Смотрительницы маяка. Рождественская вьюга
Шрифт:
– Аккуратнее, ваша светлость. Нужно съездить в дом покойницы и поискать там.
* * *
После долгого нахождения в гроте сэр Брумс заболел. Он слег с температурой и сильным кашлем, который слышался во всех уголках маяка. Мариса носила ему горячий бульон, травяные отвары и ставила холодные компрессы. Мы же собрались к Белладонне. Нужно было отвести Кевина и, конечно же, справиться о здоровье леди Адель. Возможно, она уже пришла в себя.
Метель закончилась. С неба сыпал мелкий снег, похожий на густое кружево. Было тихо, морозно, а небо опустилось так низко, что фонарная комната полностью оказалась под его серой подушкой.
В лесу тоже царила тишина. Лишь еловые ветви с тихим шорохом роняли пушистые белые шапки.
На пороге мы смели снег с обуви и вошли в дом, в котором вкусно пахло мясным бульоном.
– Бабушка! – Кевин бросился к Белладонне в объятия. – Я так соскучился!
Она прижала внука к себе, а потом усмехнулась, глядя на нас.
– Живые и здоровые. Вот и славно… У меня тоже хорошие новости. Гостья пришла в себя.
– И с ней можно поговорить? – с восторгом выдохнула Варежкина, глядя на дверь, ведущую в спальню, где находилась Адель.
– Не знаю. Это уж как она сама захочет, - ответила Белладонна. – Варю ей бульон. Женщине нужно набираться сил.
Волнуясь, мы сначала постучали, а потом заглянули в комнату.
– Леди Адель, можно?
– Входите, - раздался приятный, но слабый женский голос. – Я ждала вас.
Она полусидела, опершись о высоко поднятые подушки, и все еще была ужасно бледной.
– Как вы себя чувствуете? – спросила Лида, ставя себе стул у кровати.
– Как восставшая из мертвых, - улыбнулась Адель, а потом сказала: - Благодарю вас за то, что спасли меня. Я обязана вам жизнью.
– Вы супруга гранда де ла Серда? – Варежкина, как всегда, пёрла напролом. Ее глаза стали огромными от предвкушения сенсации, а пальцы нервно подрагивали. – Да?
– Да, я третья жена Карлоса, будь он проклят. Но как вы догадались? – изумилась она.
– Мы вам все расскажем, но только после того, как услышим вашу историю. Пожалуйста, поделитесь с нами!
– умоляющим голосом произнесла Варежкина. – Почему он так поступил с вами?
– Мне тяжело говорить об этом… слишком много я пережила. – Адель отвернулась, скрывая слезы. – Карлос никогда ничего не делает просто так. И женился он на мне только для того, чтобы заполучить одну очень ценную вещь, принадлежащую моему отцу! Он привез ее из одного из своих путешествий и показал мне ее всего лишь раз. После чего спрятал в тайник. Это был древний светильник из черного оникса. Не знаю почему, но он сразу вызвал у меня неприятные ощущения…
– Светильник имел какую-то легенду, да? Уверена, что его окутывала какая-то мистическая тайна, – догадалась я. Иначе зачем бы он понадобился гранду?
– Однажды отец заболел… У него был сильный жар, и в бреду он говорил об этом светильнике. Будто бы он принадлежал какому-то великому жрецу, и с его помощью можно проникать в мир мертвых. Узнать тайны жизни и смерти, и даже самого мироздания, – Адель начала волноваться, ее лоб покрыла испарина. – Я думала, это всего лишь следствие болезни… но… но…
Женщина откинулась на подушки и тяжело задышала. Ее грудь высоко поднималась, из горла стали вырываться хрипы. Варежкина бросилась к двери и крикнула:
– Тетушка Белладонна! Адель плохо!
В мою руку вдруг вцепились холодные пальцы и сжали ее. Я испуганно взглянула на Адель, надеясь, что этот приступ вызвали не мы со своими расспросами.
– Светильник в камине! Заберите его! Иначе…
Ее голова откинулась в сторону: девушка потеряла сознание.
* Текст об алхимическом золоте, в котором расписывается его чудотворное действие как "эликсира". Приведен в известном алхимическом сочинении Вэй Бонна (120-50 гг. до н. э.) "Цзян Тун Чжи", что в переводе означает приблизительно "Единение сравнимых соответствий".
Глава 47
Глава 47
– Как она? – Лида поднялась, когда в кухню вошла тетушка Белладонна. – С Адель все в порядке?
– Она спит. Женщина слишком слаба, и волнение отнимает у нее много сил. Вам не стоило мучить ее разговорами! – пожурила нас старуха. – Оставьте их на потом!
– Но она сама решила рассказать нам свою историю, - ответила я и тяжело вздохнула: - Бедная, бедная Адель… С каким жестоким человеком свела ее судьба…
– Она еще будет счастлива. Я раскладывала карты на ее будущее, и они сказали мне, что Адель возьмет от жизни все, чего ее лишил супруг, – Белладонна достала из буфета мешочки с травами. – Сейчас выпьем чаю, и я посмотрю, что ждет вас в ближайшее время. Тучи сгущаются… Тьма подбирается все ближе… Я вижу ее скользкие лапы…
Ее лицо стало в этот момент отрешенным, а глаза уставились в одну точку. Я посмотрела на Варежкину, и та многозначительно подвигала бровями.
Тетушка Белладонна встряхнула головой, отгоняя морок, и взялась заваривать травы. Но на ее лбу образовалась глубокая складка: признак тяжелых раздумий.
Вскоре по комнате поплыл сладковатый шлейф душистых трав, напоминая о знойном лете, когда воздух пропитан ароматом полевых цветов, молодым сеном и хвоей, разогретой жарким солнцем.
Белладонна медленно разложила карты, что-то бормоча себе под нос, а потом глухим голосом произнесла:
– Одну из вас ждет черная свадьба… Это словно венчание с дьяволом…
– Венчание с дьяволом? – честно сказать, я даже немного испугалась. Но, может, она имела в виду нечто другое, и в предсказании скрыт какой-то другой смысл? – Что это значит?
– Именно то, что я сказала. Венчание с дьяволом, - повторила тетушка Белладонна. – Он уже готовит его.
– Можно избежать этого? – даже непробиваемая Варежкина побледнела.
– Все скрыто туманом. Это колдовство… Сильное колдовство… - прошептала старуха, всматриваясь в карты пристальным взглядом. – Мне нужно подумать. Но помните, Рождественская неделя перевернет всю вашу жизнь… Силеемская звезда укажет путь.
Эти слова я уже слышала от нее в прошлое гадание. Только как понять их?
Всю дорогу домой мы обсуждали гадание тетушки Белладонны. Варежкина уже находилась в своем обычном состоянии, ибо ни один страх не мог надолго задержаться внутри этой неугомонной тётки. Мне даже показалось, что Лидуня в восторге от всех таинственных перипетий, происходящих с нами.
– Зуб даю, что дьявол это Карлос! – зловеще протянула она. – Наметил уже шельмец жениться! Ради этого, небось, и Адель приговорил! И когда же он ухаживать начнет? Неужели все начнется во время ужина, на который мы приглашены?