Чтение онлайн

Прямо передо мной сквозь ледяной пол прорастал огромный ледяной цилиндр во всю ширину и высоту зала. От пола и до потолка его наполняли извивавшиеся и переплетавшиеся потоки смёрзшегося снега. Я вспомнила, что уже видела похожий на площади в городе Рхи, правда, тот был значительно больше. Засмотревшись, я не заметила, как Армин приблизился ко мне и вздрогнула от звука его голоса:

– Сегодня ты начнёшь учиться кататься в снежных потоках, – сказал он. – В мире людей, я знаю, тоже катаются на досках по снегу.

– Если ты о сноуборде, то это не совсем то же самое, – ответила я, – да и… Я на сноуборде не каталась ни разу.

– Почему? – неожиданно спросил он и заинтересованно взглянул на меня.

Вопрос застал меня врасплох. Я не знала, почему ни разу не каталась на сноуборде. Зимы на Урале холодные, и мы с подругами испробовали все: лыжи, ватрушки, даже однажды снегоход, который родителям одной из них выдали в качестве служебного транспорта для работы в местном лесничестве. Но не сноуборд. Спустя пару мгновений неловкого молчания я выдавила:

– Как-то не пришлось…

Взглянув в его прозрачные глаза я вдруг подумала, что этому идеальному красавцу, в общем-то, незачем разговаривать со мной по душам. Он и раньше не сильно утруждал себя такими беседами. А сегодня мы здесь, чтобы я училась кататься. Но он не может не знать, какое впечатление производит его внешность, а заметив моё недавнее замешательство наверняка решил, что меня легко сбить с толку. Его, видимо, это повеселит. Вспомнив нашу встречу в зале Тиана я вновь почувствовала то же, что впервые заметила тогда – в его идеальной внешности было что-то отталкивающе. Но что, я сама не знала.

Он быстро отвёл взгляд, а я почему-то решила, что он понял, о чём я думала, и от этого мне стало ещё более неловко.

– Значит, тебе придётся непросто, – заключил Армин, – но вряд ли сложнее, чем на других тренировках.

Эта фраза должна была меня обнадёжить, но, по правде говоря, этой цели она не достигла, потому что в голосе Армина, когда он произнёс её, я услышала – или предпочла услышать, я сама не могла сказать с уверенностью – издёвку.

Армин ударил одной ступней о другую, и из массивных подошв его ботинок показались длинные пластины, судя по всему, металлические. Они объединились, образовав вокруг его ступней доску, похожую на сноуборд.

– Это эйрфилд, – сказал Армин, указывая на доску, – На пути в зону сплетения есть место, где передвигаться можно только с его помощью.

Железные пластины у его ступней разъединились и скрылись в подошвах обуви. Армин направился к исполинскому цилиндру, а я осталась на месте: сперва мне предстояло наблюдать за ним. Я примерно представляла, какое зрелище меня ждало, ведь уже видела людей Рхи, катавшихся в снежных потоках в городе. Но увиденное поразило меня настолько, что я разинула рот от изумления: катался он виртуозно.

Едва войдя внутрь, Армин вскочил на один из восходящих потоков, и, в прыжке ударив ступнями друг о друга, приземлился в потоке уже на эйрфилд. Поток захватил его и с бешеной скоростью помчал вверх. Я несколько раз теряла Армина из виду: несший его поток то и дело переплетался с другими, и Армин исчезал в снежной пелене, а затем появлялся вновь.

Он лавировал среди бешено метавшегося во все стороны снега с поразительной ловкостью. Достигнув потолка цилиндра, он поймал нисходящий поток и словно по горному слалому полетел вниз с немыслимой скоростью, оставляя после себя снежный шлейф. Уходя от столкновения с пересекавшими его путь потоками, Армин либо подпрыгивал, проносясь над ними и приземляясь в русло того же потока, либо группировался, едва ли не вжимаясь в эйрфилд, чтобы пролететь под ними. Лёгкость, с которой он маневрировал, впечатляла.

Когда Армин спустился вниз и вышел из цилиндра, мне пришлось сделать над собой усилие, чтобы вернуть лицу невозмутимое выражение. Заметив его улыбку, я поняла, что опоздала – он видел мою челюсть на полу ещё во время полёта.

Армин прошёл мимо меня к диску и вновь коснулся ладонью его поверхности. Как менялся рисунок молний в ледяной толще, так изменилась и структура снежных потоков: все они слились в один широкий и мощный поток, который змеился и петлял, заполняя всё пространство цилиндра. Армин приблизился ко мне.

– Для начала, ты должна научиться стоя удерживаться в потоке, – сказал он, – это не так сложно.

Я видела, что поток двигался значительно медленнее, чем до этого, и всё же мне было страшно.

– Почему ты не проваливаешься сквозь снег, когда едешь? – спросила я.

– Снег в потоках очень плотный благодаря ветру – твой вес он выдержит.

Я ударила одной ступней о другую и из подошв моих ботинок показались железные пластины. Они тут же слились, образовав эйрфилд. Вся тяжесть ботинок, за которую я их так невзлюбила, в миг распределилась вокруг моих ступней. Но что-то подсказывало, что мои ощущения от катания не оправдают постоянных неудобств, которые я испытывала, нося их.

Ещё вчера я поняла, что тратить время на споры о том, может ли обычный человек научиться чему-то подобному, было бесполезно, поэтому, как только эйрфилд скрылся в подошвах ботинок, решительно направилась к цилиндру. Поверхность ледяной стены треснула, образовав проход, и я оказалась внутри. Там было очень холодно. В мире Рхи холод стал настолько привычен, что я его не замечала, но на сей раз почувствовала, как мурашки побежали по коже.

Русло потока вилось совсем рядом, едва не касаясь моих ступней. Я тронула его носком ботинка – смёрзшийся снег скорее напоминал ледышку, поэтому провалиться можно было не бояться. Высота меня не пугала, к тому же поток хотя и двигался ввысь, поворачивая вниз только у потолка цилиндра, но имел плавное русло, и подъём не обещал быть слишком крутым. Понимая, что дальнейшие раздумья только подпитали бы мою нерешительность, я собрала волю в кулак и прыгнула в русло потока.

Хотя со стороны казалось, что по сравнению с потоками, в которых катался Армин, этот поток едва двигался, всё же скорость его была ощутима. Моё сердце бешено колотилось, а руки дрожали, когда я расправила их, пытаясь балансировать в русле. Как вдруг, бросив взгляд на собственные ноги, я поняла, что забыла про эйрфилд. Оторвав одну из ступней от снежной поверхности, я хотела ударить ею о другую, но, поскользнувшись, потеряла равновесие и тюфяком повалилась на ледяной пол цилиндра. Поток едва ли успел унести меня на пару метров от поверхности пола.

Отскребая себя ото льда, я перехватила взгляд Армина. В нем не было ни сожаления, ни разочарования, которые я заметила в глазах Кабира и Тайи вчера. Он смотрел на меня словно на убогое насекомое, которому оторвали крылья и которое, как бы ни пыталось взлететь, было обречено лишь ползать, пресмыкаясь. А когда, встретившись со мной взглядом, он отвернулся, я поняла, что угадала его чувства.

Поднявшись, я приблизилась к стене цилиндра, но проход не появлялся. Я несколько раз стукнула ладонью по льду, чтобы привлечь внимание Армина, который всё ещё стоял спиной ко мне. Он обернулся, и я заметила резкую перемену в том, как он смотрел на меня: презрение исчезло, на его губах играла мягкая улыбка, которой трудно было бы не поверить, если бы не заметное напряжение мышц лица, превращавшее его дружелюбное выражение в неестественную маску. Я вопросительно посмотрела на него, показывая, что хочу выйти. Но он лишь покачал головой: