Чтение онлайн

— Господин Рингар, — произнёс он, даже не поднимая глаз, — прежде чем мы начнём, я рекомендую вам не строить из себя героя. Вы не герой. Вы вор, посредник и человек, подписавший бумаги, позволившие завести диверсантов на территорию предприятия. Мы это уже знаем. Сейчас нас интересует степень вашей глупости, а не факт вины.

— Я ничего не знаю… — прохрипел Рингар.

Человек в очках впервые поднял взгляд.

— Ложь — очень неудачный способ начать знакомство.

Потом кивнул тому что сидел справа и бывшему директору стало больно.

Сидевший сбоку, прикоснулся пальцами к его виску — и в голову Рингара словно аккуратно вкрутили ледяной бур. Он дёрнулся, захрипел, попытался вырваться, но ремни крепко держали тело.

Допрос занял двадцать три минуты и за это время выяснилось всё.

Кто сводил его с бароном Нургом, кто обещал ему долю после «правильной» смены собственника, какие счета использовали для оплаты подставных подрядчиков, и кто из мастеров на заводе знал о закладке зарядов.

С каким журналистом был согласован утренний материал о «кровавой халатности новых владельцев», и кто именно давал выход на Орниса.

Когда допрос закончился, Рингар уже ничего не соображал, сидел весь в кровавых соплях, слезах и холодном поту, мелко стуча зубами.

— Что… что теперь? — простонал он.

Человек в очках закрыл папку.

— Теперь? — переспросил он. — Теперь вы умрёте, господин Рингар. Но, в силу определённых процедурных формальностей, не от наших рук.

— Что?..

Его вытащили из фургона уже за городской чертой, у старого дренажного канала. Ночь стояла сырая, чёрная, ветер тянул с болот. Вдали блеснули огни шоссе.

Рингара поставили на колени, и нагнули голову к земле.

Он ещё успел сделать два вдоха, захлёбываясь страхом, а потом сверху звонко хлопнуло и пуля вошла точно в основание черепа.

Бывший директор рухнул лицом в мокрую траву, даже не поняв, что умер.

— Внеси в протокол, — сказал человек кому-то за спиной, протирая очки мягкой тряпочкой, и пряча тряпочку обратно в чехольчик. — Форма одиннадцать дробь шесть. Нейтрализован сотрудником безопасности Короны при попытке бегства при задержании.

Главный стряпчий, мэтр Осваль Грент, старик сухой, педантичный и до отвратительного уверенный в силе правильно составленной бумаги, жил один в старом доходном доме в центре города. В его квартире всё было разложено по местам с такой маниакальной аккуратностью, что создавалось впечатление: если сдвинуть чернильницу на палец влево, то рухнет не только шкаф, но и основы права.

Он не спал.

Сидел в кабинете, в домашнем сюртуке, при лампе, и торопливо жёг бумаги в камине.

Не паниковал — нет. Паника, по его мнению, свойственна людям плохо воспитанным. Он просто уничтожал компрометирующие материалы с тем сосредоточенным достоинством, с каким хороший врач ампутирует гнилую конечность: неприятно, но необходимо.

Первый звонок в дверь раздался ровно в половине второго.

Грент застыл.

Второй — настойчивее.

Третий не прозвучал.

Потому что дверь просто открылась.

Не сломалась с грохотом, не вылетела от удара — открылась. Тихо, умело, деликатно. И в прихожую вошли двое в тёмных плащах.

Стряпчий поднялся.

— Господа, — произнёс он ледяным, полным достоинства голосом. — Я надеюсь, вы понимаете, в какой дом явились и какие последствия…

— Да, — перебил его первый. — Понимаем. Вы — юрист. Мы — безопасность Короны. Дальше?

Грент побледнел ровно настолько, чтобы это заметил только очень внимательный наблюдатель.

— Ваши полномочия?

Второй молча достал жетон.

Не сунул в лицо, не размахивал. Просто показал.

Именно это, а не оружие, сломало старого стряпчего окончательно. Человека его профессии можно было обмануть, запугать, купить. Но жетон Сыска и Безопасности Короны означал, что сейчас правила пишутся не в его кабинете.

— Могу я узнать предмет интереса? — тихо спросил он.

— Можете, — ответил первый. — Покушение на жизнь Альды вон Зальт. Саботаж на стратегическом объекте. Сговор. Подделка документов. Соучастие в подготовке террористического акта. Вам достаточно или развернуть?

Грент медленно сел обратно в кресло.

— Я требую адвоката.

— Разумеется, — кивнул первый. — Позже. Возможно, в следующем мире.

Старик вскинул голову.

— Это беззаконие!

— Не употребляйте слов, значения которых давно не контролируете, мэтр, — устало сказал второй и прошёл к столу. — Сейф откройте.

— У меня нет ключа.

— Разумеется.

Ключ нашёлся через две минуты — в потайном кармане домашнего халата а в сейфе копии соглашений, черновики схем отчуждения, заготовленные иски, проект медийной кампании и, что хуже всего для мэтра Грента, аккуратная тетрадь в кожаном переплёте, где его рукой были записаны суммы, даты и фамилии. Старик любил порядок. Порядок его и предал.

Когда тетрадь раскрыли, он понял, что всё.

Просто всё.

— Я готов сотрудничать, — хрипло сказал он. — В полном объёме. Мне нужны гарантии.

— Вам нужны были гарантии вчера, — ответил первый.

— Я могу дать имена. Счета. Связи в судах. В редакциях. В банковских домах. Всё.

— Мы верим, — кивнул тот. — Поэтому сейчас вы поедете с нами.

— И… и мне сохранят жизнь?

Первый сотрудник Короны посмотрел на него почти с жалостью.

— Мэтр, — мягко сказал он. — Вы организовали нападение на дочь герцога Зальта и аферу с уводом собственности переданной королевским жалованным актом. Вы всерьёз полагаете, что ваша жизнь — обсуждаемый актив?

Грента увели.

Он тоже успел многое рассказать.

Гораздо больше, чем думал возможным. Педантичные люди плохо переносят боль и хаос. Особенно внутренний. Но его, в отличие от Рингара, не застрелили. Для него выбрали более подходящий конец.

Под утро, когда в одной из комнат старого особняка на окраине он подписал последний протокол, у мэтра вдруг «случился» удар. Резкий, сокрушительный, без малейшей надежды. Старика скрючило прямо на стуле, перекосило лицо, пальцы бессильно заскребли по столу.