Чтение онлайн

– Я должен еще раз проверить квартиру, – сообщил он своему отцу.

Джулс схватил картонную коробку с лампочками.

– Что? Зачем? И почему «еще раз»?

– Я не знаю, что здесь происходит. – Джулс надел кроксы, которые стояли рядом с входной дверью. – У меня чувство, что здесь кто-то прячется.

– В твоей квартире?

– Да. – Он рассказал ему о запертой кладовке, которая сейчас волшебным образом оказалась открытой. – А когда я только что набрал телефон Цезаря, его сотовый зазвонил на коврике перед входной дверью.

– Ты думаешь, он был в кладовке?

Джулс достал из упаковки две лампочки, захватил стопку старых кухонных полотенец и закрыл дверь снаружи.

– Глупости, почему тогда его сотовый лежал перед дверью? К тому же ему нужна коляска.

– Что, как я сказал, может быть просто прикрытием.

– Да чепуха. Зачем ему это делать?

Чтобы прикидываться инвалидом, да еще столько месяцев, необходима очень сильная, почти фанатичная мотивация. Лишь для того, чтобы затем тайно проникать в чужие квартиры.

И подмешать мне в сок таблетки…

– Разве ты не говорил, что в юности Цезарь тоже был влюблен в Даяну?

– Это было в одиннадцатом классе. – Джулс расстелил на полу кухонное полотенце и положил на него лампочку.

– Отвергнутая любовь оставляет глубокие психические шрамы. Может, он так и не пережил то, что она предпочла тебя. Может, он винит тебя в ее смерти, потому что ты не предотвратил ее самоубийство.

– И хочет отомстить?

– Все возможно. А эта Клара ему помогает. Это же очевидно, что между ними есть какая-то связь, иначе он не оказался бы в том паркинге. Может, оба пытаются подвергнуть тебя психологическому террору.

Джулс постучал себя по лбу.

– Вот ты и разрушил собственную теорию. Если ты только что видел Цезаря в здании паркинга, то он вряд ли может быть у меня.

Аккуратно Джулс наступил всем весом на лампочку, которую завернул в кухонное полотенце на полу. Как он и надеялся, лампочка лопнула с тихим хрустом. Даже его отец не услышал, по крайней мере ничего не спросил.

– О'кей, один – ноль в твою пользу. Цезарь не может быть одновременно в двух местах. Кстати, я доехал на такси до дома.

Джулс услышал, как отец назвал таксиста обдиралой и потребовал чек, наверняка, чтобы завтра же утром предъявить его сыну.

Джулс воспользовался ситуацией и с помощью полотенца распределил осколки лампочки перед входом в детскую. Затем раздавил вторую лампочку и высыпал осколки перед входной дверью и кладовкой.

Если кто-нибудь решит пройти через эти двери, он услышит.

Хотелось бы надеяться.

Теперь, подстраховав входы и выходы помещений, где он никого не нашел, Джулс начал тщательно осматривать остальные комнаты. Первым делом открыл дверь в гостевую.

– Я вот еще что подумал, – снова заговорил его отец, немного запыхавшись. Вероятно, он не воспользовался лифтом, а пошел в квартиру по лестнице, переступая сразу через несколько ступенек.

Джулс щелкнул выключателем, но лампочка над широкой двуспальной кроватью не загорелась.

Даяна обожала гостей, – пронеслось у Джулса в голове, он знал, что сам уже никогда не пригласит друзей переночевать у него.

– Может быть, что во всем этом замешан кто-то третий?

– Не думаю, – ответил Джулс, хотя в этот момент у него была веская причина согласиться с отцом.

Потому что он увидел отражение, когда нагнулся, чтобы посветить телефоном Е[езаря под кроватью, где почти не было места для взрослого человека. И все равно там виднелось что-то белое. Налитое кровью.

Глаз?

В этот момент зазвонил мобильный П, езаря.

Клара

Пожалуйста! Подойди!

Клара нервно постукивала ногой по полу такси, в которое она села прямо перед «Палас-отелем». Следуя ее указаниям, водитель поехал сначала в направлении Вильмерсдорфа, хотя ей туда не было нужно.

Но какую-то цель я должна была ему назвать.

Или ей?

Клара была настолько вне себя, что даже не обратила внимания на того, кто сидел за рулем. Хотя какая разница, мужчина или женщина, лучше всего, если он или она отвезет ее в ближайшую больницу.

Или сразу на кладбище.

Она чувствовала себя так, будто ее тело готовилось сбросить с себя кожу. Все казалось ей чужим – начиная с головы, которая после удара Мартина словно увеличилась в два раза. Боль внутри пульсировала где-то за глазами, которые по ощущениям стали слишком большими для глазниц. Ее нос, вероятно, был сломан; она ревела в три ручья, блуждая по паркингу, из которого неожиданно стали выезжать многочисленные машины, не обращая на нее никакого внимания, словно выстрел из пистолета Хендрика послужил для них сигналом к старту сумасшедших гонок. По крайней мере, въезд в паркинг был открыт, и она смогла выбежать наружу.

Но не на свободу.

Насколько сильно в ее голове бушевала боль, настолько же уверена она была, что ничего не закончилось. Даже на эту ночь.

В настоящий момент они катились по Тауентциен в сторону Мемориальной церкви.

Водитель (это был мужчина, что она разглядела в зеркале заднего вида, с седыми волосами и темной крашеной бородкой) с бесстрастным выражением передал ей назад упаковку влажных салфеток.

– Для лица, – сказал он.

Клара благодарно кивнула и высморкалась. Она наверняка выглядела ужасно, но, очевидно, не настолько, чтобы отпугнуть Эрдьяна И. (так было написано на латунной табличке, закрепленной над вентиляционным отверстием).

Клара предполагала, что он уже видел женщин, выходящих из отелей в состоянии и похуже. Наверное, он принял ее за проститутку, с которой жестоко обошлись. В принципе, Клара так себя и чувствовала. Использованной и опустошенной, хотя до сексуального насилия дело не дошло.

– Ваш друг в порядке? – спросил Эрдьян.

– Что? – Кларе потребовалось немного времени, потом она сообразила, что водитель, видимо, слышал, как, садясь в машину, она говорила со службой спасения и называла местонахождение Хендрика. – Да, да, я надеюсь.