Чтение онлайн

– Я вас буду ждать, - прикоснувшись губами к моей щеке, сказала Шери.

– До свидания, Шери.

На улице, Гамиля спросила меня.

– Куда ты сейчас, Александр?

– В отель. Высплюсь, а завтра на попутную и на Синай.

– Может ты поедешь ко мне?
– спросила Лола.
– У нас дом большой.

– Нет, мне завтра перед подчиненными надо быть в форме.

– До свидания, Александр, - Гамиля тоже поцеловала меня в щеку.

Лола просто впилась в губы и я с трудом ее отодрал.

– Пока, девушки.

Мансур приехал в часть злой как черт.

– Эта баба мне не простит, своего братца. Зачем ты вылез со своим враньем?

– Мне ее стало жалко.

– Однако ее братца тебе жалко не было.

– Мне бы не жалко было никого, кто попытался бы удрать с боя. Даже если бы это сделал ты, я бы тебя расстрелял тоже.

Мансур побледнел.

– Ладно, что у нас сегодня?

– Надо кому-то поехать в Александрию за "блинами" и "лапами" для разминирования.

– Вот ты и поезжай.

– Хорошо. Эй, - крикнул я в глубину палатки, где писаря стрекотали на машинках, - Документы готовы?

Появился, кругленький, усатый старшина и протянул пачку бумаг.

– Подписывай, - я их бросил на стол Мансуру.

В Александрии полно русских. Они все уезжают домой. Мы сидим в баре с капитаном третьего ранга Симоновым и пьем разбавленный спирт, утащенный им со своего бывшего корабля.

– И знаешь, - говорит он, - они такие трусы. Я ему говорю, нажимай на кнопку. А он трясется, сам белее смерти и мотает головой.

Капитан рассказывает, как его ракетный катер утопил израильский эсминец.

– Тогда я схватил его руку, двумя своими руками, нашел два пальца и надавил ими на кнопки. Представляешь, и первой ракетой попали. А теперь что? Он национальный герой, а я в жопе. Последние доллары пропил здесь, теперь на какой-нибудь пароходишко зацеплюсь и домой. Ты остаешься здесь, не верь им. Все они трусы и подонки.

– А как их женщины?

– О, это класс. Это не вонючие мужики. Есть такие умницы. Прелесть. Если бы Египтом руководила женщина, они бы войну выиграли сходу.

К нам подходит молодой майор американской армии.

– Виктор, - говорит он моему собеседнику, - я достал список пароходов на эту неделю.

– Вот спасибо, Джим. Александр, знакомься, Джим Барт. Во парень. Мне помог во многом.

– Ладно, Виктор.

– Садись, Джим. Сейчас мы тебе нашей русской, адской смеси дадим.

Виктор наливает пол стакана спирта, чуть-чуть разбавляет соком и дает Джиму. Я с интересом смотрю на реакцию Джима, но он выпивает стакан не поморщившись, только пальцем ловко подцепляет пластинку балыка и отправляет в рот. Вот это, да. Джим поворачивается ко мне.

– Тоже домой?

– Нет, остаюсь здесь, советником.

– Как? Всех ваших выпирают, а вас нет?

– Оставили убирать последствия войны. Будем разминировать Синай.

– Но вы же, по вашим петлицам, танкист?

– Вот танками и будем давить мины.

Он смотрит на меня с сочувствием, как на смертника.

– Деньги дают большие?

– Нет, конечно. 600 долларов в месяц.

Теперь его взгляд говорит, что я дурак.

– Виктор, наливай еще адской смеси, выпьем за Александра, что бы он кончил эту войну удачно.

Мы выпиваем еще. И наконец-то начинаем пьянеть. Джим поплыл первый.

– Саша, - говорит Виктор, - оттащи потом Джима в отель, он здесь от порта недалеко.

Я киваю головой. Джим засыпает, а мы с Виктором еще долго прощаемся друг с другом.

Я принес Джима в отель перегнув его через плечо.

– Ты знаешь в каком он номере живет?
– спросил я администратора.

Тот забежал за меня, посмотреть на лицо Джима.

– Его зовут Джим Барт, - продолжил я.

Тут администратор закивал головой.

– 48 номер, на втором этаже. Дверь не заперта.

В номере, куда я втащил Джима, на диване сидела женщина и курила сигарету. При моем появлении она только поморщилась, но не пошевелилась и не сказала ни слова. Я скинул Джима на кровать, стащил с него краги, после этого сел в кресло напротив женщины и расслабился. Минут десять мы молчали.

– Меня зовут Александр, - начал первым я, - а вас?

– Дорри.

– Вы американка?

– Корреспондент "Дели Ньюс". А вы сами какой национальности?

– Русский. Офицер-танкист.

Это ее заинтересовало, головка с любопытством уставилась на меня.

– Это вы накачали Джима?

– Да. У нас был повод.

– Вот как? Обычно он напивается без повода. За что же вы пили?

– За то, что бы остаться мне живым.

– Вы что, на опасном задании?

– Вроде этого.

Она оживилась совсем.

– Хотите, я вам сделаю томатный коктейль? Вам сразу будет лучше.

– Я не против, Дорри.

Теперь я ее разглядел. Чуть полновата, в длинной юбке и кофте "глухой" до ворота. Волосы вздыбились на одном плече, как на Кустодиевской "Венере". Лицо правильное, симпатичное, а глаза синие. Она подошла к шкафчику и раскрыв его, начала священно действовать. Большой бокал коричневой мякоти вскоре оказался у меня в руках. Дорри приземлилась в кресло ко мне поближе, тоже с бокалом, но с желто-прозрачной жидкостью.

– Все же, если не секрет и что же за опасное задание вдруг возникло в Египте?

– Разминировать Синайский полуостров танками.

Она замолчала, оценивая информацию.

– Возьмите меня с собой.

– Это не игрушки, Дорри. Это все равно, что бой с невидимым противником. Повезет - не повезет.

– Ладно. Вы где сегодня ночуете?

– Хотел в машине. Но думаю, лучше будет, если я высплюсь здесь.

Она кивает головой. Подходит к кровати Джима, выдирает вторую подушку и кидает на диван.

– Спокойной ночи, Александр.

Дверь за Дорри захлопывается.

Меня трясет Джим.

– Эй, соня, тебе куда сегодня?

– Сейчас в порт, загружу машины железом и поедем на Синай, в часть.

– Ты до двух часов освободишься?

– Да, наверно.

– Давай пообедаем и поедем в Каир на моей машине. Тебе ведь по пути? Колонна твоя придет в Каир позже, назначь им место встречи. Ну так как?

– Хорошо.

В два часа в ресторане за столиком рядом с Джимом я вижу Дорри.