Чтение онлайн

И последняя недописанная мелодия отца останется с ним навсегда.

Никто не обратил внимание на то, что Марта вернулась вечером с репетиции без скрипки. Никто не спросил, как прошел ее день, и где она была.

И хорошо! Марта заперлась в ванной и встала перед зеркалом. Убрала с лица мокрые от дождя волосы и коснулась губ кончиками пальцев. Припухшие, нежно-розовые они расплылись в улыбке, смех от которой Марта спрятала в ладонях. Каким бы ни было наказание, что придумала Илона, она его больше не боялась. Марта сбросила мокрую одежду и встала под душ.

Горячие струи стекали по волосами на спину, которая помнила тепло ладоней Матвея. Марта улыбалась, раз за разом прокручивая в голове воспоминания: его глаза и губы, мягкие прикосновения и нежный поцелуй. Поцелуй, которого она так боялась, и который на деле оказался таким классным!

— Марта, это ты в ванной?

Стук в дверь, как взрыв хлопушки из-за угла — громкий и требовательный, вернул ее в реальность.

— Да, сейчас выйду.

Марта выключила воду и замоталась в полотенце. Открыла корзину с грязным бельем и засунула мокрую одежду на самое дно, прикрыв сверху какими-то тряпками. Потом вытерла с зеркала пар и еще раз посмотрела на свои губы.

Губы, что выглядели как обычно, но на самом деле горели огнем. От воспоминаний о поцелуях под дождем и у пешеходного перехода, под козырьком подъезда и у самой двери ее квартиры под ложечкой опять свернулась приятная судорога, и Марта затанцевала на месте, не в силах сдержать эмоции.

Илона снова постучала, и Марта закатила глаза, а потом открыла дверь.

— Чего так долго? Мы с папой хотим с тобой поговорить.

— Хорошо, — легко согласилась Марта.

— Только не в таком виде! — возразила мать, и она рассмеялась.

— Сейчас переоденусь.

Марта вернулась в комнату, закрыла дверь и сбросила полотенце. Пританцовывая, подошла к шкафу и принялась копаться в вещах. На старые домашние шорты не хотелось даже смотреть. Душа требовала чего-то летящего и красивого, праздничного, в тон состояния ее души.

Марта сняла с вешалки белое платье из хлопкового кружева, оделась и, послав воздушный поцелуй своему отражению, вышла в зал. Отец сидел на диване с планшетом в руках, а мать стояла у окна.

— Куда это ты собралась на ночь глядя? — спросила Илона, оценивая Марту с ног до головы.

— Никуда, я собираюсь ходить в нем дома.

— Ты слышал? — мать фыркнула. — Нормальные люди красивые вещи на выход одевают, а наша дочь решила дома покрасоваться. Интересно, перед кем? Или мы снова ждем гостей?

Марта думала, что сегодня никто не сможет испортить ей настроение, но у Илоны, кажется, получилось. Она посмотрела на отца, который отложил планшет, снял очки и теперь усиленно массировал переносицу.

— На этом все, я могу идти?

— Не дерзи матери, — спокойным тоном предупредил Родион и спросил. — Это правда, что ты привела домой мальчика?

— Мы просто пили чай! — Марта поджала губы.

— А что это за парень, я его знаю?

— Его зовут Матвей, — вмешалась в разговор Илона. — Тот гитарист, из-за которого она лишилась соло.

Родион вздохнул.

— Сколько ему лет?

— Мы ровесники.

— Марта, ты должна понимать, что мы волнуемся. Мальчики и девочки в твоем возрасте, — Родион сделал паузу, словно подбирая слова. — Развиваются по-разному. Хорошо, что вы дружите, но приглашать в гости, когда дома нет ни меня, ни мамы… неправильно.

— Ты могла бы сначала спросить разрешения! — снова взвилась Илона, но Родион встал, успокаивая ее жестом.

— Или, например, познакомить нас, — предложил папа, а Марта в ответ на его желание, как обычно, сгладить углы, только разозлилась.

— Но мы ничего плохого не делали!

— Еще бы ты попробовала сделать что-то плохое! — голос Илоны сорвался на крик, и Марта с удивлением посмотрела на мать.

Никогда раньше Илона не позволяла себе выходить на эмоции так открыто, как сейчас. Злость Марты уступила место самодовольству. Интересно, как бы она отреагировала, если бы узнала о ее поцелуях с Матвеем.

— Девочки, не ссорьтесь, — Родион обнял Илону за плечи и протянул к Марте руку, словно взывая к ее благоразумию. — Давайте договоримся, что в следующий раз ты будешь приглашать гостей к нам домой только получив на то разрешение.

Под “к нам” папа, конечно, подразумевал их всех, но прозвучало это так, будто касалось только его с Илоной. Марта насупилась, а потом с ехидной улыбкой ответила:

— Хорошо, я больше не буду приглашать к нам домой мальчиков.

Илона побледнела.

— Ты слышал? — она перехватила Родиона за руку. — Здесь был кто-то еще! Марта, я права? Немедленно отвечай!

— Неа, — она крутанулась на пятках. — Думай, что хочешь.

— Я говорила, что это добром не кончится! — голос Илоны сорвался. — Куда она пошла? Марта! Ты это видел? Как она со мной разговаривает! Ты должен был ее наказать! Лишить карманных денег, а не договариваться!

— Оставь ее в покое, пожалуйста, и успокойся. У нее переходный возраст, все подростки дерзят…

— Да!? Скажи это, когда она принесет кого-нибудь в подоле!

Марта захлопнула дверь своей комнаты и провернула замок изнутри, не желая слушать эти гадости. Илона была не права насчет Матвея. И насчет нее тоже. В подоле… Марта поморщилась и брезгливо повела плечами.

Спасибо, мама, что веришь в меня до конца.

Матвей перерыл ящик с одеждой вверх дном, но так и не нашел ни одной чистой футболки.

— Мам! Где мои вещи?

Он ворвался в зал, но, к его удивлению, в мастерской Есении не оказалось.

— Мама!

В соседней комнате что-то зашипело, и Матвей толкнул дверь родительской спальни. На заправленной лоскутным пледом кровати, который Есения сшила сама, лежало две стопки чистых вещей: одна с платьями Аськи, вторая — с его нижним бельем и футболками.

Есения втиснула гладильную доску между постелью и платяным шкафом, и Матвей удивился, как они умудрились поместиться в таком маленьком пространстве.

— Проснулся? Тогда забирай, и сестры вещи тоже, — она кивнула на одежду на кровати и долила в утюг воды. — Остальное потом принесу.

— Это что? — спросил Матвей.

Последний раз он заходил в спальню родителей, когда помогал Есении собирать вещи Яна перед похоронами. На тумбочке так и остались лежать нетронутыми его часы и блокнот, и Матвей почувствовал, как в груди все сжалось от нехватки кислорода.