Чтение онлайн

Брук должна задавать вопросы по-умному. Только те, на которые он, скорее всего, ответит, потому что у нее есть ровно три вопроса, пока Брук не окажется голой. Бюстгальтер, комбинация, трусы.

– У тебя есть пульт? Или он только у Грейс?

Митч прищуривается, как будто не может понять, в чем заключается игра, но, похоже, не собирается упускать возможность.

– Это два вопроса. Перефразируешь или снимаешь две вещи?

– Перефразирую. Сколько всего пультов?

Она точно знает, что один у Грейс.

– С чего ты взяла, что у меня его нет? Только потому, что ты рассчитывала увидеть его здесь и не увидела? – Митч указывает на свои жетоны.

«Нет, потому что ты сам сказал, что он там, придурок».

– Отвечай на мой вопрос, – говорит Брук.

– Спроси о чем-нибудь другом.

Брук цокает языком. У него нет пульта. Наверное, именно поэтому он так уклончив. Но это было бы так в стиле Митча – запутать ее, хотя у него где-то есть пульт. Она меняет тактику.

– Зачем нужна граница? Почему бы просто не запереть нас в доме?

– Снова два вопроса, но я сегодня щедр. Потому что Грейс хотела, чтобы вы, ребята, чувствовали себя свободными в доме. Чтобы у вас была та же свобода, как и у нее в детстве. До того, как она попала в ловушку брака.

– Я ни хрена не чувствую себя свободной, – говорит Брук притворно сладким голоском.

– Ее методы не всегда имеют смысл. Я это признаю. А теперь…

Митч снова тянется к бретельке бюстгальтера, но Брук уклоняется от его руки.

– Выбираю я.

Поскольку Митч хочет, чтобы она сняла бюстгальтер, вместо этого она стягивает комбинацию, та падает на пол, и Брук остается в бюстгальтере и трусах.

– Ну-ну, ты меня дразнишь, – говорит он, одаривая ее угрожающей полуулыбкой.

Брук ждет, что он сделает еще одну попытку и ей снова придется отбиваться, но он садится в кресло – как всегда, когда присматривает здесь за Кинси. И трет подбородок.

– Ты собираешься спросить меня о чем-нибудь еще? – говорит он.

Это глупо. Ничего не выходит. Первый вопрос не дал ничего определенного.

– Да, но, если ты дашь еще один тупой очевидный ответ, это не считается.

Митч встает и в несколько шагов оказывается почти вплотную к ней.

– Может, тебе напомнить, кто здесь главный?

Брук задерживает дыхание, собирается с духом и касается шрама на его груди. Митч отталкивает ее руку. Гораздо резче, чем кажется необходимым.

– Ты такой чувствительный, – говорит она.

– Не хочу, чтобы ты это трогала.

– Почему?

Возникает пауза, а затем его глаза вспыхивают.

– Это твой вопрос?

– Ты дашь нормальный ответ?

Митч смотрит на ее грудь и облизывает нижнюю губу. Брук хочется прикрыться, но она этого не делает. Сделав над собой усилие, она делает шаг вперед.

– Да. Это мой вопрос. Откуда шрам?

– После операции.

– Какой?

Брук все равно, но его чрезмерная реакция вызывает любопытство. Кажется, это важно для него.

– Я ответил, а теперь давай.

Он машет рукой, веля ей что-нибудь снять. Но Митч уже открыл свои карты. Брук чувствует небольшой сдвиг в расстановке сил. Может, она ошибается, но стоит надавить, чтобы выяснить.

– Я сказала – никаких уклончивых ответов. Не считается.

Лицо Митча дергается, и снова она не может понять, улыбка это или отвращение, но точно какие-то эмоции. Она меняет подход. Надо кое-что выяснить.

– У тебя нет пульта. Все эти годы ты блефовал.

Митч пожимает плечами. Это ответ. У него нет пульта. Не говоря ни слова, он тычет в нее пальцем, прося снять еще одну деталь одежды. Он все еще смотрит на ее грудь, поэтому Брук вместо этого снимает трусы. Митч смотрит на нее как настоящий хищник. Она добыча, которую нужно выследить и проглотить. Ей страшно, но уже готов следующий вопрос.

– Есть способ отключить границу? – спрашивает Брук.

– Может быть. Это был твой последний вопрос, – жестко говорит он, не спуская глаз с ее обнаженного тела.

Ну нет уж, это определенно был уклончивый ответ.

– Мне надо что-нибудь конкретное о том, как работают ошейники или граница. Как нам ее отключить? Или мы закончили.

Брук тянется за платьем.

– Ладно. Хорошо. Ошейники отключить нельзя, только она это может. И я. Так же, как отключил ошейник Коди. Но да, есть способ отключить границу.

Брук всегда задавалась вопросом, почему ошейник Коди больше не нужно заряжать и он не взорвался. Но она сосредотачивается на второй части ответа.

– Как?

– Больше никаких вопросов. Снимай.

Брук смотрит на его шрамы. Люди обычно стесняются шрамов, но эти похожи на порезы от ножа, а не на хирургические. Почему он так взбесился? Только когда Митч шагает к ней, она выходит из задумчивости.

– Нет, я сама, – говорит она.

Митч отступает.

Брук расстегивает бюстгальтер и позволяет ему соскользнуть по рукам на пол. Она стоит перед Митчем, опустив руки по бокам. Он осматривает ее с ног до головы, не торопясь, словно смакуя.

Есть способ отключить границу. Надо узнать больше.

– Ты уверен, что хочешь только смотреть? – шепчет Брук, изо всех сил стараясь, чтобы ее голос звучал соблазнительно, но внутренне содрогается. – Ответь на другие вопросы, и я позволю тебе потрогать.

Митч хмыкает, поворачивается, хватает футболку, продевает руки в рукава и натягивает ее через голову.

– Может, позже, когда я вернусь, – говорит он и выходит из комнаты.

Он сегодня еще вернется?

Одеваясь, Брук слышит, как Митч заводит двигатель. Она выглядывает в окно спальни и видит, как машина срывается с места, оставляя за собой шлейф гравия и грязи. Брук спешит в гостиную, где Дерек и Кинси сидят на противоположных концах дивана, как пациенты, ожидающие новостей от врача.

– Есть только один пульт, и он у Грейс. Он все это время врал, – объявляет Брук.

– Это объясняет наличие пистолета, – говорит Дерек. – Зачем ему пистолет, если есть пульт? Что-нибудь еще?

– Есть способ отключить границу.

– Да, и… – подгоняет ее Кинси.

– Я не смогла вытянуть из него как. Он испугался. Мне нужно больше времени.

– У нас нет времени. Свадьба завтра, – шепчет Кинси.

– Он сказал, что сегодня еще вернется. С ней, – понижает голос Дерек.