Чтение онлайн

— Не волнуйся. Я знаю, как тебя одеть, — предлагает Белинда, и во мне вспыхивает ревность.

Он, не отрываясь, что-то печатает в телефоне.

— Ты управляющая. Ты должна быть здесь. Для этого у меня есть Эбби.

— Эбби? — Белинда бросает ему взгляд, полный немого сарказма.

— Пока она справляется.

Мне бы хотелось ответить Белинде высокомерным взглядом, но я опускаю голову, пряча самодовольную ухмылку.

Она тяжело вздыхает.

— Ладно. Мне нужно тебя ещё на пару минут, а потом тебе стоит...

Слова Белинды превращаются в белый шум, когда мой телефон вибрирует в руке. Пришло сообщение.

Генри: Ты ведь не против раздеть меня и помочь выбрать, что надеть?

Сердце начинает бешено колотиться. Я сжимаю губы, чтобы не улыбнуться, и набираю ответ.

Я: Если придётся, хотя это и тяжкий труд.

Мы уже на стадии игривых переписок? Всё развивается так быстро. Но, видимо, так и бывает, когда ты заперт в отдалённом отеле на Аляске и удовлетворяешь примитивные потребности. Только и всего, напоминаю я себе. Нельзя позволять мечтам рисовать путешествия на частных самолётах и прогулки к алтарю. Даже настоящие отношения.

Генри отвечает что-то Белинде, одновременно печатая. Его тон — чистая деловитость.

Приходит новое сообщение.

Генри: Я до сих пор чувствую твой вкус во рту.

Блокнот и iPad выскальзывают из моих внезапно задрожавших рук и падают на пол, заслужив раздражённый взгляд Белинды. Прости, беззвучно говорю я и осмеливаюсь взглянуть на Генри.

Его невозмутимая маска, как всегда, на месте.

— Ещё что-то, Белинда? Потому что благодаря тебе мне придется три часа улыбаться перед камерой.

Она прочищает горло.

— Пока всё. Эбби, надеюсь, ты хотя бы не забыла подготовить его смокинг?

Опять этот тон. Могло бы задеть, но нет — ведь это я буду раздевать и одевать Генри.

— Ага. — Мой взгляд скользит по его мощной фигуре. Этот мужчина в смокинге...

Белинда выходит первой, я иду за ней, ощущая на спине призрачное прикосновение тёплых пальцев.

~ ~ ~ ~

— Tom Ford.

Я снимаю костюм с вешалки и раскладываю на кровати.

— Как насчёт золотого галстука?

— Подойдёт.

Я оглядываюсь через плечо — он ведет бритвой по линии челюсти. Генри только что из душа, обёрнут полотенцем, и от этого зрелища кровь пульсирует в висках. Но игривое настроение из переписки, кажется, испарилось. Теперь он собран.

— Куда ещё они хотят поехать?

Пробегаюсь глазами по письму.

— Написано: «возможно, несколько кадров у гидропланов, короткая прогулка на катере по заливу и, если получится, природа».

— Требований к одежде нет?

— Указано кежуал. Так что... — Я прикусываю губу, перебирая вещи в его шкафу. Всё дорогое, дизайнерское, с бешеной плотностью нитей. Он выглядел потрясающе в тот день в лесу, когда рубил дрова. И когда я видела его выходящим из самолёта. Честно, он мог бы сделать сексуальными даже спортивные штаны.

Я достаю тёмно-синие джинсы, чёрный свитер с круглым вырезом и рубашку в черно-желтую клетку — похожую на его красную. Дополняю образ шапкой.

Он подходит ко мне с ухмылкой.

— Хочешь, чтобы я выглядел как лесоруб?

— Не знаю, — я нервно смеюсь, собираясь вернуть рубашку в шкаф. — Лучше бы Белинда этим занялась. Я не разбираюсь.

Он хватает меня за запястье, не давая сделать и шага.

— Не делай так.

— Как?

— Не принижай себя. — Он выхватывает рубашку из моих рук и бросает на кровать. — Мне нравятся уверенные женщины, и я знаю, что под всей этой неопытностью скрывается сильная, самодостаточная девушка. — Он наклоняется, касаясь губами моей шеи, и добавляет шёпотом: — И я не могу дождаться, когда ты покажешь мне её.

Несколько оргазмов и потрясающий секс определённо помогли нам быстро стать ближе. Я касаюсь его груди, пальцы скользят по ещё влажной, горячей коже, запоминая каждый изгиб, каждую выпуклость, пока не достигают полотенца. Моя ладонь едва охватывает твёрдый контур его члена, когда он прижимает её к себе, сжимая пальцы и заставляя почувствовать всю его толщину.

— У нас нет времени на то, что я хочу с тобой сделать, — его шёпот звучит мучительно.

Честно, я сомневаюсь, что выдержу ещё один раунд, моё тело до сих пор ощущает последствия утреннего секса. Но это прекрасное чувство — знать, что Генри был внутри меня. Чувствовать его даже сейчас.

— У нас пятнадцать минут. Дай мне сделать то, что я хочу. — Мои пальцы сдергивают полотенце, и оно падает на пол, оставляя Генри голым передо мной. Я не переставала думать о вчерашнем минете. О том, как мне понравилось, что я хочу повторить. Сделать лучше.

Его глаза горят, когда я сажусь на край кровати. Я притягиваю его за бёдра, оказываясь лицом к лицу с его членом — твердым, с блестящей каплей на головке. Во рту пересыхает. Одного осознания, что это я вызвала такую реакцию, достаточно, чтобы между ног стало влажно. Хотя, с Генри я всегда мокрая.

— Кто бы мог подумать, что ты такая ненасытная, — бормочет он. Я поднимаю глаза, ловя его усмешку, прежде чем рука опускается на мою голову. Пальцы впиваются в волосы, и он притягивает меня к себе.

Я облизываю его увереннее, чем вчера — теперь я знаю, что ему нравится. Провожу языком снизу вверх, оставляя блестящий след от основания до кончика. Повторяю, но на этот раз касаюсь языком его мошонки — тяжёлой, полной.

— Блядь, — стонет он, запрокидывая голову, пока я продолжаю дразнить его. — Отсоси мне, прошу.

Я широко открываю рот, обхватывая его губами, впускаю в себя как можно глубже. Он каждый раз достаёт до горла, и я благодарна за почти отсутствующий рвотный рефлекс — никогда не ценила это до текущего момента. У него такой приятный вкус, что я не могу описать словами, но мне его мало, как и ощущения его пальцев в моих волосах, лёгких толчков бёдер.

Внезапно он шепчет:

— Дай мне вытащить. Я хочу кончить на тебя. — Я отпускаю его, и он выскальзывает из моего рта, отталкивая меня за плечо. — Обопрись на локти.