Чтение онлайн

— Вот, держи. Можешь проверить, если хочешь.

— Ты ведь не серьёзно, да? Как мы можем это проверить?

— Через интернет, — ответила я.

А он снова усмехнулся и пробормотал:

— Видно, я совсем ку-ку. Тебе не удастся обмануть меня, юная леди.

— Это правда, говорю же, правда! — настаивала я. — Сейчас докажу! Я им позвоню.

Папа плюхнулся на диван и стал наблюдать, как я достала билет, нашла свой мобильный, проверила баланс. Там было маловато, явно недостаточно для продолжительного разговора. Я протянула папе руку, прося его телефон. Он отдал мне его с широкой улыбкой, добавив:

— Когда получишь свои восемь миллионов, тогда и вернёшь должок.

Я развернула билет, перевернула его и нашла номер, по которому нужно было позвонить в случае выигрыша. Ответила какая-то женщина с сильным ливерпульским акцентом.

— Здравствуйте, мне кажется, я выиграла ваш джекпот. Двойной Джекпот. Восемь миллионов.

Папа лишь покачал головой, всё ещё не веря.

— Соединяю вас.

Я ждала. Папа ждал тоже.

— Здравствуйте, — поприветствовал меня другой голос, с таким же выраженным ливерпульским акцентом.

— Здравствуйте, — ответила я. — Похоже, я выиграла. У меня совпали все номера.

— Могу я узнать ваше имя?

— Лия. Л-И-Я. Лия Латимер. Л-А-Т-И-М-Е-Р.

— Здравствуйте, Лия, я Рут. Могу я записать ваш номер?

Я продиктовала ей свой мобильный.

— Не могли бы вы продиктовать мне цифры с вашего билета?

— Тридцать четыре, — начала я. — Семнадцать. Двадцать три. Сорок один. Тринадцать. Восемь. Семь.

Папа притворился представителем лотерейной компании. Он изобразил запись номеров и их внимательную проверку…

— Что ж, все эти цифры верны, — подтвердила Рут. — Наш консультант по работе с победителями свяжется с вами.

— Ого! — воскликнула я. — Невероятно! — Я взвизгнула, как типичная жена футболиста. — О! Ух ты! Реально? Неужели это всё взаправду? Вы уверены?

Папа ухмыльнулся, закатил глаза и покрутил пальцем у виска.

— Меня так просто не проведёшь, — пробормотал он.

Рут сказала что-то о проверке безопасности и подтверждении личности, затем спросила мой адрес. Я, дрожа, продиктовала его.

Папа поинтересовался:

— Тогда кто это? Шаз? Джек? Тот парень, Ральф?

Рут уточнила, где я купила билет. Я назвала адрес газетного киоска в конце улицы, где жил Джек.

Папа зевнул и сказал:

— Прекращай, Лия. Я возвращаюсь в постель.

— Подождите минутку, — обратилась я к Рут. — Не могли бы вы поговорить с моим папой? Он думает, что я шучу.

— Передайте ему трубку.

Так я и сделала. Папа взял телефон, и я наблюдала, как он отказывался ей верить… говорил, что она разыгрывает его… обвинял её в том, что она — Шаз… слушал… качал головой… смотрел на билет… подошёл к своему ноутбуку… и, наконец, сдавленным голосом, произнёс:

— Господи. Это ведь не розыгрыш, да? — а затем вернул мне телефон, рухнул на диван и сделал большой глоток маминого бургундского.

Рут велела мне написать своё имя и адрес на обратной стороне билета.

— Вам скоро перезвонят, — добавила она и подробно рассказала мне о мерах безопасности, необходимых документах, а в это время моё сердце колотилось так громко, что я едва слышала её. Я присела рядом с папой. Не хотела снова упасть в обморок, когда Раф не был рядом и не мог меня подхватить.

— И что дальше? — спросила я. — Когда я получу деньги?

Рут объяснила, что им нужно проверить билет и договориться о встрече, а потом они приедут к нам домой и всё уладят. Она предупредила, чтобы я пока не рассказывала слишком многим людям, и в скором времени, если всё сложится удачно, я смогу насладиться всеми преимуществами победителя.

Всеми преимуществами победителя, ого-го! Это звучало заманчиво.

После Рут попрощалась со мной, и я не совсем понимала, что сказать папе, потому что он продолжал сидеть на диване, обхватив голову руками, и тихо бормоча:

— Восемь миллионов. Восемь грёбаных миллионов! Господи. Восемь миллионов.

Хлопнула входная дверь, и я услышала болтовню Наташи о каком-то скучном фильме и ворчание мамы о брошенной в прихожей обуви, о которую можно споткнуться, а папа выбежал им навстречу.

— Сара! — воскликнул он. — Сара! Ты ни за что не догадаешься… ты никогда в это не поверишь!

— Что такое? — спросила мама. — Лия звонила? Она у Шазии?

— Это… это… Лия… восемь миллионов! Сара, мы выиграли! Мы выиграли в лотерею!

Именно так он и сказал. МЫ выиграли в лотерею!

А я стояла там и думала: «Кто вообще говорил про «мы»?»

Удивительно, как несколько миллионов фунтов стерлингов смогли разрядить обстановку после семейной ссоры. Мама бросилась ко мне, как шакал, почуявший покалеченную антилопу, и крепко обняла. Я застыла, как вкопанная, когда она окутала меня облаком аромата «Шанель Коко мадмуазель» [16] .

— Вот что я могу сказать о тебе, Лия, моя дорогая, так это то, что ты умеешь производить впечатление, — проворковала мама, одарив меня громким влажным поцелуем в щёку.

Я отстранилась.

— Фу, Пола… держи свои телесные жидкости при себе.

Наташа подпрыгивала от восторга.

— Боже мой! — вопила она прямо мне в ухо. — Господи! Лия, ты потрясающая! Ты самая лучшая! Боже мой, Лия! Мы можем завтра пройтись по магазинам? А уроки вокала, Лия, можно мне брать уроки вокала?

Хм, как и следовало ожидать. С десяти лет Наташа грезила о славе. Родители совершенно неправильно повели себя в этой ситуации: водили её за нос, вместо того чтобы сказать правду — она шипела, как рептилия. Я старалась приземлить её амбиции (полагая, что это было справедливо), но никто не понимал тонкой разницы между подлостью и моей стратегией «быть жестокой во благо», направленной на то, чтобы защитить младшую сестрёнку от позора и разочарования. Я не раз говорила, что она должна была благодарить меня за честность.

Я уже открыла рот, чтобы посоветовать им забыть об этом. Это были мои деньги. На них я покупала квартиру, уходила из дома, начинала свою счастливую, независимую, свободную от семьи взрослую жизнь на семь лет раньше, чем планировала.

И тут я замолчала. Не могла вспомнить, чтобы когда-либо видела, как родные так радовались тому, что я сделала. Ну, вроде как сделала. Обычно они выглядели сердитыми, расстроенными и/или разочарованными.

Вспомнилось «ангельское напутствие» Рафа. Я подожду своего часа.