Чтение онлайн

– Джоди?

– Привет, Курт.

– Боже мой! – Он встал (вместе с ним поднялась и Паола, одетая в спортивный костюм Джоди) и протянул руку для рукопожатия. – Разве ты… в смысле… Ничего себе! Спасибо. Я понятия не имел, что ты тут. Вроде бы ты переехала в Бостон?

– Это долгая история, потом расскажу. Я просто рада, что дочь благополучно к тебе вернулась.

– Спасибо, – повторил Курт.

Как обычно, когда вокруг происходило слишком много всего, Джоди эмоционально замкнулась. Она вышла из коневоза и молча ждала, пока остальные последуют ее примеру. С Куртом она избегала встречаться взглядом и вообще взаимодействовать: слишком уж много было в ней боли, чтобы это вынести. Она заперла фургон и оседлала Диего. Душа требовала действий. Эшли тоже села верхом на Фриду, и обе женщины с картой в руках, готовые ко всему, что могло встретиться им в пути, поехали между деревьев на поиски террористов и их пленниц, которым бандиты уготовали лишь боль и страх.

Женщина была очень миниатюрной, с гигантским животом и вся в грязи. От одного ее вида сердце у Джоди сжалось от ужаса. Они наткнулись на беглянку после часа езды. Та в одиночестве сидела у подножия дерева, устремив взгляд в небо. Если бы не беременность и наличие груди, Луна поклялась бы, что перед ней ребенок десяти, в крайнем случае одиннадцати лет. Может, так оно и было, и Джоди непроизвольно помянула имя Божие. Ей вспомнилось, что Паола описала одну из пленниц как «очень беременную»; речь явно шла именно об этой женщине. Оттого, что у кого-то поднялась рука причинить вред такому крохотному хрупкому существу, явно нуждающемуся в защите, внутри закипела ярость.

Они с Эшли уже собрались остановить лошадей, но беременная посмотрела на них, покачала головой и показала куда-то вправо. Бросив взгляд туда, куда был направлен ее палец, Джоди увидела мужчину в полном тактическом снаряжении и лыжной маске, который пытался укрыться за другим деревом. Инспектор вздернула подбородок, делая знак Эшли, и та мигом сорвала с плеча ружье, передернула затвор и прицелилась. Раздался выстрел, и мужчина скорчился на земле, держась за левое колено. Когда он потянулся за оружием, которое выронил при падении, Эшли выстрелила снова, прямо ему в ладонь.

– Я с ним разберусь, – бросила она. – Посмотри, что с беглянкой.

Джоди вполне устраивало, что ее молодая, но более опытная коллега взяла на себя руководство. Она направила свою лошадь к дереву, возле которого сидела беременная, и услышала, как воздух вспороли третий, а потом и четвертый выстрелы. Обернувшись на звук, инспектор с удивлением обнаружила, что Эшли обезвредила не только того, кто пытался ее застрелить, но и еще одного типа, который пришел на помощь первому. Двумя нацистами меньше, подумалось Луне.

– Эй, – окликнула она беременную, которая обеими руками прикрывала голову. Потом припомнила имена пленниц: – Альтаграсия? Ана Луз?

– Ана Луз, – подтвердила перепуганная беглянка.

– Привет. Я инспектор Джоди Луна. Никто тебя не обидит. Мы пришли помочь.

Беременная кивнула. Вид у нее был ошеломленный.

– Поблизости есть еще бандиты? – спросила Джоди.

– Здесь нет, но Альтаграсия ранена. А я в порядке. Помогите вначале ей, – и Ана Луз снова показала в сторону деревьев неподалеку. Джоди заметила там вторую девушку. Та лежала на земле с окровавленной грудью, из носа и рта у нее тоже шла кровь.

– Эшли! – крикнула Джоди. – Тут раненая!

Ромеро подъехала к лежащей и спрыгнула с лошади. Инспектор тоже спешилась, чтобы помочь Ане Луз.

– Прошу вас, – взмолилась та, – спасите еще одну девочку. Они ее схватили. Ей нужна помощь.

– Ты знаешь, как ее зовут? – чувствуя, как подступает тошнота, спросила Джоди.

– Мила. Ее зовут Мила. Мила Луна. Она ведь ваша дочка, да?

– Да.

– Она знала, что вы за ней придете. Так нам и сказала.

– Где она?

– Это она нас вытащила. Благодаря ей мы сбежали. Но нас поймали.

Перед глазами у Джоди все поплыло.

– Кто ее схватил?

– Человек, которого называют Генерал, – ответила Ана Луз. – И его маленькая нацистская армия.

Пульс у Джоди зачастил. На нее снизошла предельная сосредоточенность, как порой бывает в минуту очень сильного страха или гнева.

– Где они?

– Не знаю. Ее увели к реке, куда-то туда. Кажется, Мила ранила одного из них, но я не уверена.

– Эшли! Займись этими двумя, – обратилась Джоди к Ромеро. – Мила у Зеба. Я их догоню.

Она подъехала к Эшли, которая как раз собиралась подсадить тяжелораненую Альтаграсию на лошадь.

– Лови! – Джоди бросила напарнице ключи от своего внедорожника. – У меня такое чувство, что ты закончишь быстрее меня. Встретимся у трейлера.

– Тебе нельзя отправляться за террористами в одиночку, – запротестовала Эшли.

– Тогда можно вообще просто с места не двигаться.

– Давай ты сначала поможешь мне доставить этих двух девчонок в безопасное место, а потом поедем вместе.

– Извини, – покачала головой Джоди, – но больше я ждать не могу. Твоя мать наверняка сделала бы для тебя то же самое. Если однажды у тебя появится дочь, ты поймешь.

– У нас так дела не делаются! – закричала Эшли ей вслед.

– Ребята из офиса шерифа не работают в одиночку, зато егеря – еще как! – откликнулась Джоди и направила Диего в сторону Рио-Трухас, благо она взяла с собой спутниковый навигатор. Весь мир сжался до единственной цели, на которой она сосредоточилась, и эта цель состояла в том, чтобы найти дочь.

Эти уроды не знали о ноже. Когда Мила поняла, что в пистолете, который она забрала у Марджори, больше нет патронов, телефон мертв, как ракушка улитки, а вдоль реки к ней спешат Генерал и Трэвис (она нарочно ждала их на самом видном месте, как приманка, чтобы дать своим спутницам время сбежать, пусть даже Ана Луз хромала и, казалось, вот-вот лопнет), она бросила ножны в реку, а нож спрятала в рукаве надетой на ней мужской фуфайки.

– О’кей, господа, – произнесла девочка, подняла руки в знак капитуляции и демонстративно отбросила в сторону пистолет, – патроны у меня кончились. Ваша взяла. Я сдаюсь.

– Позвольте мне пристрелить ее, – взмолился Трэвис, когда мужчины подошли ближе.

– Нет, – возразил Генерал, – нужно добраться до ее матери.

– Да ладно вам! – заныл Ли.

– Убери пушку, – велел Генерал, – и я разрешу тебе прикончить одну из двух остальных. Только не ту, что с начинкой: она моя. Вторую.

– Ладно. – Голос Трэвиса звучал капризно, как у малыша, который не смог добиться своего. Миле не верилось, что человек может дойти до такой степени гнусности и расстраиваться из-за того, что ему не удастся убить беременную женщину. «Мерзкий ублюдок», – пронеслось у нее в голове, и впервые с момента похищения девочка по-настоящему испугалась. Только сейчас пришло ошеломляющее осознание, что она может и не выбраться из этого переплета живой. Мила поняла: чтобы спастись, ей придется пойти на всё, и это пугало.