Чтение онлайн

– Сюда!

Джема довольно уверенно неслась по изгибам коридора к выходу. Мы за ней, уже не пытаясь отбиваться, а лишь уповая на скорость. Где-то по дороге на мою ногу вскочил Опиум, и я не думая сунула крысеныша в складки шелка.

Яркий солнечный свет ослепил на миг, но мы мчались, уже не останавливаясь. Черные барханы, черные стены…

– Остановите их! – Вопль за спиной. Слишком близко.

– Бегите!

Злыми пчелами прожужжали выпущенные болты. Я отпихнула Джему, и снаряды, предназначенные ей, обожгли мое тело. Рука и бедро… Больно. Шелка окрасились алым. А я стала злее.

Обернувшись, увидела десяток стражей с арбалетами и фигуру Мадрифа. Он покачивался, словно его тело преодолевало потоки воды. Кожа на его лице и руках плавилась и сгорала. Даже тело, защищенное тканями, дымилось. Ужасное зрелище… Багровые ожоги, потом черные. И все же пустынник преследовал нас. Солнечный Перст снова выпустил сияние, пытаясь достать. Взвились болты.

Я упала на колени, скрещивая над головой мечи атмэ. Два лезвия слились и расширились, становясь щитом. Град болтов ударил в него бесполезной шрапнелью, а золотой луч зашипел, словно кожа его хозяина.

Лицо Мадрифа обгорело так сильно, что стало напоминать сожженный череп. И все же он не сдавался…

Ломанные линии скверны поползли со всех сторон, впитываясь в посох, и черный песок вспучился, выпуская тварь, созданную из него. Черный песчаный шакал, величиной с теленка и с оскаленной лысой мордой, кинулся на меня и, перепрыгнув через щит, напал на друзей. Ржаник закричала, а тело Опал-Юстиса взлетело в воздух и рухнуло на развалины.

– Вам не уйти. Вернитесь! – Голос тоже казался обожжённым, похоже, Мадриф даже говорил с трудом. Но его глаза горели такой злостью, что было ясно – он не отпустит.

– Кассандра! – неожиданно крикнул принц. – Не сдерживайся. Ты сильнее, чем думаешь!

Сильнее?

Песчаная тварь снова напала на высочество. Я приложила ладони к земле. Сильнее… Песок забурлил водоворотом, подчиняясь моему приказу. Выпущенные болты градом осыпались совсем рядом, один чиркнул по спине. Но песчаный водоворот расширился, он шел кругами, бурля, словно штормовые воды, и поглощая орущих, кидающих арбалеты стражей. Сам Мадриф зашатался, пытаясь устоять. И ему это удалось. Солнечный перст создал вокруг него золотой кокон, мягко воспаривший над поверхностью. Подчиняясь моему приказу, из центра песковорота выползла, клацая клыками, еще одна тварь – и напала на гиену. Две гадины сцепились и покатились, разрывая друг друга.

– Вэйлинг! Здесь точка Темного Эха! – вдруг закричала Джема. – Сейчас начнется!

– Алмаз! Остановись! – Рев Мадрифа заставил пески снова закипеть, выпуская еще одну созданную из недр тварь.

Но реальность уже менялась.

Уже знакомое марево, стремительно исчезающая чернота. Поверхность подо мной просела и потекла, я рухнула вниз, приложилась головой и спиной и пару мгновений лежала, созерцая круги и звезды. Кряхтя, села. Темное Эхо стерло мертвый город и развернуло Оазис. Неподалёку застонала Джема. Качнувшись, я встала, кинулась к ней, но рыжая уже поднималась, стирая с губ кровь.

– Где Юстис?

Меня меньше всего волновал наследник, но я все-таки обернулась. Высочество нашелся в кустах, ему повезло упасть на заросли.

– Что будем делать? Как только вернемся, тут же угодим в клетку Мадрифа!

– Значит, мы не вернемся. Не здесь и не сейчас.

– Что? – Друзья переглянулись, верно решив, что я слишком крепко ударилась.

Я обвела взглядом улицу, не замечая ее красот.

– Иерофан! – Мой вопль отразился от светлых стен и распугал стайку ярких пичуг. – Иерофан, где ты?

– Кого ты зовешь?

Но объяснять было некогда. На противоположной стороне улицы, разделенной узким каналом, возник мужчина в светлом ахваре. Вокруг его тела золотилась петля, кончик трепыхался на ветру. Поводок…

– Это ишваро Мадрифа! Бежим!

Ишваро вскинул арбалет, и болт врезался в дерево рядом со мной.

Мы бросились врассыпную, петляя как зайцы. Обернувшись на миг, я заметила силуэты еще нескольких гончих.

Улица сменилась площадью, потом снова улицей… Мы неслись наперегонки с болтами, роняя капли крови и теряя силы. Пока небо не потемнело. Это Эхо оказалось слишком коротким. Протуберанец вспыхнул и выпустил смерть.

Я кричала, я звала, но Иерофан не появлялся. Огненный шар врезался в здание позади, пламя сожрало нескольких ишваро и их вопли. Вернуться они не успели. А мы? Неужели все напрасно? Еще миг – и станет слишком поздно…

– Кэсс, разорви Эхо! – Расширенные глаза Джемы близко-близко. Измученный и окровавленный Юстис едва держится на ногах. – Кэсс, мы все погибнем!

Она была права. Надо вернуться. Мадриф посадит нас в клетку, а меня – на цепь. Но мы будем живы…

Улицу охватило пламя.

Огромный огненный шар несся прямо на меня.

А я все тянула.

– Кассандра, единственная и неповторимая, – произнес за спиной ехидный голос, и золотое сияние крыльями закрыло от обжигающего пламени.

– Какого черта ты так долго, – пробормотала я, без сил оседая на землю.

Глава 17. Звездодарующий

Когда золото исчезло, я осталась сидеть на тротуаре. Впрочем, как и мои друзья. Не веря своим глазам, мы рассматривали мирную и целую улицу, манящую зелень пальм и журчащий канал. Апокалипсис исчез, словно и не было. Оазис блистал великолепием и поражал уютной безопасностью.

– К…как? – Ошеломленная Джема потрогала листочек, пробившийся сквозь булыжники. – Как это возможно? Мы ведь видели… все это!

Я посмотрела на небо. Протуберанец исчез, а солнце сместилось. В Оазисе наступал не вечер, а утро.

– Вижу, теперь ты склонна к разговору. – Иерофан возвышался над нами, словно черный исполин. Синюю мантию развевал ветерок. – Выглядите потрепанными.

– Мадриф не оставил выбора. – Я стерла со лба кровь. Когда я разбила его? Не помню… – Нам нужна помощь, Иерофан.

Несколько мгновений он молчал.

– Оазис окажет вам помощь, Кассандра. Наш враг – Мадриф, а не вы.

Я кивнула. Враг моего врага – мой друг? Что ж, нам это только на руку.

– Вам нужно исцеление и отдых. Я провожу.

Джема тяжело охнула, ожидая новую дорогу. Они с Юстисом стояли, поддерживая друг друга и едва держась на ногах. Хотя с чего бы… в отличие от меня, их одежды не пачкала кровь от двух впившихся в тело болтов.

Но говорить этого я не стала, лишь отвернулась.