Чтение онлайн

Я положил левую кисть Кёити Мияэ, заготовленную заранее, в коробку и передал Киёцугу, который ждал меня в машине. Он тут же проверил ее содержимое и, удостоверившись, что все в порядке, поехал прямиком в дом Катабути, чтобы возложить руку на алтарь Усио.

Проводив Киёцугу, я вывел господина Т из ванной, посадил в машину и довез до станции. Напоследок я сказал: «Уезжай подальше. Поживи в каком-нибудь захолустном городке и минимум полгода не светись, даже на работу не устраивайся». В общем, с того дня господин Т стал числиться пропавшим без вести.

Первое время я был как на иголках, все ждал, когда мой обман раскроется. Но через несколько дней позвонил Киёцугу и сообщил, что церемония прошла гладко, по всем правилам. Такого облегчения я не испытывал никогда в жизни. Значит, нам удалось совершить первую «Заупокойную службу по левой руке», не принеся никого в жертву.

Но я не мог от всего сердца радоваться этому успеху. Пусть я никого и не убил, но все равно совершил преступление. Родственники Кёити Мияэ не знали о его смерти и до сих пор, наверное, пытались выяснить, куда он пропал. С каждым днем чувство вины мучило меня все сильнее.

А ведь мне предстояло совершить подобное еще трижды. Все время, что ушло на поиски трупа, я находился в постоянном страхе перед полицией и перед семьей Катабути. Это полностью истощило меня. Я даже не предполагал, что мне будет настолько тяжело. Думаю, Аяно чувствовала то же самое.

Но несмотря на все тяготы, наша жизнь не была погружена в беспросветный мрак. Ведь у нас был Тоя. Мы много времени проводили в его комнате: занимались с ним, играли, разговаривали. После завершения «Заупокойной службы по левой руке» нам надлежало освободить его из комнаты-темницы и вернуть в семью Катабути. За оставшиеся несколько лет мы хотели помочь ему понять свои чувства и эмоции, чтобы он смог жить как обычный подросток.

Когда после переезда в новый дом прошло полгода, мы заметили первые изменения в Тое. Сначала он просто отрешенно делал все, что ему говорили, но потом начал озвучивать свои желания: «Я хочу еще позаниматься вот этим», «это мне не нравится». Он робко улыбался, когда его хвалили, и расстраивался, если ему не удавалось выиграть в какой-то игре. Со временем мы почувствовали, что по своему эмоциональному развитию Тоя догоняет сверстников.

Весной, когда мы жили в новом доме второй год, у нас родился сын, Хирото. Мы долго сомневались, стоит ли нам вообще заводить ребенка в нашей ситуации, но, занимаясь воспитанием Тои, поняли, что хотим собственных детей.

Когда Хирото появился на свет, мы рассказали об этом Тое, но показывать ему младенца не стали.

Судьбы этих двух мальчиков слишком сильно отличались, и мы боялись, что Тое будет тяжело смотреть на Хирото и осознавать, чего он сам был лишен с самого детства. Но при этом мы изо всех сил старались проводить с ним не меньше времени, чем до рождения сына.

Через год после появления Хирото на свет Киёцугу перевели из Сайтамы в Токио, и ему пришлось переехать. На семейном совете решили, что мы должны поехать туда вслед за ним. При этом Катабути согласились выделить нам деньги на строительство нового дома.

Не то чтобы жизнь в столице нас осчастливила, но… С каждым днем в наших сердцах крепла надежда. Близился день, когда «Заупокойная служба по левой руке» будет полностью завершена, и мы с Аяно сможем жить нормальной жизнью.

Хирото рос не по дням, а по часам, Тоя стал очень открытым и общительным мальчиком.

Нам казалось, что вот-вот наступит наше счастливое будущее.

Мы были очень наивны. Теперь я это понимаю.

Беда пришла неожиданно, в июле этого года.

Как-то раз где-то в час ночи у нас дома раздался телефонный звонок. Это был Киёцугу. Он приказным тоном сказал: «Немедленно приезжай ко мне вместе с Аяно. На машине». «В такое время… Что за срочность?» – удивился я про себя. У меня появилось нехорошее предчувствие.

До этого мы с Аяно никогда не уходили из дома вдвоем, кто-то из нас обязательно оставался присмотреть за детьми. Но мальчики крепко спали, и мы решили, что, наверное, ничего страшного не случится, если мы ненадолго отлучимся.

Киёцугу жил неподалеку – на машине дорога заняла меньше десяти минут. Как только мы подъехали к его дому, он, недовольно хмурясь, вышел на крыльцо и заявил:

– Вас раскрыли.

Сначала я даже не понял, о чем речь. Буравя нас с Аяно пристальным взглядом, Киёцугу продолжил:

– Лично я думаю, что проводить «Заупокойную службу по левой руке» нет никакого смысла. Ни духов, ни проклятий не существует. Вся эта мистика – просто плод человеческого воображения. Но Сигэхару считает иначе. Казалось бы, дожил до седых волос… Но он до сих пор продолжает бояться призраков, как глупый мальчишка. Поэтому, когда дело касается «Заупокойной службы», он не жалеет никаких денег, готов на нее хоть все семейное состояние спустить, если потребуется. И вплоть до сегодняшнего дня его щедрость распространялась и на меня. Я получал от него неплохие деньги за то, что присматривал за вами, и относился к этому просто как к легкому заработку.

Я подумал, ну хотите вы схитрить, и что. Главное, чтобы в семье об этом не узнали. Я в курсе, что вы никого не убивали и заранее находили труп. И ладно, рассудил я, какая разница, чью руку класть на алтарь. Сигэхару вы смогли провести, а другое меня не волновало. И все это время я скрывал ваш обман, думал в случае чего одолжить вам миллион-другой йен, если понадобится. Хотел хранить ваш секрет и дальше, но… Сигэхару догадался. Он обо всем догадался. Вот, смотрите.

Он протянул мне местную газету префектуры Сайтама. Я сразу заметил заголовок: «Обнаружен труп, у которого была отрезана кисть левой руки». Значит, полиция нашла тело Кёити Мияэ.

Киёцугу продолжил:

– Эта статья случайно попалась на глаза Сигэхару. Прочитав про труп, у которого отсутствовала кисть левой руки, он попросил кого-то из родственников навести справки и выяснил, что все потомки Сэйкити из его списка по-прежнему живы. Тогда он вызвал меня и потребовал объяснений. Я, конечно, сделал вид, что ничего не знаю. В итоге Сигэхару согласился простить меня только с одним условием: я должен привести ему Тою в течение суток. Наверное, он хочет провести «Заупокойную службу по левой руке» сам.

Не знаю, что теперь будет с вами. Но если я не доставлю Тою к Сигэхару сегодня же, у меня самого будут большие проблемы. Нам нужно ехать за Тоей прямо сейчас. Пошли.

Киёцугу велел нам сесть в его машину, на заднее сиденье.

– Сейчас мы поедем к вам домой. Как только доберемся, сразу отправляйтесь за Тоей. Сделайте, как я сказал, тогда я не причиню вам вреда. И без фокусов! Иначе… Вам же будет хуже.

Только тогда я наконец понял, почему Киёцугу сказал нам приехать к нему на своей машине… Останься машина у нас дома, в гараже, мы могли бы скрыться, забрав Тою с собой. Но если мальчик вернется в семью Катабути, его заставят совершать убийства по-настоящему…