Чтение онлайн

Мужчина молчал так долго, что я уже успела умыться и вернуться в спальню, когда он сказал:

– На свадьбе леди Изиры.

В одно мгновение весь мой мир сузился до гвардейца, на которого я выразительно смотрела, ожидая дальнейших пояснений. Он же, как назло, молчал какое-то время прежде, чем добавил:

– Императорская семья умеет изощрённо наказывать. Когда стало известно о том, что произошло перед твоим падением в камеру гарпий, Ансор пришёл в неистовство. Он итак был чертовски зол на Изиру, которая осмелилась напасть на его истинную пару, и на Дирлиха, который был рядом и не защитил, а когда всё выяснилось… Я его давно таким открыто взбешённым не видел. Ты знала, что проклята?

– Что? – я совсем ничего не понимала и, присев на кровать, просто слушала, что ещё мне скажут.

– На тебе несколько месяцев лежало проклятие собственности. Те, кто носят такие, не могут изменить своему хозяину, иначе испытывают ужасную боль. Запрещённое заклятие, - Томар цокнул языком и сощурился.
– У тебя нет предположений, кто мог его применить?

Моё шокированное лицо было ему красноречивым ответом.

– После… происшествия между вами, - Томар явно подбирал слова. Хотя, поцелуем то лёгкое касание губами не назовёшь, к тому же, оно случайным было.
– Дир понял, что тебя подвергли именно ему, и Соранне удалось снять проклятие во время общего лечения, - гвардеец вздохнул и возвёл глаза к потолку, будто античный воин очи к звёздному своду. – Разумеется, Дир объяснил Ану, что ничего между вами не было, но… Чувство вины перед тобой пересилило его здравый смысл, ведь от Изиры и гарпий он тебя не уберёг.

– То есть?

– Дирлих женится на Изире, - мрачно заявил гвардеец. – Тем самым, возвращает доверие Ана и наказывает себя за провинность перед тобой. Идиот! Да у него и шанса против огня императорского рода не было!

Я опустила голову, прикрыв лицо распущенными волосами, и закусила внутреннюю сторону щеки. Несмотря на сутки сна, я ощутила прилив прямо-таки звериной усталости и готова была выть, как волчица. Вспомнилось: «На работе дохнут кони, ну а я – бессмертный пони!» В моём случае это звучало так: «В этом мире дохнут люди, ну а я – совсем не люди!» Не поэт я, в общем.

Томар благоразумно оставил меня переодеваться и переваривать информацию в спальне, сказав, что ждёт в гостиной, чтобы сопроводить на тренировку, а я… я решила, что сегодня загоняю себя до изнеможения. Чтобы просто не думать обо всём этом. Мне было жаль Дира, но больше – себя. Да, я эгоистка!

Я извлекла из-под подушки книгу Терена и решила, что сегодня буду учиться использовать ту силу, которая отчего-то не желала спасать меня в пещерах. Как бы сильно её не ненавидела и я, и другие.

Развязать войну могут и трусы, а бороться с ее опасностями приходится смелым.

Тацит

– Империя Талера объявила войну королевству Люпиния.

На мне было белоснежное обтягивающее платье, что в свете неоновых звёзд, в первый день нового года принявших оттенки фиолетового и голубого, окрасилось в светло-сиреневый. Несмотря на накинутый сверху алый плащ, с золотыми переплетениями императорского герба, я начала леденеть от холода.

Когда император Нижнего Мира вошёл в открытый всем ветрам парадный зал дворца, где не было ни окон, ни потолка, зато открывался чудесный вид на самую красивую ночь в году, он произнёс не те слова, которые от него ждали. В величайший праздник демонов, праздник жизни, в день, когда нас с Ансором должны были обвенчать…

– Наследник Талеры был убит волчьим ядом, - прогремело над моей головой, головой Ансора и головами сотен знатных гостей.

Вокруг меня шумели демоны, но я…

Я не хотела этой свадьбы. И хотела! Трудно объяснить, тут смешались страхи перед ранним замужеством и новая волна воспоминаний о доме, хотя моё сердце тянулось к сердцу стоявшего рядом со мной демона, как птица, запертая в клетке. В глубине души я мечтала, чтобы император вошёл и воспрепятствовал нашей женитьбе, отложил до тех пор, пока бы не стал доверять такой охотнице-заразе, как я. Но я уж точно не желала, чтобы моя первая встреча с отцом Ансора началась со слов объявления войны.

– Ан… - я подняла голову на наследного принца, облачённого в чёрный парадный камзол. Он стоял, как каменное изваяние, на лице – ни единой эмоции. Безотрывно глядя на императора, демон всё же сжал мою похолодевшую руку, да так крепко, что я поморщилась от боли.

Отец и сын были похожи, как похожи два чёрных бриллианта в цепи ожерелья, однако на лице властителя Ада уже залегли морщины. Они смотрели друг на друга с одинаковыми выражениями на лицах, каменные и напряжённые. Императорские гвардейцы успокаивали и выводили гостей: я видела мелькнувшее кобальтовое платье Соранны.

– Я позабочусь о ней, - из-за спины главного демона вдруг вышагнула хрупкая демоница. Худенькая, миниатюрная, с распущенными светлыми волосами и веснушками на красивом, молодом лице. Её рубиновые глаза скользнули по мне, после переместились на Ансора. – Иди с отцом.

Я вновь подняла глаза на наследного принца. Тот опустил полный сомнений взгляд на меня, от чего сердце-птичка, казалось, выломало преграды клетки и выпрыгнуло, чтобы потонуть в кровавом океане его глаз. Мне вспомнилась утренняя тренировка и слова, что он мне говорил.

– Возможно, я всё же осёл, - заявил Ансор, когда я со злостью швырнула книгу Терена в стену тренировочного зала. Я перевела на него удивлённый взгляд.

– Помнится, я называла тебя козлом, демонюкой проклятой, уродом, скотиной… Ослом тоже? – спросила, поднявшись за книгой. Как ни старалась, боевая трансформация охотника на демонов не проявлялась, и я готова была волосы на себе рвать от досады. Когда я скрывалась, она рвалась наружу, а сейчас, когда Ансор дозволил мне тренировки с запретной магией, правда, только в присутствии его и трёх ближайших друзей, эта древняя тварь во мне молчала.

– Такой ты мне нравишься гораздо больше. Знаешь, у тебя не слишком достоверно получалось отыгрывать серую мышь. Постоянно казалось, что что-то не так, да и мимика у тебя выразительная, - хмыкнул Ансор и, взмахнув крыльями, быстро долетел до противоположной стены и поднял книгу. – А осёл я, потому что недооценил, насколько сильно ты возненавидишь себя. Всё же ни разу не имел дело с людьми твоего мира.

– Я не ненавижу себя.

– Правда? – он горько улыбнулся. – Принцип перевоплощения охотников, описанный в этой книге, не отличается от демонического. Мы просто… достаём из шкафа любимые вещи, говоря понятным тебе языком. А ты жаждешь запихнуть эти вещи в шкаф как можно глубже.

– Заслуга твоего мира.

– Я уже признал себя ослом.

Он вдруг резко приблизился ко мне и поднял в воздух. Мы повисли практически под самым сводом огромной пещеры, и я вжалась в него всем телом, смотря в змеиные глаза, а не на далёкий пол.

– Знаешь, Лена… Я всегда мечтал о девушке, как ты. О той, кто не будет за мной бегать. Кто заставит завоевать себя. Об умной, сильной и решительной. Редкость для этого мира с его воспитанием.

– Я не сильная, - покачала головой. – Ты скорее описал Соранну.