Чтение онлайн

– Большое вам спасибо, Эдди. Кейт, вы были просто великолепны, – сказал он.

– Мне нужна еще одна небольшая любезность, Эл, – сказал я.

– Все, что угодно.

– Есть одна дама, ее зовут Маура, которая собирается прислать вам свое резюме. Она секретарша, причем чертовски хорошая. Возьмите ее на работу.

– Вы ее знаете?

– Не так чтобы особо хорошо… Еще совсем недавно она работала у Кастро, но уволилась. Не смогла его больше терпеть.

– Если вы ее не знаете, то зачем стараетесь ради нее?

– Потому что это просто по-человечески, Эл. Каждому иногда нужна небольшая помощь со стороны совершенно посторонних людей.

Лифт звякнул, и из него вышли два человека – Блок и Кастро. Они не разговаривали между собой. Я думаю, Кастро был все еще немного раздосадован и подавлен произошедшим, а Блок молчала просто по своему обыкновению.

Эл и его помощники ушли, прихватив с собой Джона и Элисон.

У меня все еще были дела, требующие внимания.

Кастро сам подошел к нам.

– Руби под стражей, – сообщил он.

– Ну вот и отлично. Детектив Чейз оказался лучше, чем я думал. Я хочу попросить вас еще об одном одолжении. Сегодня же вытащите Алтею из тюрьмы и оформите ее родне документы, узаконивающие их пребывание в США. Это меньшее, что вы можете сейчас сделать. Да и для пиара полезно. Плюс это может помешать Алтее подать в суд на город.

– Я просто ненавижу вас, Флинн… Хотя вы ведь и так это знаете, верно?

– В этом вы присоединяетесь к уже довольно многочисленной группе единомышленников.

Он повернулся ко мне спиной и гордо удалился. А я спросил у Блок:

– Ты получила мое сообщение?

Она кивнула, сунула руку в карман джинсов и вытащила оттуда упаковку «Джуси фрут».

– Заодно и твою машину проверила. Как ты и просил. Нигде никаких устройств. Даже в бензобаке, – сказала она, передавая мне ключи.

– А лобовуху заодно не протерла?

Блок лишь приподняла бровь.

Я глянул на часы. Было уже около полудня.

– Ну ладно, пора бежать. Кейт, не дашь мне страничку из твоего блокнота?

Она как-то странно посмотрела на меня.

– Ты хочешь сказать, что и вправду собираешься что-то записать? Это что-то новенькое…

Она вырвала страницу, протянула мне одну из своих ручек.

– Постой здесь, – бросил я и побежал к лифту.

По пути вниз я нацарапал на листке из блокнота четыре слова. Крупными буквами.

Бросил в рот пластинку жевательной резинки.

Глянул на часы.

11:58.

Двери лифта открылись в вестибюль, и я побежал к выходу. Который представлял собой стену из небьющегося стекла – две большие панели по обе стороны от двустворчатых дверей.

Впереди меня к выходу из здания двигались еще два-три человека.

Солнце проникало сквозь стекло, заливая золотистым светом вестибюль, выложенный выцветшей плиткой. Мгновение я стоял в этом свете. Тяжело дыша, но не от бега. От адреналина.

Невольно сжав кулаки. Крепко сжав зубы.

Потом подошел к панели из сплошного стекла и встал перед ней. Вынул изо рта мягкий комок жвачки, прилепил к середине листка и прижал к стеклу.

Страница прилипла.

Затем я развернулся на каблуках и отошел в сторону кофейни, расположенной на первом этаже. Мне сейчас позарез требовался кофе. Это был еще один долгий день.

Вечером мне предстояла встреча с Бьюкененом. Дабы поставить все точки над «i» с «Достойнейшими Нью-Йорка». Либо я сегодня же уйду с места этой встречи своими ногами, либо через пару дней меня вынесут оттуда в пластиковом мешке для трупов.

И я ничего не мог с этим поделать.

Надо было со всем покончить. Так или иначе.

Ангел держал Флинна на прицеле. Палец его лежал на спусковом крючке, тело было совершенно неподвижно.

Но Флинн не хотел рисковать.

Он быстро смешался с плотной толпой, как только вылез из «Ацтека», и оставался в ней до тех пор, пока не вошел в здание суда.

Неприятно, но будет еще один шанс. Даже получше.

Когда Флинн выйдет из здания суда, то направится в сторону стрелка. Это оптимальные условия для стрельбы. С таким же успехом этот адвокат может стоять совершенно неподвижно, держа в руках мишень.

Ангел стал ждать. Он был в этом деле настоящим мастером.

Тикал час за часом, и в конце каждого из них на башне начинал звонить колокол. Ангел был рад, что захватил с собой защитные наушники. Без них он попросту рисковал оглохнуть. Если Флинну случилось бы выйти из здания суда ровно в начале очередного часа, то звона этого колокола было бы достаточно, чтобы Ангел отказался от выстрела.

Но только не в наушниках.

Он выпил воды и продолжил наблюдать за выбранной точкой.

Ждать.

Перекрестье оптического прицела так и не сходило с выхода из суда – стеклянной стены с двумя дверями по центру. Придется немного выждать, пока Флинн не окажется на открытом пространстве.

Почти полдень.

И вот он там наконец. Направляется к выходу.

Ангел дышал медленно, стараясь унять возбуждение. Успокаивая сердцебиение. Перед выстрелом ему требовались полнейшее спокойствие и неподвижность.

Флинн стоял в вестибюле. Это определенно был он.

Ангел все ждал. Спешить с выстрелом не было смысла – в остальном все было просто идеально. Солнце располагалась у него за спиной. На здание суда падал резкий свет. Флинн стоял словно в лучах прожекторов.

Что же он там делает? Просто стоит, словно чего-то ждет…

Что-то останавливало Ангела от выстрела. В первую очередь толстое ударопрочное стекло. Пуля, скорее всего, пробьет его, но на таком расстоянии ее может увести в сторону. Запустить кувырком. Ангел уже видел, как такое случается. Нельзя было рисковать тем, чтобы опять промазать мимо цели.

Наконец Флинн двинулся к выходу.

Ангел чуть сильней придавил спусковой крючок.

И тут Флинн вынул что-то изо рта, прилепив это к листку бумаги. Прихлопнул этот листок к стеклянной стене здания суда изнутри и быстро вернулся в вестибюль, подальше от дверей.

Что за…

Ангел чуть сдвинул прицел. Навел его на листок.

Там было что-то написано.

Сердце у Ангела словно остановилось.

Он инстинктивно повернул голову.