Чтение онлайн

— Они в поисках еды.

— Еще еды? Кажется, Барни съел около двух десятков тех ребрышек, которые ты приготовил. — Он смеется, не выпуская из объятий Кэт, которая прилипла к нему, как ракушка к кораблю. — Да, у этого парня отменный аппетит. Видела бы ты, как он умял мои «хаш паппи»3. Придется приготовить еще одну порцию специально для него.

Жизнь совершенно несправедлива: Нико Никс не только красив, талантлив, предан и сексуален, но еще и умеет готовить. После того как Кэт переехала к нему, ей пришлось увеличить количество тренировок с трех до пяти в неделю, чтобы сохранить прежний вес.

Нико с напускной небрежностью добавляет: — И я только что разговаривал с Броуди по телефону.

Веди себя естественно. Покажи, что тебе неинтересно. Не смотри на Кэт.

Я сажусь в кресло, сбрасываю туфли на каблуках и роюсь в сумочке, как будто ищу что-то важное, и говорю: — Да?

— Угу. Он сейчас приедет. — Пауза. — Броуди просил передать, чтобы ты позвонила ему, если тебе понадобится, чтобы он что-нибудь купил по дороге.

Находясь в ужасе, я прекращаю притворяться, что роюсь в сумке.

— Что?

У Нико есть эти невероятно обезоруживающие ямочки на щеках, которые появляются всякий раз, когда он улыбается или пытается не улыбаться, как сейчас.

— Ты меня слышала.

Кэт смотрит на меня своим фирменным взглядом эксперта-снайпера. Я знаю, что, как только мы останемся наедине, меня ждет серьезный допрос. Чтобы сгладить ситуацию, я смеюсь.

Я стараюсь говорить беззаботно, но, к сожалению, в моем голосе слышится паника.

— О, он просто пошутил. У меня даже нет его номера телефона.

Как и заявление о том, что я ненавижу запах больниц, это еще одна уловка, призванная отвести подозрения, и она тоже правдива. У меня нет номера Броуди.

Забудьте о том, что он несколько раз пытался мне его дать, у меня его нет, потому что я отказалась.

— Ты серьезно пытаешься сделать вид, что между вами ничего не происходит? — Кэт выпрямляется и бросает на меня испепеляющий взгляд. — Я видела тебя в доме, Грейс.

Я невинно моргаю, а она закатывает глаза.

— После того, как ты сказала, что идешь в туалет, Броуди последовал за тобой, и вы оба пропали минут на пятнадцать, а потом ты вернулась вся красная и смущенная, а Броуди – с видом кота, съевшего канарейку?

Нико присвистывает.

— О-о-о, она туда действительно пошла!

— Да, так и есть! И я не потерплю, чтобы ты что-то от меня скрывала!

Кэт топает ногой. Если бы это сделал кто-то другой, то он выглядел бы нелепо, но ей почему-то идет. Наверное, дело в ее экзотической красоте, которая придает ее нелепым поступкам непринужденный шик.

— Мне кажется, или Кэт сегодня особенно строгая? — спрашиваю я Нико.

Тот с невозмутимым видом медленно произносит с южным акцентом: — Если ты реально думаешь, что я собираюсь отвечать на этот вопрос, то ты сошла с ума.

К счастью, боги отвлекающих маневров на моей стороне, потому что в этот момент в комнату ожидания возвращаются ребята. Крис и Итан – одетые как близнецы, в ковбойских сапогах из крокодиловой кожи, рваных джинсах и белых футболках, с руками, покрытыми татуировками, – плюхаются на пару стульев напротив меня и начинают уплетать гамбургеры из буфета, пока Барни, держа в одной руке сэндвич, а в другой – банку колы, обращается с вопросом к Кэт.

— Все хорошо?

Кэт кивает.

— Хлою уже оформили и осмотрели. Сейчас они в родильном отделении. Схватки уже довольно частые, так что скоро мы узнаем, сколько еще ждать до появления ребенка на свет.

Барни выглядит довольным. Он откусывает огромный кусок сэндвича. На нем его стандартный черный костюм от «Армани» и белая рубашка с расстегнутым воротником – единственный наряд, в котором я его когда-либо видела, – и золотые часы «Ролекс», подаренные ему на день рождения Нико. У него идеально ухоженная козлиная бородка и густая шевелюра, подстриженная с военной точностью. В сочетании с его накачанными плечами и пронзительным взглядом темных глаз он всегда казался мне настоящим мафиозным киллером: опасным.

А еще он чертовски сексуален, если вам нравятся парни, которые носят пистолет под пиджаком и названы в честь фиолетовых динозавров4.

Затем Нико поворачивает голову и расплывается в улыбке. Он говорит кому-то, кого я не вижу: — Рад, что ты смог добраться, улитка.

Интересно то, что у меня учащается пульс, когда я понимаю, что он, должно быть, обращается к Броуди. Интересно и досадно, потому что я не из тех женщин, у которых это происходит так легко. Однажды меня ограбил наркоман с пистолетом, и я, глядя на него, спокойно сказала: «Я с радостью дам тебе денег на наркотики, но на самом деле тебе нужны еда, горячая ванна и объятия».

Он взял деньги.

— Вы, ребята, так торопились, что оставили следы от машин на подъездной дорожке.

Броуди обходит ряд кресел, на которых я сижу, обнимает Нико, хлопает его по спине, кивает остальным парням, а затем спрашивает Кэт: — Как Хлоя?

Я так пристально смотрю на него, что не слышу ответа.

В нем есть что-то такое… крутое. Не знаю, как еще это описать. Он очень хорош собой, но в какой-то простой, понятной манере. В отличие от Нико, чье тело словно высечено Микеланджело из цельного куска гранита, или Эй Джея, который размером с Халка, Броуди стройный и грациозный, как модель с подиума. Его плечи слегка рельефны, талия узкая, ноги длинные и стройные. У него волчья походка, улыбка Чеширского кота и хрипловатый смех, от которого так и веет спальней. Этот мужчина просто невероятно сексуален.

А еще он одевается как Джонни Депп с обложки журнала «GQ», и от этого у меня все внутри трепещет. Хорошо одетые мужчины сводят меня с ума. Сегодня на Броуди черные ботинки и черные дизайнерские джинсы в сочетании с бледно-серой классической рубашкой с закатанными манжетами и приталенным черным шелковым жилетом. На запястье кожаная манжета. На шее на кожаном шнурке висит маленький серебряный медальон. На правом большом пальце у него серебряное кольцо, в левом ухе – серебряная серьга, а в темно-зеленых глазах – озорной блеск.

Я отвожу взгляд и делаю вид, что рассматриваю отвратительный натюрморт с цветами на противоположной стене.

Броуди тихо произносит: — Грейс.

Вот и все, только мое имя, но, черт возьми, от этого у меня бегут мурашки по коже и твердеют соски.

Черт бы его побрал.

— Привет. — Я продолжаю смотреть на картину. Крис и Итан, сидящие напротив, ухмыляются с набитыми ртами и переглядываются.

Видимо, мой тон был не таким уж безразличным, как я рассчитывала.

Нико откашливается и пытается завязать непринужденную беседу, чтобы разрядить внезапно возникшее странное напряжение.