Сон No 9
Шрифт:
– - Я точно знаю, кто ты такой, Эидзи Миякэ. Ты пиявка, которая живет ложью. Так же, как твой отец.
И она идет к своему велосипеду. Пытаясь превозмочь боль, я повторяю про себя ее последние слова.
– - Подождите! Она уезжает. Пошатываясь, встаю на ноги.
– - Подождите!
Она крутит педали -- прочь по дамбе между утиным прудом и озером, по которому катаются на лодках. Я пытаюсь бежать, но от боли перехватывает дыхание.
– - Мириам! Подождите!
Мамаши с колясками оборачиваются, компания подростков на мотоциклах смеется. Даже утки смеются.
– - Мириам!
Я опускаюсь на землю, признав свое поражение, и смотрю, как она превращается в мираж и тает в облаках водяной пыли от фонтанов. Она знает моего отца! Мне хочется радоваться забрезжившей надежде и в то же время выть от бессилия. Нетвердой походкой я возвращаюсь к своим пожиткам и нахожу в пыли между корнями платана еще одну вещь. Это библиотечная книга, которая выпала, когда Мириам пыталась меня покалечить. Что это за книга? Я не могу прочитать ни слова -- она на корейском.
р
В закоулках Сибуя я теряю счет времени. Кажется, что между "вчера" и "сегодня" прошло несколько недель. Этот лабиринт узких улочек с резкими тенями и вчерашний розовый квартал -- два разных города. Среди отбросов снуют кошки и вороны. За углом исчезает передвижной лоток, торгующий пивом. Из водосточных труб брызжет вода. Ночная часть Сибуя погружена в дрему, словно потасканный комик между актами. Глаза разбегаются от обилия вывесок: "Дикая Орхидея", "Ямато Надесико", "У Мака", "Диккенс", "У Юми-чен". Даже если "Пиковая Дама" окажется где-то здесь, я так устану от поисков, что ее не увижу. Я вышел из "Падающей звезды" без часов и не представляю, насколько быстро день клонится к вечеру. Ноги гудят, во рту привкус пыли. Ну и жара. Я обмахиваюсь бейсболкой. Лучше не становится. Какая-то пожилая мама-сан поливает ноготки в своем оконном ящике на третьем этаже. Когда я оглядываюсь на нее, она все еще рассеянно на меня смотрит.
Телефонная будка -- это порносафари и запах нестираных брюк. В Токио незачем покупать --> секс-манга[Author:A] -- просто найдите ближайший телефон-автомат. Мы с двоюродными братьями сэкономили бы целое состояние. Здесь есть все формы и размеры, какие я могу себе представить, и много чего еще. Втроем, вчетвером, садо-мазо, школьное обозрение, "серебряные" --> услуги[Author:A] для восьмидесятилетних.
– - Справочная, -- отвечает женский голос.– - Назовите город, пожалуйста.
– - Токио.
– - Район?
– - Сибуя.
– - Имя?
Мисс Манилла Санрайз надувает губки над парой надувных мячей. Нет, конечно же...
– - Имя, пожалуйста.
...не может быть, чтобы настоящие...
– - Имя, пожалуйста!
– - Э-э, простите. Я пытаюсь разыскать один бар. "Пиковая Дама".
– - "Пиковая Дама"... секундочку... Стук клавиатуры.
Мисс Взбитые Сливки слизывает пену с каблучков-шпилек.
Стук клавиатуры.
– - "Пиковый интерес"... "Принцесса Годива"... Извините, такого нет.
– - Вы уверены? Я был там вчера вечером. Может, у них новый номер?
Миссис Моп на помеле, рядом слова: "Вниз! Вверх! Потрясем всех!"
– - Новые номера добавляются в компьютер по мере регистрации.
– - Значит, номера "Пиковой Дамы" у вас в компьютере нет...
– - Должно быть, он не указан в справочнике. Странно.
– - Что же это за бар, если он скрывает свой телефонный номер?
– - Бар для избранных, я полагаю. Извините, ничем не могу вам помочь.
– - Да, конечно. Спасибо.
Вешаю трубку. Большая карточка, исписанная детским почерком. Телефонного номера нет. "Если хочешь секса со мной, я снаружи". Оглядываюсь. Она смотрит сквозь стекло прямо на меня. Шестнадцать? Пятнадцать? Четырнадцать? У нее больной взгляд. Она медленно прижимает губы к стеклу. Я удираю быстрее, чем Таракан.
Дверь в полицейский участок открывается туго. Приходится приналечь, только тогда она со скрипом поддается. Выцветшие плакаты "в розыске" с членами --> "Аум Синрике"[Author:A] , "Набери 110", "Вступи-в-полицию-и-служи-Японии". Спасибо, обойдусь. Шкафы с папками. Черно-белые настенные часы с бегущей секундной стрелкой, такие висят во всех государственных учреждениях. Календарь с логотипом "Сити-банка", шелестящий под дуновением вентилятора. Полицейский, откинувшись назад и заложив руки за голову, медитирует. Он приоткрывает глаз:
– - Чего тебе, сынок?
– - Извините, я ищу один бар.
– - Ты ищешь один бар?– - Он произносит слова одним углом рта.
– - Да.
– - Любой подойдет? Или какой-то конкретный бар?
– - Я ищу конкретный бар.
– - Ты ищешь конкретный бар.
– - Да.
Вдох, долгий, как конец света. Поднимается второе веко. Два налитых кровью глаза. Долгое молчание. Он наклоняется вперед, при этом его стул издает скрип, и разворачивает лежащую на столе --> карту[Author:A] . Вверх ногами.
– - Имя?
– - Эидзи Миякэ.
Долгий пристальный взгляд.
– - Да не твое, гений. Название бара.
– - Э-э, простите. "Пиковая Дама". Полицейский мрачнеет:
– - Ты член этого клуба?
Я сглатываю.
– - Не совсем. Я просто был там вчера.
Он хмурится, как будто я что-то скрываю.
– - Тебя кто-то пригласил? Я киваю.
– - Да.
Он рассматривает меня под другим углом:
– - И ты хочешь пойти туда снова? Зачем?
– - Мне нужно поговорить с одним... другом, который там работает.
– - Тебе нужно поговорить с одним другом, который там работает. Сколько, ты сказал, тебе лет?
– - Я, э-э, этого не говорил.
– - Ясно, что не говорил, гений. Поэтому я и спросил. Сколько тебе лет?
Это еще для чего?
– - Двадцать.
– - Удостоверение.
Нервничая, открываю бумажник и протягиваю ему водительские права. Полицейский скрупулезно их изучает.
– - Эидзи Миякэ, житель префектуры Кагосима. Приехал в Токио найти работу?
Я киваю. Он читает дальше:
– - Дата рождения -- 9 сентября. Двадцать тебе исполнилось вчера, так?
– - Так.
– - Значит, во время посещения вышеупомянутого бара ты еще не достиг возраста, когда разрешается распитие спиртных напитков? Так?
– - Я был в "Пиковой Даме" вчера. В свой день рождения.
– - Ты был в вышеупомянутом баре вчера. В свой день рождения.
– - Единственное, чего я хочу, офицер, -- адрес этого места.
Он изучает мое лицо, будто ищет разгадку. Наконец возвращает мне права: