Чтение онлайн

— Ты опять с таким выражением, дорогая. Думаю, тебе не помешала бы клизма.

— Что мне действительно нужно, так это пара солнцезащитных очков, потому что ты меня ослепляешь. Я никогда не видела такого цвета в природе.

— Это цитрон! — обиженно говорит Кенджи. Затем разводит руками, демонстрируя свой наряд – костюм с цилиндром и фраком ядовито-желто-зеленого цвета. Образ дополняют жилет с узором в виде клевера поверх белой рубашки с рюшами, обтягивающие леггинсы лимонного цвета и черные лакированные ботинки на массивной платформе с большими золотыми пряжками на мысках.

— Это оскорбительно для лепреконов, — говорит Барни.

— Ох! Невежды! — бормочет Кенджи, затем машет рукой и уходит на кухню, громко стуча ботинками по деревянному полу.

Из коридора за моей спиной появляется Магда, тихая, как привидение.

— Вы рано, — говорю я, не переставая улыбаться. — Я думала, музыканты всегда опаздывают.

Нико, одетый в изумрудно-зеленые сапоги из крокодиловой кожи, свои обычные джинсы и обтягивающую черную футболку, ухмыляется мне.

— Музыканты, которые не женаты на сержантах-инструкторах и у которых нет лучших друзей с проблемами с пунктуальностью, вечно опаздывают. А вот я…

Кэт легонько хлопает его по плечу, и он смеется.

Хлоя, выглядящая шикарно в узком белом платье-футляре и милых туфельках на каблуке, несмотря на то, что ее руки заняты детскими вещами и сложенной коляской, вмешивается в разговор.

— На самом деле это Барни виноват. Он с десяти утра на нас наезжал, чтобы мы пошевеливались.

Барни пожимает плечами с невозмутимым видом.

— Если бы я полагался на вас, мы бы добрались сюда на следующей неделе.

— Точно. — Кэт подходит ко мне и крепко обнимает.

Как всегда, ее фигура в форме песочных часов выглядит потрясающе, а сегодня ее образ дополнен черной кожаной курткой и дизайнерскими джинсами в сочетании с туфлями на шпильке и футболкой цвета лаймового пирога, туго натянутой на пышную грудь.

Она шепчет мне на ухо: — Это не твоя обычная фальшивая улыбка в честь Дня святого Патрика, сестренка.

Я шепчу в ответ: — Это лучшее, что я смогла выдавить из себя в такой короткий срок.

— О боже. Только не говори, что слово на букву «Ч» начинает разочаровывать!

— Эй, вы двое, хватит шептаться! — рявкает Эй Джей, глядя в нашу сторону. — И что это за слово на букву «Ч»?

Я и забыла, что после потери зрения у Эй Джея обострились все чувства, как у Человека-паука. Видимо, Хлоя не соврала, когда говорила нам об этом.

— Не твое дело, Большой Папочка, — отчитывает его Хлоя. — И перестань подслушивать!

— Ничего не могу поделать, у меня теперь сверхчеловеческий слух, — невозмутимо отвечает он.

Эбби хнычет, дрыгая маленькими ножками под розовым одеяльцем, в которое она завернута. Эй Джей, с его длинными светлыми волосами, собранными в небрежный пучок, и дурацкой улыбкой на лице, начинает сюсюкать, разговаривая с ней как с младенцем и нежно покачивая ее на своих огромных татуированных руках.

— Что, милая? Нет, папочка не виноват, что у него теперь слух как у летучей мыши. Нет, не виноват. Нет, нет, нет, — он чмокает дочку в щеку. Эбби смотрит на него, размахивая руками, и визжит от восторга.

Я успокаивающе кладу руку на поясницу Кэт, которая с тоской смотрит на Эй Джея и Эбби. Она так и не сказала мне, получила ли результаты из клиники репродуктивной медицины. Кстати, Хлоя тоже не говорила мне, был ли Эй Джей у врача.

Похоже, мы все трое на взводе.

— Мне нужно выпить, — говорю я. — Давайте начнем вечеринку. Все на кухню. Идите на стук ботинок Кенджи.

Хлоя, Кэт, Нико и Эй Джей уходят, а Барни остается и слишком пристально разглядывает мое лицо.

На нем строгий черный костюм от «Армани», белоснежная рубашка и черные кожаные туфли, начищенные до зеркального блеска. Его козлиная бородка выбрита с такой тщательностью, что кажется, будто он подравнивает ее супер острым лезвием. Интересно, весь ли его гардероб состоит из черно-белых вещей, и я решаю, что, скорее всего, да.

— Где твой парень? — спрашивает Барни.

— Одевается. Скоро подойдет.

— Можно тебя обнять, пока его нет?

Мой смех звучит слишком громко.

— А что, по мне видно, что мне это нужно?

Он сверлит меня темными глазами и говорит: — Да, видно, что тебе что-то нужно, Ангелочек, но я не знаю, что именно.

Между нами повисает напряженное молчание, в котором мы просто смотрим друг на друга. Я думаю о том, как давно Барни знаком с Броуди, о том, как Кэт однажды сказала мне, что Барни знает все секреты «Бэд Хэбит», и с холодом в сердце задаюсь вопросом, не знает ли он что-то о Броуди, что хотелось бы знать и мне.

Не сводя пристального взгляда с Барни, я говорю: — Мне нужно кое-что прояснить. Но, как оказалось, добиться этого очень непросто.

Он смотрит в конец коридора, в сторону спален. Затем его взгляд снова устремляется на меня. Он делает шаг ко мне, но резко останавливается, словно передумав. Не повышая голоса, Барни спрашивает: — Ты же знаешь, что всегда можешь со мной поговорить, да?

Сердце бешено колотится у меня в груди, потому что интуиция подсказывает мне, что Барни предлагает нечто большее, чем просто возможность выговориться.

— Он твой друг.

— И ты тоже мой друг, — отвечает он мгновенно.

Едва произнеся эти слова, Барни отводит взгляд и проводит рукой по коротким волосам, нервно дергая челюстью. У меня возникает отчетливое ощущение, что он хотел сказать что-то другое. Что-то более безопасное, не таким грубым тоном.

— Правда? — тихо спрашиваю я.

Он резко оборачивается, смотрит на меня, стиснув зубы, и молчит.

Если надавить, Барни расскажет мне все, что я хочу знать о Броуди, я в этом уверена. Но не его мне нужно спрашивать. Это несправедливо по отношению к ним обоим, так что я не буду.

— Знаешь что? Забудь об этом. Давай просто выпьем и расслабимся. Сегодня мой самый нелюбимый день в году, и я хочу поскорее его пережить.

На мгновение в глазах Барни мелькает что-то странное, но он быстро отводит взгляд, и его лицо снова становится бесстрастным.

— Конечно. Показывай дорогу.

Он следует за мной на кухню, где мы застаем Кенджи, который выступает в роли хозяина и, насвистывая, разливает текилу. Магда склонилась над буфетом с закусками и наполняет тарелки. На большом острове в центре комнаты установлен бар с бутылками всевозможных спиртных напитков. Прямо за дверями, ведущими во внутренний дворик, стоит большой контейнер с пивом на льду. Я хотела устроить все на улице, но сегодня холодно и ветрено, небо свинцово-серое, близится вечер.