Чтение онлайн

— Вы полицейские?

Беттингер кивнул, а Доминик оторвал сухожилие от ребрышка.

— Я чту закон, — заявил менеджер.

— Мы не проверяем ваше заведение. Я детектив Беттингер, а это капрал Доминик.

— Гарольд Чжан.

— Нам нужна информация. — Жюль вытащил из досье фотографию юной Элейн Джеймс, которая сидела с сигаретой в руке на капоте спортивной машины и беседовала со своими друзьями. — Эта женщина убита, и здесь она ела последний раз в своей жизни.

Беттингер протянул фотографию Гарольду, который взял ее, словно лепесток.

Детектив забросил в рот пельмень, а сидевший напротив капрал принялся вгрызаться в очередное ребро. Продолжая жевать, великан наблюдал за лицом лысеющего менеджера, который был сам себе и начальником, и подчиненным.

— Она приходила сюда, — объявил Гарольд Чжан. — Только выглядела немного иначе. — Он ладонью обрисовал объем груди.

— Это она.

Жюль проглотил остатки пельменя и забрал фотографию.

Доминик сделал большой глоток имбирного пива.

— Как группа с двумя сногсшибательными хитами.

— Она мертва? — спросил официант.

— Да. — Детектив вытащил механический карандаш, нажал большим пальцем на резинку и открыл блокнот. — Когда вы видели ее в последний раз?

— На прошлой неделе.

— Вы помните, какой был день?

— Понедельник или вторник. — Гарольд Чжан снова поправил прядь волос и пожевал жвачку. — Пожалуй, вторник.

— Все сходится. Она была с кем-то?

— Нет.

Этот ответ разочаровал Беттингера.

— Вы уверены?

— Она всегда приходила одна. Заказывала все очень, очень острое — даже острее, чем едят большинство китайцев.

Уильямс положил обглоданное ребро на свободную тарелку и открыл вторую банку с имбирным пивом.

— Похоже, она хотела сделать себе полную прочистку кишечника через рот.

«Острая пища = выходной?» — написал Жюль, после чего снова обратил свое внимание на Гарольда Чжана.

— Она ела здесь или забирала заказ с собой?

— Ела здесь. Перед самым закрытием.

— А когда вы закрываетесь? — спросил детектив.

— В десять. Или раньше, если у нас пусто.

Беттингер подумал о частично переваренной пище в желудке жертвы и записал в блокноте: «Смерть произошла между 11:30 и 2 часами ночи».

— В тот последний вечер вы заметили что-нибудь необычное? Как она выглядела или вела себя… Она что-то говорила?

— Я так не думаю.

— С ней кто-то разговаривал?

— Только я. — Гарольд Чжан указал в дальний угол зала. — Она сидела там, на своем обычном месте — как всегда, поела и расплатилась. Всегда оставляла большие чаевые. — В его последних словах появилась грустная интонация.

Доминик положил четвертое лишившееся плоти ребрышко на пустую тарелку, и у него получился костяной квадрат.

— Как была одета? — спросил Беттингер.

— В нечто просторное — как если б была бегуньей. Серое или голубое.

— Кроссовки?

— Думаю, да.

— Она приходила пешком?

— Я никогда не видел машины.

Капрал приступил к строительству второго этажа костяного дома.

— Вы знаете, в какую сторону она направилась, когда вышла из ресторана? — продолжал расспросы Жюль.

— На восток. — Гарольд Чжан покачал головой. — Ночью мало кто захочет идти в другую сторону.

— Хорошо. — Беттингер достал визитную карточку и протянул ее менеджеру. — Если вы вспомните что-нибудь еще — или услышите, — позвоните.

— Обязательно.

— И спасибо за помощь.

— Это мой долг. — Гарольд Чжан положил карточку в карман. — Я надеюсь, вы найдете убийцу.

— Мы найдем.

— Жуткий город, — пожаловался менеджер и ушел.

Полицейские сосредоточились на еде, и десять минут спустя Доминик завершил строительство пятиэтажного кондоминиума из костей.

Беттингер указал на восток.

— Пойдем прогуляемся.

Великан-полицейский допил остатки третьей банки имбирного пива и положил двадцатку поверх того, что оставил его напарник.

— До Восемьдесят Четвертой и Маргарет-драйв?

— Соображаешь.

Полицейские одновременно встали из-за стола, посетили туалет, оросили писсуары, вымыли руки и вышли из ресторана.

Холод атаковал их сразу, и Беттингер, шагавший рядом с Домиником, чьи мысли вновь отправились на Юпитер, засунул руки в перчатках в карманы, как только они вышли на парковку. Дрожащий детектив с удивлением думал о существовании городов в таких местах, где неправильная одежда может погубить разумных людей. Бизнесмен, покончивший с собой в Аризоне, вероятно, был прямым потомком идиотов, которые колонизировали Аляску.

Окутанный воздухом, температура которого была семнадцать градусов [72] (практически летальная), Жюль подумал о Карибских островах, но довольно скоро его мысли снова вернулись к делу.

— После вторника здесь шел снег или дождь? — спросил он своего коллегу.

— Нет.

— Значит, есть шанс что-то найти по дороге.

Доминик фыркнул.

— Ищи следы борьбы. — Детектив указал на окружающий их бетон. — Волочение, царапины, кровь. Часы, сережки. Все, что могло выпасть из сумочки или из кармана.

— Вроде пистолета с именным жетоном?

— Найди что-нибудь — и сможешь слушать рэп хоть целый день.

Полицейские вышли на тротуар и свернули на восток. Посреди дороги, в дальнем конце квартала была припаркована длинная черная машина с затемненными окнами. Изнутри доносились звуки, подобные грохоту взрывающихся глубинных бомб.

Продолжая держать в поле зрения подозрительную машину, Беттингер огляделся в поисках улик.

— Как далеко отсюда до ее квартиры?

— Десять или одиннадцать кварталов.

Черная машина задрожала, пробуждаясь, и покатила вперед, превратив труп голубя в расплющенное пятно с перьями.

— В Виктори очень много мертвых птиц, — заметил детектив.

— Ты исключительно наблюдателен.

Между полицейскими и медленно ползущим вперед автомобилем оставалось пятьдесят футов. Глубинные бомбы взрывались с частотой сорок два удара в минуту.

— Откуда? — спросил Жюль.

— Откуда что?

— Откуда берется столько мертвых голубей во всех районах города?