Смотрительницы маяка. Рождественская вьюга
Шрифт:
– Невероятно… Одно лицо! – прошептала Варежкина, вглядываясь в портрет. – Как будто с гранда писали!
– У мужчины на портрете такой же перстень, как и у Карлоса! – воскликнула я, заметив на безымянном пальце двойника гранда рубин, оплетенный клубком змей. – Ничего себе совпадение!
– Здесь что-то написано, – Лида поднесла картину ближе к глазам. – В самом углу. Подсвети.
Но как она ни старалась разобрать надпись, у нее ничего не получилось.
– Нужна лупа. Мы прочтем, что там написано позже, - я заглянула в тайник. – А сейчас давай посмотрим, что там еще есть интересного.
В тайнике мы обнаружили пару книг: «Об испарении волшебной воды, которая укрепляет ртуть» и «Исследования об инструментах и печах», стопку писем, пыльную колбу, астрономические таблицы и темный тяжелый брусок. Что это было, оставалось только догадываться.
– Нужно все это забрать с собой, а стену замазать глиной, - предложила я. – Как думаешь?
– Так и сделаем, – Варежкина спустилась с лестницы. – И повесим на это место картину.
– Я не собираюсь просыпаться каждое утро и видеть чьи-то… чьи-то… сандалии! – предупредила я, спускаясь следом.
– Тогда птицу.
– Нет.
Глава 43
Глава 43
Внимательно изучив найденные вещи, мы пришли к выводу, что они принадлежали алхимику, который жил на острове в далеком прошлом.
– Тогда логично предположить, что на портрете изображен сам Лютер Гилмор, - сделала я вывод. – А сходство с грандом объясняется тем, что они родственники.
– Погоди. Лютер – наш родственник! – усомнилась в моих словах Варежкина. – Получается: Карлос тоже? Ерунда какая-то!
– Твои версии? – я уже видела по лицу Лидуни, что она готовится выдать нечто совершенно безумное.
– Гранд бессмертный, - заявила она, вытаращив глаза. – Вот так вот. Вампир.
– Ты серьезно? – я начала смеяться. – Прекращай! Ну, это совсем сказки!
– Сказки не сказки, а факт на лицо! – не унималась Варежкина. – Правда, он спокойно в светлое время суток передвигается и ест… и пьет… Не сходится…
– Он наш родственник. Несомненно. Вот только непонятно, каким образом Карлос оказался изуанским грандом? – от всех этих загадок у меня разболелась голова. – Давай спать. Завтра разберемся.
Мы улеглись и уставились в потолок, на который луна отбрасывала серебристый свет. Я догадывалась, что Лида продолжает размышлять обо всем происходящем, ведь меня саму не покидали тревожные мысли. Нет, нужно попытаться уснуть. Все потом… потом…
Утром мы принесли глины из небольшого оврага у леса, набрали песка и приготовили раствор, добавив в него поваренной соли для прочности. После того, как стена приобрела свой первоначальный вид, а следы нашего расследования исчезли, я развела известь. Для лучшего эффекта мы прошлись по стенам несколько раз и, растопив камин, оставили все это дело высыхать.
Я видела, что Варежкиной не терпится пойти в грот, но она держала себя в руках, чтобы ни у кого не возникло подозрений. Во время завтрака сэр Брумс поинтересовался, когда мы устроим ему экскурсию по кладбищу. Со всеми заботами и тайнами я совершенно забыла, что нами была обещана прогулка.
– Давайте после обеда. Нам нужно навестить одного человека, - сказала я. – Это очень важно.
– Хорошо, я не спешу, - кивнул ученый. – Пока вас не будет, мы с Александром почитаем о джунглях и их обитателях.
– Отлично! – Лида швырнула салфетку на стол. – Тогда нам не стоит тянуть время. Чем быстрее пойдем, тем быстрее вернемся.
Мы предупредили Марису, что идем к тетушке Белладонне, оделись потеплее и вышли на улицу. У колодца взяли спрятанные еще утром фонари, обошли маяк с другой стороны, чтобы нас не было видно из окон кухни, а потом спустились вниз, к морю.
Мороз стал крепче, от его студеного дыхания щипало щеки. Но Варежкина, переполненная надеждой найти сокровища, упрямо шла вперед.
Когда мы, наконец, достигли грота, она обернулась и сказала:
– Вот чувствую я, что нас ждут невероятные открытия!
– Иди уже… - в том, что нас ждет много чего, я не сомневалась, но вот к чему эти открытия приведут, оставалось самым главным вопросом.
В этот раз помогать нам было некому, поэтому в грот мы спускались с особой осторожностью. Вот только камни покрылись тонкой коркой льда, что значительно затрудняло движение. Лида все-таки не удержалась и поехала вниз, прерывисто охая на каждом выступе. Я попыталась схватить ее, но полетела следом, погружаясь в водоворот непередаваемых ощущений.
– О Боже… К вечеру я буду вся в синяках! – выдохнула Варежкина, стоя на четвереньках. – Будешь вправлять мои бедные суставы…
– Запишись к Донгэю, - прошипела я, злясь на все на свете, а особенно на нее. – От меня мало толку после такого полета!
– Не смешно. Этот человек такой же жутковатый, как и его хозяин, - проворчала Лида. – Небось, тоже какой-нибудь колдун…
– Никогда не слышала о черной магии среди азиатских народов, - сказала я, поднимаясь на ноги. – Мне всегда казалось, что у них какие-то духовные практики… Цигун или Ушу, например.
– Однажды ко мне обратилась китаянка. Ей нужно было устроить похороны матери, но другие ритуальные агентства не брались из-за некоторых нюансов. Во-первых, нужен был стеклянный колпак, под который ставили гроб. Во-вторых, много венков из белых ирисов. А в-третьих, ей нужен был оркестр, который будет играть далеко не траурную музыку… - Варежкина чиркнула спичкой, зажигая фонарь. – Ну, в общем, у каждого свои закидоны. Такие уж традиции. Я взялась устроить похороны вместе с кремацией. Деньги эта женщина платила хорошие… И я попала к ней домой, где совершенно случайно увидела…
Лида передернула плечами с таким выражением лица, что я не заметила, как скривилась вместе с ней.
– И что? Что ты там увидела? – мне было жутко интересно. Я даже позабыла, что мы находимся в полутемном гроте, а мороз уже пробирается сквозь одежду.
– Банку с ядовитыми гадами… - Лида понизила голос, добавляя ему таинственности. – В ней была змея, какой-то огромный паук, жаба… Возможно что-то еще, но я не смогла дальше смотреть на это. Но самым ужасным было то, для чего баба эта держала их в банке. На протяжении года ядовитые твари старались выжить, пожирая друг друга, и победитель считался носителем нечистого духа Гу. После он оберегал весь род.