Чтение онлайн

– Он может прийти на это?

– Нет, мы будем использовать его по-другому.

Мы добрались до леса. Эдзоэ поставил запись на повтор и пошел на аллею. «Эй! Э-э-эй! Эй! Э-э-эй!» – слышался голос Такая между деревьев. Там не было не то что собак, но даже людей. Я огляделась вокруг – ничего нигде не шевелилось. На земле лежали опавшие листья, из-за вчерашнего дождя пахло сыростью. Земля аллеи, по которой мы шли, тоже была довольно влажной. Здесь мы искали с полицейскими собаками.

– Вы пытались найти то, что движется. Так что, считай, этого не было.

– Думаешь, то, что движется?

– Ясен пень, – тотчас ответил Эдзоэ.

– Вероятность находки девяносто процентов – это правда?

– Нет, это средний показатель. Искать всяких птиц вообще сложно. Такие случаи, как с этим жако, которого легко было найти, крайне редки. И вероятность находки – ниже пятидесяти процентов. А в случаях с хомяками или змеями – еще ниже.

– Но при этом средний показатель девяносто?

– Собак и кошек мы находим практически в ста процентах случаев.

Существуют ли еще такие агентства?

– Мне повезло, что ты взялся за мой заказ.

– На жако я ни хрена не заработал. Вчера, перед тем как мы поговорили у нас в офисе, приходила его хозяйка и сказала, что расторгает договор. Мол, птица вернулась, так что искать ее больше не нужно.

– То есть на самом деле тебе была нужна работа?

– Лучше б та, на которой можно было бы заработать.

Наверное, он думал о том, что в этот раз не сможет, как обычно, найти объект поисков, спрятать его в офисе и накрутить гонорар. Разумеется, я не позволю ему этого. С другой стороны, если он говорит, что не сможет заработать на этом деле, значит, уверен, что мы быстро найдем Буццати.

– А на что ты тратишь заработанные деньги?

– Игры в сети и патинко [426] .

– А что, девушки у тебя нет? – спросила я с издевкой.

Взгляд Эдзоэ расфокусировался. Создавалось впечатление, что он вспомнил кого-то конкретного, но, как было на самом деле, я не знала.

– Откуда она у меня появится… Если я такой… – пробормотал он, как будто говорил сам с собой, и достал из рюкзака видавший виды бинокль. Приложил его к глазам, будто хотел спрятать лицо, и стал осматривать окрестности. При этом, казалось, он не глядел беспрерывно на общую картину, а выхватывал отдельные точки. Но на чем он основывался, я понять не могла. Эдзоэ шел по неровной поверхности аллеи, не отнимая бинокля от глаз и ни разу не споткнувшись. К правому плечу его выцветшей футболки пристал комок белой шерсти – видимо, прицепился к нему, когда он доставал полотенце из конуры. Наверное, он принадлежал Буццати. Комок шерсти еще некоторое время оставался у него на плече, а потом подул ветер, и он улетел в глубину деревьев.

– А скажи-ка мне, ты решила все время таскаться за мной?

– Подумала, может, чем-то могу помочь…

– Лучше, когда глаз и ушей больше, но работа по розыску животных требует много сил.

– Ничего страшного, я в институте занималась легкой атлетикой.

– Так ведь сколько времени уже утекло…

– Спасибо за помощь, – закончил разговор Эдзоэ и спрятал смартфон в карман. Он звонил в городскую службу уборки узнать, не находили ли они в городе за период с вечера четырех дней назад до сегодняшнего момента трупов животных. Представитель службы сказал, что за этот период они забрали три трупа животных, сбитых автомобилями на дороге: кошки, енотовидной собаки и собаки. Порода последней была не лабрадор-ретривер, а померанский шпиц.

– Шпиц, наверное, был чьим-то питомцем, так же как и кошка…

Эдзоэ рассеянно кивнул и посмотрел на проспект перед нашими глазами. Обычно здесь бросались в глаза грузовики, но, наверное, из-за праздничного дня было много легковых автомобилей, похожих на семейные.

Мы шли без еды и без перерывов, время – четвертый час дня. Проверили северную часть леса и только сейчас добрались до проспекта. Парковка магазина мужской одежды, находившегося вдоль дороги, находилась выше тротуара; мы сели на ее кромку.

– Раньше здесь находился заброшенный завод. – Эдзоэ обернулся на магазин. – Хорошо, что здесь появился красивый магазин; больше десяти лет назад тут тусовались хулиганы.

Поиски собаки требуют большой физической подготовки. Я-то думала, ходи себе по дорожкам, но Эдзоэ углублялся в лес, залезал в кусты, иногда забирался на ветви деревьев высотой метра в три и оглядывал окрестности. Если видел ворону, то гнался за ней следом, а потом вдруг начинал бегать по аллее, глядя снаружи на то, что происходит между деревьями. В этих движениях не было никакой последовательности – похоже, он реально действовал, опираясь на интуицию. Я изо всех сил старалась поспевать за ним и вглядывалась в окрестности, но на данном этапе ничем не могла помочь. К подолу моей джинсовой юбки прилипла мокрая листва, кроссовки испачкались грязью настолько, что их первоначальный цвет невозможно было угадать. Внутрь попала вода, ноги промокли. Пока мы шли на север по лесу, мои кроссовки издавали квакающие звуки, и мне казалось, что они квакают до сих пор.

– А у тебя было так, что ты звонил по телефону, как сейчас, и находил труп разыскиваемого животного?

– Было сколько-то раз. – Эдзоэ встал и направился к автомату с напитками, расположенному неподалеку. – Страшно смотреть на заказчиков, когда сообщаешь им такое…

Если случается ДТП или еще какое-то происшествие, то об этом сообщают в полицию. Даже в таком маленьком городке, как наш, автомобильные аварии случаются часто; когда я работала в транспортном отделе, мне приходилось сталкиваться с ними каждый день. Помню отчет по ДТП (за него отвечал мой коллега) о том, что именно на этом месте произошло происшествие, в котором погиб человек. Если уж такое количество людей, которые знают правила движения, попадает в аварии, то случаев гибели на дороге заблудившихся собак и кошек настолько много, что и представить себе сложно.

Эдзоэ купил две пластиковых бутылки зеленого чая, подошел и протянул мне одну. Я достала было кошелек, но он отказался взять деньги, будто хотел сказать: «Да отстань ты». Ничего не поделаешь, я поблагодарила его и взяла бутылку.

– Сейчас пойдем на ту сторону дороги. Будет еще тяжелее, справишься?

– Честно говоря, я думала, будет проще, чем в лесу…

– В городе сложно что-то предугадать, много теней. Расстояния, куда нужно пойти, большие, а мест, которые нужно проверить, в разы больше.

– Со мной всё в порядке. – Я постучала по бедру полученной пластиковой бутылкой. – Но работа посложнее, чем я предполагала.

– Как и ты.

Это прозвучало так неожиданно, что я не нашлась, что ответить. Просто продолжала стучать бутылкой по бедру. Но Эдзоэ, кажется, и не ожидал от меня никакого ответа; он, булькая, пил чай.

– А почему ты стал работать в розыске пропавших животных?

– Все началось с того, что я сбежал из дома. Мне было шесть. Мы тогда жили в квартале на севере города. Как раз рядом с тем домом, где держат жако. Это было целых тридцать лет тому назад; мы жили с родителями, втроем. Но однажды отец бросил семью и дом и ушел.

– Почему?

– Мать была ненадежная, по характеру из категории тяжеловесов. Наверное, и мужчина у нее был на стороне… Были признаки, да она и сама этого не пыталась скрывать. Отец, вероятно, думая обо мне, оставил ей немного нала, но и после того, как она стала матерью-одиночкой, мы ни в чем особо не нуждались.

Но эта наличка однажды пропала из дома.

– Обычно подумаешь, что воры украли, правда же? А мать заявила, что это я что-то сделал с деньгами. Я до сих пор помню, что она мне тогда сказала. «Раз я такая, то ты отомстил мне, забрав необходимое». Тогда я не понял, что она имела в виду. Только четко запомнил ее слова. Но в любом случае это ж какую фантазию надо иметь, чтобы заподозрить шестилетнего ребенка в воровстве крупной суммы денег? Она много пила; может, от алкоголя у нее в голове что-то помутилось…