Чтение онлайн

Часы тикали особенно громко, их монотонный стук эхом отражался от стен, усиливая гнетущую атмосферу. Тяжелые портьеры приглушали свет, создавая полумрак, в котором лица казались бледнее обычного.

Элизабет, едва успевшая сменить подвенечное платье на скромные юбку с джемпером, стала белее мела.

– Уберите это!
– проскрежетал Чарльз и дернул подбородком на воздушный торт, украшенный фигурками жениха и невесты, который красовался в центре стола.

В этот момент это и впрямь выглядело едкой насмешкой, которую Чарльз не собирался никому спускать. Его рука на плече Элизабет говорила больше любых слов.

Мэйбл с Мэри переглянулись.

– Не думаю, что...
– начала Мэри сухо, разглаживая невидимые складки на белоснежной скатерти, расшитой вензелями.

Мэйбл теребила нитку жемчуга, доставшегося ей от матери.

Беверли вскочила.

– Да ради бога! Хоть сейчас перестаньте собачиться. Элизабет, дорогая, я сейчас все уберу.

И подхватила поднос.

– Я помогу, - поднялся с места Грегори Пэйнс. Его-то сюда каким ветром занесло? Впрочем... Судя по взглядам, которые он бросал на Беверли, вскорости ему предстоит тоже стать частью семьи.

– Не стоит, - ответила она сухо, не глядя на него.

Однако он не послушал, распахнул перед нею дверь. Беверли поблагодарила его кивком и вышла.

Кхм, голубки поссорились? Любопытно, из-за чего?

Впрочем, не до того сейчас. Есть проблемы посерьезнее пустячной размолвки влюбленных.

Рэддок придвинул мне стул и взял за руку. Сжал мои холодные - я лишь теперь поняла, насколько холодные - пальцы и спросил мягко:

– Вы замерзли? Может, чаю?

– Коньяку!
– вырвалось у меня.
– Кхм, простите. Я немного выбита из колеи.

Иначе не стала бы даже говорить столь кощунственных слов. Коньяк. Для леди. Еще и в первой половине дня!..

Мэри, Пруденс и Мэйбл дружно поджали губы. Сразу видно - сестры. Зато кузен Энтони покосился с интересом.

А Дариан - чудо из чудес!
– молча вытащил из кармана серебряную фляжку и поставил передо мной. Не настолько он зануда, каким хочет казаться.

– Не удивительно, - покачал головой Рэддок и принялся осторожно растирать мои пальцы.

Забота тронула, и я слабо ему улыбнулась.

Отец Джонс был мне не посторонним, и эта нелепая история - даже в мыслях не хочу говорить "смерть"!
– потрясла меня до глубины души.

Кому только это в голову пришло?..

– Нам следует решить, что делать дальше, - произнесла Мэри, разливая всем чай. Я отметила, как дрожат у нее пальцы.
– Элизабет, тебе следует уехать, пока все не уляжется.

– Рано или поздно скандал утихнет, - поддакнула Мэйбл, отламывая кусочек тминного кекса. Серебряная чайная ложечка выбивала нервную дробь по фарфоровой кромке тарелки.
– И мы сможем жить обычной жизнью.

В которой Элизабет вместо экономки?

Я почувствовала щемящую жалость. У меня получилось уехать, вырваться отсюда. Элизабет повезло меньше. И даже теперь, когда у нее есть Чарльз...

Кхм, а что, если никто не собирался покушаться на отца Джонса? Вдруг удар должен был прийтись на кого бог пошлет? Главное, что это наверняка сорвало бы свадьбу!

Пожалуй, это стоит обдумать.

– Но, мама...
– подала вдруг голос Рэйчел, которая обыкновенно держалась тише воды, ниже травы.
– Тетя Элизабет не может...

Она запнулась и опустила взгляд.

Кхм. Неужели догадалась?

– Мы не станем прятаться, - отрезал Чарльз, обнимая Элизабет за плечи.
– Ясно?

Родня вразнобой закивала, и в этот самый момент затрезвонил телефон.

– Вы не отключили линию?
– поразилась я.

Тетка Мэри дернула плечом.

– Вдруг будет важный звонок?

Однако к телефону не подошла. Вместо этого на выручку бросился мистер Пэйнс.

– Резиденция семьи Корбетт. Дворецкий Уизерпул у аппарата, - прогудел он в трубку тоном образцового дворецкого.
– Да, сэр... Простите, сэр... Не велено. До свидания, сэр!

И нажал на рычаг.

– Опять репортеры?
– спросила тетка Мэри, потирая висок.

– Они самые, - развел руками Пэйнс.

– Жаль, что у нас нет дворецкого, - прокомментировала Мэйбл со вздохом, явно сожалея о старых добрых временах.
– С тех пор, как умер старик Спот.

– Мы вам очень благодарны, мистер Пэйнс, - сказала Элизабет, найдя в себе силы улыбнуться. Кажется, понемногу отходит от шока.

– Мне нетрудно, - пожал плечами Грегори.
– Я рад помочь хоть чем-то.

– Как только ты уедешь, - влезла Пруденс, потрясая обоими подбородками, - это прекратится.

Я поднялась, чувствуя, что еще немного - и желание перестрелять драгоценных родственников станет непреодолимым - и сказала:

– Спасибо за чай. Прошу прощения, у меня дела.

Мэри подняла брови.

– Лилиан, ты не можешь просто взять и уйти!

– Почему же?
– хмыкнула я.
– Ноги у меня на месте, ходить я не разучилась...

– Перестань!
– вспыхнула Мэйбл.
– Ты прекрасно поняла Пруденс. Она имела в виду, что ты не можешь оставить семью в такой момент.

– И какие, хотелось бы знать, - визгливо поддержала Пруденс, - у тебя могут быть дела в Чарльстоне?

Рэддок отвернулся, притворившись, что закашлялся.

– Расследование, - проронила я сухо.
– Убийства.

Кузина Агнесс подавилась чаем.

– Не могу поверить...
– пробормотала миссис Джонс, глядя перед собой остановившимся взглядом. Ее руки бессильно лежали на коленях.
– Как господь допустил такое?! За что? Боже, что я говорю...

Она сгорбилась, словно невидимая тяжесть придавила ее к стулу, и выглядела такой потерянной, что от жалости щемило сердце.

В доме - впервые на моей памяти - пахло подгорелым тестом. Не припомню случая, чтобы выпечка у Летиции Джонс не удалась. Ее пироги славились на всю округу!

– Миссис Джонс, - я подалась вперед и взяла ее за руку, холодную, как у утопленницы.
– Мы сделаем все возможное, чтобы найти преступника. Обещаю.

Губы у миссис Джонс задрожали, и она благодарно сжала мои пальцы.