Чтение онлайн

Между Цукербергом и Брейером состоялся резкий разговор. Несомненно, оба вспомнили предыдущие переговоры. Цукерберг уже начал колебаться относительно продажи. «Я попробую сохранить все возможные варианты, – сказал он Брейеру. – Если количество пользователей не станет стабильно увеличиваться после предоставления открытого доступа, то, возможно, я захочу получить этот миллиард».

Общедоступная регистрация стала решающим тестом на жизнеспособность службы Facebook. Завершится ли все полным фиаско, как было с профессиональными сетями? Захотят ли люди старшего поколения присоединиться к Facebook?

Общедоступная регистрация была разрешена 26 сентября 2006 года. Ежедневно в течение следующих двух недель группа из шести человек изучала последние данные. В нее входили Цукерберг, Брейер, Питер Тиль, Ван Натта, Колер и соучредитель компании, Московиц. В конце сентября данные были весьма неоднозначными, что означало неминуемую продажу компании Facebook. Юристы Yahoo! опять провели оценку ее финансового состояния, готовясь к заключению сделки. Шон Паркер с ужасом наблюдал за происходящим. «Мы практически приняли предложение – вспоминает он. – Пожалуй, только в этот период Марк был не способен противостоять давлению со стороны своих товарищей по команде».

Но уверенность Цукерберга в правильности выбранной для Facebook стратегии все-таки оправдалась. Один из его коллег помнит момент, когда в приватный конференц-зал генерального директора ворвался какой-то человек и прокричал: «Десять миллионов! Это же здорово!» Увеличение числа пользователей до такого показателя стало одной из главных вех в истории развития компании Facebook.

Через неделю после предоставления открытой регистрации стало очевидно, что люди старшего возраста не только присоединяются к сети Facebook, но и приглашают своих друзей, размещают фотографии, в общем, выполняют те же действия, что и первые пользователи сети – студенты. Выходит, они были тоже заинтересованы ней. До введения общедоступной регистрации на сайте Facebook в среднем регистрировалось 20 тысяч человек в день, на первой неделе октября эта цифра достигла 50 тысяч. Причем студенты не протестовали против появления людей старшего поколения, как опасались некоторые сотрудники Facebook. Возможно, их утомила шумиха вокруг «Ленты новостей». Или были так заняты изучением новых данных, предоставляемых последней, что у них просто не осталось времени на протесты.

В частности, Брейера успокоили результаты открытой регистрации. «Она стала новой вехой в истории нашей компании, – вспоминает Брейер. – С этого момента дело можно было считать сделанным. Наши успехи по увеличению количества пользователей выглядели впечатляюще. И тогда мы сказали: “Мы не готовы продавать компанию”».

Facebook удалось сохранить, чего нельзя сказать об отношениях Марка Цукерберга с некоторыми сотрудниками. В частности, это касалось Брейера. Да и Ван Натта так сильно настаивал на продаже компании, что Цукерберг уже не мог ему полностью доверять (согласно мнению одного из близких друзей Марка). Тем не менее он остался операционным директором еще на год. Даже Колер, один из ближайших соратников Цукерберга, чувствовал напряженность в общении. На какое-то время он его вывели из круга ближайших товарищей Цукерберга. Вот как об этом рассказывает один из советников Цукерберга: «Для Марка важнейшим показателем является лояльность к компании, и если вы хотели продать ее, то не могли оставаться его другом. Марк не забыл, кто одобрял сделку с Yahoo!».

В результате событий этого беспокойного сентября 2006 года Цукерберг повысил свой авторитет. Многие сотрудники даже стали испытывать перед ним благоговейный трепет. Каждый знал, какую решительность он проявил в отношении «Ленты новостей» и открытой регистрации. Вот как описывает один из руководителей Facebook ответную реакцию Цукерберга на протесты против запуска нового приложения: «Это был судьбоносный момент для Марка. Создавшаяся ситуация утвердила его как человека, который всегда будет руководить компанией. Он признал свою ошибку и пошел на удачный компромисс. Все протестующие были удовлетворены, и через несколько дней буря стихла».

И пока сотрудники компании Facebook гадали о том, разумно ли было отвергнуть предложение Yahoo! (в конце концов, многие стали бы миллионерами, согласись на него Цукерберг), дальнейший ее рост стал приобретать реальные очертания. Даже Брейер начал рассуждать по поводу блестящих перспектив Facebook. В прошлом он отказывался строить какие-либо глобальные планы. Продакт-менеджер, Наоми Глейт, которая протестовала против «Ленты новостей», выразила мысли подавляющего большинства сотрудников: «Цукерберг шел на два шага впереди нас. Марк двигал компанию вперед и сталкивался с противостоянием. Но он был прав».

Сам Цукерберг так отзывается о тяжелом для него времени переговоров с Yahoo!: «Это был один из самых трудных и нервных периодов». Марк беспокоился о реакции сотрудников на решение совета директоров отказаться от продажи компании. «Мне очень повезло, поскольку в большинстве случаев, когда компании требуется принять сложное решение, могут уйти годы, прежде чем выяснится, было ли оно верным. В данном случае все прояснилось достаточно быстро».

На одном из собраний коллектива компании во время хаотичных сентябрьских событий двадцатиоднолетний Цукерберг при изложении фактов был удивительно откровенен, и многих его коллег это весьма удивило и вызвало прилив теплых чувств. «Возможно, вам не понравится то, что я скажу, – произнес он, – но здесь я учусь работать».

На праздничную вечеринку в декабре были заказаны автобусы для всех сотрудников компании, которых теперь насчитывалось около 150 человек. Мероприятие состоялось в тематическом парке возле городка Санта-Клара. Как только люди вошли в автобусы, они начали выпивать. Ко времени прибытия в парк многие были изрядно пьяны. Сотрудники Facebook праздновали успешный год на аттракционах парка, где их вращали, крутили, бросали и переворачивали вверх головой. По дороге домой один парень оторвал и выбросил вентиляционный люк автобуса, и компании пришлось оплатить несколько сотен долларов за нанесенный ущерб. По сути, это было последнее проявление инфантилизма в компании Facebook. Теперь в сети было зарегистрировано 12 миллионов активных пользователей. Компания уже перешла ту черту, до которой ею можно было управлять как аматорским проектом из комнаты студенческого общежития.

Что поведать миру о себе, а что оставить в тайне? Над этим весьма существенным вопросом заставляет задуматься сеть Facebook. Хочу ли я, чтобы люди знали, что я много лет работаю редактором в журнале Fortune, пишу в своих статьях о новых технологиях и в данный момент работаю над книгой о Facebook? И стоит ли говорить, что мне 57 лет, я женат на художнице, у меня дочь-подросток, иногда я пишу стихи, а когда-то был активистом профсоюзного движения? До этого момента, в зависимости от обстановки, я открывал людям ту или иную сторону своей жизни. Но на моей страничке в Facebook представлена практически вся информация.

И это не случайно. Сайт разработан именно таким образом. Во время одного из интервью Цукерберг за минуту трижды повторил: «У каждого пользователя есть только один профиль». Марк вспоминает, что в первые годы становления сети Facebook многие полагали, что для людей старшего поколения нужно создать два профиля: один – для работы, а второй – для развлечений. Цукерберг всегда был противником подобной идеи. Он говорил: «Дни, когда для своих сотрудников вы демонстрировали в сети одну фотографию, а для всех остальных – другую, по всей видимости, уходят в прошлое».

На этот счет у Марка Цукерберга есть несколько аргументов. Он считает, что «создание двух профилей для одного человека может свидетельствовать о его недостаточной открытости или целостности как личности». В этом он усматривает моральный и психологический аспект проблемы. «На практике же, – утверждает Цукерберг – уровень открытости и прозрачности современного мира не позволит одному человеку иметь два разных профиля». Иными словами, даже если пользователь захочет отделить свою личную информацию от профессиональной, у него это не получится, поскольку сведения о нем распространяются по Интернету. В пример Марк приводит желание человека в некоторых случаях вести себя по-разному. Как подросток, который дома прикидывается паинькой, а на улице с друзьями употребляет наркотики.