Чтение онлайн

Вдова, казалось, готова была уже схватить Сакико за руки, так сильно умоляла. Теперь, когда не осталось никаких секретов, вдове явно стало легче и спокойнее и она осмелилась открыться.

– Было решено, что теперь Кикуко выйдет замуж за сына доктора Ханады. Я думала, что она всю жизнь так и будет висеть у нас на шее, останется одинокой, но теперь и у меня гора с плеч. Я спокойна. Жениху двадцать пять, столько же, сколько и Кикуко, но он, как и его отец, – умелец, несмотря на молодой возраст, и уже имеет хорошую репутацию.

Вдова выглядела очень счастливой и при одном упоминании об этом оживлялась, не в силах усидеть на месте.

Помолвка Кикуко тут же стала известна всему дому. В то время как все, включая служанок, выглядели счастливыми, Кадзуя оставался единственным крайне недовольным. Как Ханада относился к нему с неприязнью, так и он, очевидно, питал к Ханаде те же чувства. Казалось, в его душе бушует неутихающая ярость, словно его сестру похитил некий демон и она была принесена ему в жертву.

Так как Кикуко никогда не задумывалась о свадьбе – как только состоялось предложение руки и сердца, на нее свалилось множество забот. Ведь она ничего не приготовила к замужеству заранее, как положено девушкам ее возраста. А раз она занялась покупками для своего приданого, то, естественно, и воровать тоже не забывала. Поэтому в общей сложности ей удалось вынести столько вещей, сколько хватило бы на приданое для трех невест. Что уж тут говорить. Раз мать и дочь орудовали вдвоем, подпольные покупки собирались куда быстрее, да и дорогих вещиц становилось больше. Пока во внутренних комнатах комоды забивались кимоно, в амбаре тайно пополнялся набор еще более дорогих свадебных нарядов и украшений.

День свадьбы Кикуко приближался. Ее лицо все больше сияло. Она словно преобразилась, и в ней вдруг стремительно и необычайно расцвела женственность, теперь ее переполняла свежая прелесть, привлекающая взгляды и сердца. Сакико тоже невольно очаровалась ее красотой и, словно заколдованная, испытывала радость. Однако стоило ей подумать о проклятой крови, как одолевали грусть и печаль, становилось невыносимо тяжело.

И тогда Сакико смогла понять Кадзую, который один-единственный отворачивался от общего ликования и бросал на сестру пристальный циничный взгляд. Что за зрелище: счастливая невеста, в жилах которой течет такая кровь. Как не ощутить в этом страх и мрак? По какой причине доктор Ханада решил взять Кикуко в невестки, зная, что в ней течет такая кровь? Неужели он – действительно человек с безмерно широким и добрым сердцем, несмотря на всю его грубую беспардонность? Или, быть может, он обладает сердцем дьявола, как подозревал Кадзуя, тогда что же задумал этот Ханада и чего он добивается, получив Кикуко в качестве невестки? Если поразмыслить, вся эта история казалась слишком странной, мрачной, совершенно выходящей за рамки человеческого понимания. И впрямь ничего толком не понятно. У Сакико болезненно сжималось сердце: только бы ничего плохого не произошло. Тем временем в ее утробе тоже росла новая жизнь, и день, когда этому ребенку предстояло появиться на свет, постепенно приближался.

Это был один из суматошных дней в доме Асамуси – до свадьбы оставалось всего десять суток.

В саду семьи Асамуси в Сироганэ находился обрыв высотой пятнадцать с лишним метров от подножия. Двое мужчин упали с него прямо на глазах у людей, которые работали внизу. Судя по всему, погибшие сорвались вместе – за ними с грохотом полетели несколько обломков скалы. В саду дома у подножия как раз шли работы, там сложили множество больших камней, потому падение оказалось смертельным. Когда люди поспешили на место, было слишком поздно, чтобы вызывать врача – оба мужчины уже не дышали. Чтобы добраться с докладом в дом семьи Асамуси, представляющий собой большой особняк более тридцати трех тысяч квадратных метров, с самого низа до верха требовалось пройти длинную дорогу по спирали. Когда наконец в семье Асамуси получили весть и поспешили на место, выяснилось, что погибшие – доктор Ханада и Ногуса Цусаку.

Ханада был с обеда пьяный. И тогда пришел Ногуса. Хотя Ханада выпивал, Ногуса, человек крайне осторожный, не притронулся ни к чаю, ни к сладостям. При странном стечении обстоятельств, баловавшийся в доме с фотоаппаратом Кадзуя вытащил этих двоих в сад и начал их фотографировать. Пока они позировали на широкой площадке, пьяный Ханада что-то произнес, и у них с Ногусой завязалась словесная перепалка. Когда Кадзуя закончил съемку, он оставил спорщиков в саду и поскорее вернулся в дом. А эти двое, похоже, отправились к вершине скалы и оттуда, вероятно, споткнувшись, рухнули.

Тут ничего и не скажешь: поругались, упали с высоты и разбились насмерть. Однако проблема все же возникла: домашнего адреса Ногусы никто не знал. В доме Асамуси не нашлось никого, кто имел бы представление о его месте жительства. Когда спросили вдову, та сказала, что он никому не называл своего адреса, да и она сама забывала спросить. Из кармана Ногусы выпал шелковый сверток с денежными купюрами на сумму тысяча иен – сотня аккуратно сложенных десятиеновых бумажек, завернутых в тонкую японскую бумагу. То, что они не лежали в кошельке, наводило на мысль, что это особые деньги: либо предназначенные для кого-то, либо от кого-то полученные. В местной полиции подозревали, что тут что-то нечисто, но удовольствовались тем, что падение явилось результатом перебранки. Оставалось только ждать появления каких-нибудь родственников или знакомых, которые забрали бы мертвое тело Ногусы.

Увидев заметку в газете, за телом пришла его жена. Это была молодая красавица тридцати двух-тридцати трех лет, явно в прошлом работавшая в увеселительных заведениях или барах. Она держалась высокомерно и самоуверенно.

– Странно, знаете, у него была привычка повторять, что его могут убить.

– А он не сообщал, кто может это сделать?

– Точно не знаю, но он говорил, что этот доктор его недолюбливал, мол, рядом с ним опасно даже чай пить.

– Если так, то все сходится. Он поссорился с доктором и сорвался насмерть со скалы. Доктор тоже умер, так что тут остается смириться.

– Вот как… – С этими словами жена забрала тело и ушла.

Но на следующий день она вновь заявилась в участок, а с ней – старушка и молодой парень лихого вида лет двадцати двух-двадцати трех. Старуха оказалась первой женой Ногусы, а парень – его сыном. Во времена, когда Ногуса был слугой в доме Асамуси, он жил вместе с женой и старшим сыном в небольшом флигеле на территории усадьбы. Когда же предыдущий хозяин дома внезапно скончался, он покинул службу, бросил семью и исчез в неизвестном направлении. Спустя несколько лет, когда удалось разыскать дом Ногусы, выяснилось, что тот разбогател. Старушка заставила его сжалиться и выпросила тридцать иен в месяц, а затем выбила и все пятьдесят. От чего Ногуса разбогател, старушка не знала, но когда после его смерти она встретилась с его нынешней вдовой, то узнала, что Ногуса накопил деньги вовсе не честным трудом. Он, ничего не делая, получал по тысяче иен в месяц. Обыскав дом, они поняли, что никаких банковских вкладов, похоже, у него нет, так что стало очевидно, что ежемесячная тысяча иен поступала от семьи Асамуси. Вдова до его смерти ничего не знала о связи с семьей Асамуси, но у прежней жены догадки были. Старший господин умер при странных обстоятельствах. Ногуса на удивление умел держать секреты и не проболтался прежней жене ни о проказе, ни о самоубийстве, но подозрительная обстановка в доме с самого начала наводила на мысль, что здесь происходит что-то не предназначенное для чужих глаз.

Удивительно, что на протяжении пяти лет ему удавалось зарабатывать шантажом по тысяче иен в месяц, и неважно, насколько богатой была другая сторона: видимо, она обладала каким-то чрезвычайно важным секретом. Вернее всего предположить, что его убили: ведь никто бы не захотел оставлять в живых того, кто хранит такую большую тайну. А поскольку она касалась внезапной смерти прежнего хозяина, неудивительно, что ею мог владеть и приходящий врач. Двое державших в руках такую тайну могли, по человеческой слабости, попытаться устранить друг друга, ведь каждому хочется в одиночку пожинать плоды шантажа. Но если взглянуть с позиции семьи Асамуси, то, устранив обоих, они избавлялись от проблемы единым махом. Сынок Ногусы, смышленый паренек, насторожился, что вслед за людьми со скалы отломились и упали несколько камней. Он заявил: «Скала же не сахарная. Какой бы ни оказалась потасовка двух людей, оползня от этого не случится. Да и я, между прочим, укладчик: стоит мне глянуть на склон, и все ясно как день». Утес, на котором высился дом Асамуси, был тщательно выложен камнями. А при такой конструкции, если человек поскользнется и упадет с обрыва, камни не обрушатся вместе с ним. Значит, кто-то явно вмешался. Подозревая это, они втроем и отправились в полицию.

– Однако как хорошо они постарались: прямо-таки идеально устроили, чтобы эти двое встали на специально подготовленные камни, – рассмеялся полицейский. – Разве не ваш папаша-негодяй вымогал деньги у Асамуси? Как у вас хватило смелости выйти с таким заявлением! Вас послушать, так это семья Асамуси, у которых вымогали деньги, самые главные злодеи, а шантажировать их – само собой разумеющееся дело.

С этими словами их выпроводили вон.

И тогда старший сын Ногусы задумался. А ведь полицейские тоже дело говорят. Просто так схватить злодея – копейки не получишь, а если обладать секретом дома Асамуси, то каждый месяц можно без проблем иметь по тысяче иен. Где еще такое перепадет? Может, поначалу придется немного повозиться, но как только секрет будет в твоих руках… Пять лет назад отпустили старых слуг, поэтому, если разыскать их, наверняка получится что-нибудь выведать. Необязательно при этом знать все досконально, стоит назваться сыном Ногусы, как даже один легкий намек заставит Асамуси затрястись и выложить хорошенькую сумму. Таков был хитрый план сына Ногусы.

Тогда он начал искать следы, хватаясь за туманные подсказки вроде воспоминаний матери о таких людях, как Оцуки-сан из Йокогамы, Окин-дон из деревни Ягути округа Эбара, еще какой-то человек с родины семьи Асамуси, и других. Наскребя денег на дорогу, он объехал все вокруг; его хитрый ум пришелся кстати, так что уже через десять дней ему удалось разведать некое общее содержание секрета.

Бывший хозяин Асамуси страдал от проказы, сошел с ума и покончил с собой. Выдать это за простую смерть от болезни помог доктор Ханада. А значит, несомненно, и Ханада занимался вымогательством. Все больше и больше он склонялся к тому, что его отец и Ханада убиты семьей Асамуси. Если получится найти доказательства, то разговор пойдет уже не о тысяче иен в месяц. Так можно будет с легкостью заполучить половину огромного состояния семейства. Он довольно усмехнулся тому, как огромная удача сама свалилась на него с неба, и вознамерился во что бы то ни стало раздобыть новое подтверждение убийства, но понял, что человеку со стороны, да еще без связей и опыта, самому не справиться. Он на свой страх и риск ворвался в дом Асамуси и разразился бранью, но вдова быстро его осадила: