольшая прогулка перед вечным сном.

***

– Жизнь проходит и не кланяется, как сердитая соседка.

***

...Бог мой, как прошмыгнула жизнь, я даже никогда не слышала, как поют соловьи.

***

– Когда я умру, похороните меня и на памятнике напишите: "Умерла от отвращения".

***

– Почему вы не пишете мемуаров?
– Жизнь отнимает у меня столько времени, что писать о ней совсем некогда.

***

Раневская на вопрос, как она себя сегодня чувствует, ответила: - Отвратительные паспортные данные. Посмотрела в паспорт, увидела, в каком году я родилась, и только ахнула...

***

– Паспорт человека - это его несчастье, ибо человеку всегда должно быть восемнадцать, а паспорт лишь напоминает, что ты можешь жить, как восемнадцатилетняя.

***

Раневская говорила: - Старость - это просто свинство. Я считаю, что это невежество Бога, когда он позволяет доживать до старости. Господи, уже все ушли, а я все живу. Бирман - и та умерла, а уж от нее я этого никак не ожидала. Страшно, когда тебе внутри восемнадцать, когда восхищаешься прекрасной музыкой, стихами, живописью, а тебе уже пора, ты ничего не успела, а только начинаешь жить!

***

...Третий час ночи... Знаю, не засну, буду думать, где достать деньги, чтобы отдохнуть во время отпуска мне, и не одной, а с П.Л. (Павлой Леонтьевной Вульф). Перерыла все бумаги, обшарила все карманы и не нашла ничего похожего на денежные знаки... (Из записной книжки народной артистки.) 48-й год, 30 мая.

***

Раневская с негодованием заявляет: - Ох уж эти несносные журналисты! Половина лжи, которую они распространяют обо мне, не соотствует действительности.

***

Старая харя не стала моей трагедией, - в 22 года я уже гримировалась старухой, и привыкла, и полюбила старух моих в ролях. А недавно написала моей сверстнице: "Старухи, я любила вас, будьте бдительны!" Книппер-Чехова, дивная старуха, однажды сказала мне: "Я начала душиться только в старости". Старухи бывают ехидны, а к концу жизни бывают и стервы, и сплетницы, и негодяйки... Старухи, по моим наблюдениям, часто не обладают искусством быть старыми. А к старости надо ДОБРЕТЬ с утра до вечера!

***

Одиноко. Смертная тоска. Мне 81 год... Сижу в Москве, лето, не могу бросить псину. Сняли мне домик за городом и с сортиром. А в мои годы один может быть любовник - домашний клозет.

***

– Стареть скучно, но это единственный способ жить долго.

***

– Старость, - говорила Раневская, - это время, когда свечи на именинном пироге обходятся дороже самого пирога, а половина мочи идет на анализы.

***

– Старость, это когда беспокоят не плохие сны, а плохая действительность.

***

Раневская сказала Зиновию Паперному: - Молодой человек! Я ведь еще помню порядочных людей... Боже, какая я старая!

***

– Воспоминания - это богатства старости.

***

– Успех - единственный непростительный грех по отношению к своему близкому.

***

– Спутник славы - одиночество.

***

– Одиночество как состояние не поддается лечению.

***

– Когда у попрыгуньи болят ноги, она прыгает сидя.

***

– Оптимизм - это недостаток информации.

***

Подводя итоги, Раневская говорила: - Я родилась недоношенной и ухожу из жизни недопоказанной. Я недо...

***

– У меня хватило ума прожить жизнь глупо.

***

– Жизнь моя... Прожила около, все не удавалось. Как рыжий у ковра.

***

– Всю свою жизнь я проплавала в унитазе стилем баттерфляй.

***

– Ничего, кроме отчаянья от невозможности что-либо изменить в моей судьбе.

Глава II

Коллеги, или Творческая коммуналка

"Мне попадаются не лица, а личное оскорбление!" (Раневская)

Раневская жила в большой коммуналке - в мире искусства - так, как лишь и можно там выжить: ворча,огрызаясь, руками и ногами вцепившись в дверь собственной комнатушки.

***

Для меня всегда было загадкой - как великие актеры могли играть с артистами, от которых нечем заразиться, даже насморком. Как бы растолковать бездари: никто к вам не придет, потому что от вас нечего взять. Понятна моя мысль неглубокая? (Раневская, из зап. книжки)

***

Раневская говорила: - Птицы ругаются, как актрисы из-за ролей. Я видела, как воробушек явно говорил колкости другому, крохотному и немощному, и в результате ткнул его клювом в голову. Все, как у людей.

***

– Я не признаю слова "играть". Играть можно в карты, на скачках, в шашки. На сцене жить нужно.

***

Это не театр, а дачный сортир. В нынешний театр я хожу так, как в молодости шла на аборт, а в старости рвать зубы. Ведь знаете, как будто бы Станиславский не рождался. Они удивляются, зачем я каждый раз играю по-новому.

***

О новой актрисе, принятой в Моссовет: - И что только не делает с человеком природа!

***

– У нее не лицо, а копыто, - говорила об одной актрисе Раневская.
– Смесь степного колокольчика с гремучей змеей, - говорила она о другой.