Чтение онлайн

Вмешалась девушка в красном купальнике, заговорив с умиротворяющим спокойствием:

– Отлично, дорогой. Это был прыжок согнувшись. Иди сюда и выпей.

– Ага! Вот это другое дело! – обрадовался атлет. – Да это был лучший прыжок согнувшись за всю мою жизнь, – прибавил он, выдувая пузыри над поверхностью воды.

Помещение в цокольном этаже, где находился бассейн отеля «Эспланада», было около восьмидесяти футов в длину, столько же в ширину и в высоту. Стены были отделаны плотно подогнанными друг к другу зеркальными панелями, а пол выложен мраморной мозаикой. От слегка подкрашенной зеленым воды белые плитки бассейна мерцали и играли, словно находясь в постоянном движении. Места вокруг бассейна было много, и оно служило зоной отдыха с яркими шезлонгами и столиками, расставленными вдоль зеркальных стен.

Широко распахнутые двустворчатые двери вели из бассейна в «Американский бар», помещение поменьше, где за барной стойкой из матового стекла выстроились целые вереницы пузатых бутылок. Еще одна дверь в той же стене открывалась в зимний сад в подвальном помещении, искусно освещенный и обогретый. Снисходительные управляющие, расторопные официанты. В общем, человек, уже налившийся коктейлями, и придумать не мог лучшего места для гулянки.

Что-то подобное и происходило здесь в половине десятого вечера, когда появился Фред Барлоу.

Тринадцать гостей, семь женщин и шесть мужчин, сидели, лежали в шезлонгах, плавали и прыгали в воду. Возраст участников варьировался от совсем молодого человека, любителя сложных прыжков, до леди средних лет, дальней родственницы Джейн, которая, как считалось, «присматривает» за ходом вечеринки и за которой Джейн самой приходилось постоянно присматривать. Купальные костюмы девушек были самых разных расцветок и моделей. Но все они не страдали от излишней скромности. Некоторые гостьи расхаживали в купальных халатах из толстой махровой ткани, однако среди них не было ни одной девушки с хорошей фигурой.

У Фреда, шагнувшего в это чистое, замкнутое пространство с пикантной атмосферой, голова пошла кругом от звуков. Голоса и эхо: начиная от отзвуков смеха и заканчивая гулкими всплесками воды. Шум ударял в уши.

– Вот бы Тони был здесь, – произнесла тощая, с виду нетрезвая блондинка в халате в голубую полоску.

– Бедняга Тони!

– Тсс!

– Все в порядке. Конни здесь нет. Она осталась у себя.

– Официант! Эгей! Официант!

– Хочешь теперь посмотреть, как я ныряю ласточкой?

– Нет, милый.

– Как же я люблю смотреть, когда молодые люди развлекаются, – сообщила тетушка Джейн. – В мое… ик – прошу прощения, моя дорогая! – в мое время все было совсем по-другому.

Хор голосов и эха накатывал на Фреда. Он особенно остро сознавал, что стоит здесь в уличной одежде. А потом он увидел Джейн.

Она увидела его в тот же миг и пошла к нему. Она была в желтом купальнике. Весьма вдохновляющее зрелище. Джейн только что вышла из воды, и на ней еще была желтая купальная шапочка, которую она стянула, тряхнув волосами, и подхватила с шезлонга халат. К тому моменту, когда она подошла к Фреду, она успела его надеть.

– Извини, я опоздал, – произнес он.

– Что ты сказал, Фред?

– Я сказал: извини, опоздал! – прокричал он, перекрывая гул голосов.

– О! Ничего страшного. Ты же предупреждал, просто я уже подумала, ты совсем не придешь. Ты ужинал?

Он задумался.

– Да. Кажется, да. Сэндвич перехватил. Джейн, я не хочу портить вам веселье, но нельзя ли мне поговорить с тобой наедине?

– Ничего больше не случилось?

– Боюсь, очень даже случилось.

Она засомневалась.

– Ты выглядишь жутко взволнованным, – признала она. – Но не может это подождать пять минут? Почему бы тебе для начала не выпить и не окунуться в воду? Тебе это пойдет на пользу.

Предложение было заманчивым. Ему бы не повредило размяться и расслабиться. К тому же он прихватил с собой купальный костюм.

– Давай! – не отставала она. – Я принесу тебе выпить, пока ты переодеваешься. Раздевалки в том коридоре, через который ты пришел. Увидишь там табличку.

– Ладно.

Переодеваясь, он подумал, что, хотя он скорее худосочный, а вовсе не румяный Аполлон, зато с плечами у него все в порядке и до живота ему еще очень далеко.

Когда он вернулся, Джейн дожидалась его с коктейлем из джина и вермута. Он выпил, и ему стало лучше, еще не совсем хорошо, но он почти ощутил себя человеком. Он произнес отрывисто:

– А где Конни? Здесь ее нет. Я слышал, как кто-то об этом говорил.

– Нет, она не поехала. Она у меня дома – скорее всего, уже легла. Если ты приехал для того, чтобы увидеться с ней, боюсь, тебе не повезло.

– У тебя ее нет, – сказал он. – Мы не знаем, где она. Полиция ее ищет до сих пор.

– Полиция?

– Да. Извини, я отлучусь на минутку.

В бассейне было два трамплина для прыжков, высокий, на верхней площадке лестницы, и еще один почти над самой водой. Фред выбрал низкий и нырнул, чтобы расслабиться. Он ощутил, как скрипнула и хлопнула доска, подбрасывая его, затем полет, открыться, закрыться и снова открыться, а потом пьянящая радость прямого глубокого погружения с вытянутыми ногами, и вода сомкнулась вокруг него.

Вода показалась прохладной и приятной. Он вытянул руки и поплыл сквозь зеленоватые сумерки, ограниченные дрожащими контурами белых плиток. Ощущая умиротворение и едва ли не дремоту, он вынырнул на поверхность и направился к перилам медленными, ленивыми саженками.

Он почти доплыл, когда его ошеломил шум и гам голосов, как будто обрушившихся на него:

– Вот это был прыжок согнувшись!

– Что?

– Да вот то! То, что сейчас сделал этот парень.

Над Фредом нависло пылающее воинственным румянцем лицо, впиваясь в него взглядом.

– Хочешь посмотреть, как я делаю полуторное сальто? – хитро поинтересовался обладатель лица. – С высокого трамплина, – прибавил он.

– Хьюго, – одернула девушка в красном купальнике, – не валяй дурака. Ты свернешь свою глупую шею.

Тот, кого назвали Хьюго, немедленно принялся карабкаться по лестнице на высокий трамплин.

– Полуторное сальто, – объявил он и взмыл в воздух.

Что за сложный маневр он собирался выполнить, вероятно, осталось тайной для него самого и уж точно – для зрителей. Единственный вопрос, возникший у всех, был – хлопнется он о воду лицом или затылком? Долго терзаться сомнениями не пришлось. Он упал лицом вниз с глухим плеском, взметнув такие брызги, что они долетели даже до зеркальных стен. У нескольких зрителей вырвался радостный вопль, тут же сменившийся оцепенелым молчанием.