Чтение онлайн

– Знаешь, это совершенно точно непристойно.

– Ты против?

– Нет. Но если кто-нибудь из отельных служащих заглянет…

– Ха! Да пускай!

Спустя еще пять минут, когда они каким-то образом – каким именно, никто из них не вспомнил – оказались сидящими на плетеной скамье, Джейн высвободилась и отодвинулась.

– Необходимо это прекратить. Сядь вон туда. Прошу тебя! Я серьезно.

– Но если ты…

– Где угодно. Когда угодно, – сказала Джейн. – Всегда. Навечно. Но разве ты не видишь… – Она прижала руки ко лбу. – Я чувствую, что каким-то образом веду себя по-скотски по отношению к Конни. Я понимаю, что на самом деле ничего такого не делаю, но все равно так чувствую.

Это несколько отрезвило их.

– И она сейчас в беде, – продолжала Джейн. – Почему? Только потому, что попыталась защитить отца. Это, между прочим, очень достойно с ее стороны. Фред, мы не можем. Нет, пока она… Нет, сядь туда, где сидел. Дай мне сигарету.

Пачка сигарет лежала у него в кармане купального халата. Пальцы задрожали, когда он вынул пачку и неловко чиркнул спичкой. Ее щеки горели, однако она взяла у него сигарету твердой рукой и прикурила ее.

– Фред, я должна тебе кое в чем признаться. Я могу опознать этот револьвер.

Он потряс спичкой, загасив ее, и бросил на пол.

– Это не значит, – уточнила она, – что я уже опознала его для полиции, но, я уверена, тут никакой разницы. Это «Ив-Гран» тридцать второго калибра, из которого несчастная Синтия Ли пять лет назад пыталась убить Морелла.

Он во все глаза уставился на нее:

– Но ведь эта девушка не стала бы… или как?..

– Нет, вряд ли это сделала Синтия, только потому что револьвер принадлежал ей. Понимаешь, она больше им не владеет. Еще до суда его забрал себе некто Хоули, сэр Чарльз Хоули. Он его «спрятал», добавив к своей обширной коллекции оружия, развешенной на стенах его квартиры, где револьвер никто бы и не заметил.

Она умолкла, обратив внимание, какое странное выражение появилось на лице ее собеседника. Он проговорил болезненно отчетливо:

– Ты сказала – сэр Чарльз Хоули?

– Да.

– Который потом стал судьей? Судья Хоули?

– Именно так.

– Гораций Айртон, когда ездил вчера в Лондон, – произнес Фред, старательно выговаривая слова, – обедал там со старинным приятелем, сэром Чарльзом Хоули, у него дома. Он сам сказал об этом инспектору Грэму вчера вечером.

Наступила тишина.

– Вот же ловкий старый черт! – буркнул Фред, и в этом восклицании прозвучали догадка и восхищение. – Он стянул оружие из квартиры Хоули. Хоули ведь был адвокатом Синтии Ли на том суде, так? Я теперь припоминаю. Неужели ты не видишь, насколько красивая вырисовывается схема? Горацию Айртону плевать, как они там будут пытаться проследить происхождение этого револьвера. Даже если они действительно выйдут на сэра Чарльза Хоули – что вряд ли, – Хоули клятвенно заверит, что револьвер не из его коллекции, что он никогда не видел его раньше, поскольку он не может признаться в незаконном владении вещественным доказательством, незаконно же скрытым в деле Ли.

Фред помолчал, затем прибавил:

– Ловкий старый черт!

– Знаешь, милый, мне даже страшно, что ты догадался.

Он повернулся к ней:

– Но ты ведь больше никому об этом не рассказала?

– Рассказала. Я… я рассказывала доктору Феллу еще до того, как узнала о смерти Морелла. Я описала ему револьвер Синтии.

Она повторила, со всеми подробностями, все, что сообщила накануне вечером доктору Феллу.

– Но я все равно не понимаю до конца, – закончила она, плотнее закутываясь в купальный халат. – Даже если сэр Чарльз не признает оружие, предположим, это сделает кто-то другой. Например, сама Синтия. Или я.

– Ты сможешь клятвенно подтвердить, что этот тот самый револьвер?

– Н-нет.

– Разве защита в деле Ли не утверждала, что такого револьвера вовсе не существует?

– Да.

– Ну вот и все. Синтия не сможет просто так выйти и заявить: «Да, из этого револьвера я стреляла пять лет назад». И ты тоже не сможешь, если только не хочешь подкинуть ей проблем. Сэр Чарльз Хоули же скажет лишь, что вы обе с приветом. Нет. Гораций Айртон защитил себя со всех сторон. Они даже не догадаются никогда, где он раздобыл оружие.

– Но ведь доктор Фелл догадывается, мне кажется.

Фред насупился:

– Если и догадывается, Грэму он об этом точно не говорил. И это еще одна проблема. Если он догадывается, то почему мешкает?

– Вероятно, потому, что все еще не уверен в виновности судьи. Тебе так не кажется?

– После всех этих доводов разума, – ответил Фред, выдержав паузу, – после всех этих доводов здравого смысла – нет, не кажется.

Он поднялся с места. Остановился перед Джейн, глядя на нее сверху вниз.

В ее глазах светилась сумасшедшая радость, рот почти улыбался. Однако, когда он попытался взять ее руки в свои, она отстранилась.

– Не можем мы забыть обо всем этом? – спросил он.

– Нет. Ты сам знаешь, что не можем. Ни на минуту. Нет! Нет! Нет! Я не могу!

– Так долго пришлось искать тебя, Джейн.

– Так много времени у нас впереди.

– Кто знает.

– Почему ты так говоришь? – быстро спросила она.

Черное облако, так и не рассеявшееся с прошлого вечера, дрейфовало, снова окутывая его разум. Но теперь оно, похоже, расползлось, словно пролитые чернила. Оно поглотило его целиком. И ему стало еще хуже, потому что Джейн была так близко.

– Наверное, наступил час исповеди, – сказал он ей. – Так что, вероятно, и мне стоит признаться.

Она улыбнулась:

– Если это о прежних любовных похождениях…

– Нет. Ничего подобного, Джейн. Мне кажется, я вчера вечером мог убить человека.

Плотная и теплая тишина зимнего сада обрушилась на него, словно оглушительный рев. Он стоял, глядя на нее сверху, пристально и без улыбки. Для Джейн, которая была безгранично счастлива, его слова поначалу показались бессмысленными, но затем, когда он кивнул, ее словно ударили в самое сердце.

Она облизнула губы.

– Но не…

– Нет. – Его голос звучал твердо: размеренный, приятный баритон, который умел звенеть от искренности в суде. – Не Морелла. Он точно не на моей совести.

– Тогда кого?

– Черного Джеффа. Я его переехал своей машиной.

Она начала было подниматься, но потом села обратно.

– Бездомного?

– Да. Я кое-что рассказал об этом Грэму сегодня. Однако я рассказал ему не все.

Джейн торопливо наклонилась и раздавила сигарету о мраморный пол. Затем, кутаясь в халат и поджав под себя ноги, она поглядела ему в глаза с самым искренним сочувствием. Первый раз она не смогла понять, что выражает его лицо, она даже как будто испугалась.