Чтение онлайн

– Нет, – твердо отказалась Эмма.

– Но… – покачал головой он.

– Патрульных снаружи хватит. Как только вы закончите, я бы попросила всех покинуть мой дом. – Слова девушки звучали тихо, но решительно.

Майк покосился на напарника, откашлялся и отступил назад.

– Конечно. Мы скоро уйдем. Я оставлю свой домашний и мобильный номер телефона. Можете звонить в любое время дня и ночи.

– Спасибо, детектив Келлог.

– Майк.

– Майк. – Эмма едва заметно, но искренне улыбнулась. – Вам больше ничего от меня не нужно? Я бы хотела переодеться. – Она плотнее запахнула на себе халат. – Собиралась принять ванну, когда… – Ее взгляд метнулся к кофейному столику с разложенными на нем фотографиями.

– Еще пару вопросов, если можно, – вежливо сказал Майк. Эмма кивнула. – В этот раз посланий два. Одно – лично вам, и другое – к снимкам. Вы их читали?

Она резко вскинула голову.

– Только то, что написано на обороте фотографии. Это цитата про злословие.

– Она о чем-то вам говорит?

– Если не считать прямого предупреждения не лезть в чужие дела? Потому что он знает, кто я и где живу? – Эмма невесело усмехнулась. – Кажется, это Байрон. Только не помню, какое произведение, – не слишком глубоко изучала его творчество, простите.

– Ничего. А второе послание вы не прочли? То, что касается фотографий?

– Нет. – Она заметно вздрогнула. – Я не смотрела их после… после того как поняла, что это такое.

– Ничего, – ровным тоном повторил Майк. – Думаю, вторая строка – тоже цитата. Она может подсказать, почему убийца обратил внимание на… Оливию. И помочь выяснить, где она сейчас. – Он замолчал, дождался кивка Эммы и зачитал: «Задушите ее в кровати, в той самой кровати, которую она осквернила» [155] . – И прокомментировал, посмотрев на Иэна: – Более прямолинейно, чем прошлые. – Затем вновь обратился к ней: – Вам о чем-то это говорит?

– «Отелло», – прошептала Эмма, закрывая глаза.

– Что?

– Это произносит персонаж пьесы Шекспира Яго, прежде чем… – Она замолчала, глядя на свои стиснутые кулаки. – Думаю, это цитата из «Отелло».

– Ясно, мы проверим. – Майк вздохнул и устало потер лицо. – Нужно, чтобы вы явились завтра в участок и дали официальные показания. Благодарим за помощь. – Не говоря ни слова, Эмма встала и вышла. Иэн уже собирался за ней последовать, но напарник дернул его за руку: – Давай я угощу тебя выпивкой. Думаю, мы оба заслужили.

Иэн понимал, что нужно принять приглашение, но лишь покачал головой.

– Нет, спасибо. Если она не хочет меня видеть, ничего страшного. Я послежу за домом из машины.

– Ты… – Майк положил ладонь на грудь напарника и предупредил: – Ты вот-вот пересечешь очень опасную черту, Картер. У нас уже три жертвы. Убийца повышает ставки. Раньше между находками было шесть дней, теперь же, если Эмма права, он расправился с новой девушкой меньше чем за двадцать четыре часа после ее похищения. Меньше времени, меньше планирования – в этот раз он мог допустить ошибку. Нам же никак нельзя этого делать.

– Я понимаю. Правда. Просто… Мне нужно убедиться, что Эмма в безопасности. Я не могу… – Иэн осекся, не в состоянии озвучить эмоции, которые и сам не сумел бы определить.

– Иисусе, – вздохнул Майк и взъерошил волосы: из-за этой привычки они уже торчали дыбом. – Послушай, Бойскаут, я не понимаю, что творится между вами двумя. Но сегодня ты должен оставить ее в покое. Она не Зоя Тернер. И не твой второй шанс все исправить.

– Все не так… Она… – Иэн замолчал. – Дело не в Зое.

– Нет. И не в тебе. И даже не в ней. – Майк указал в сторону Эммы. – А в трех убитых девушках. И в поимке преступника, который снова нападет, если мы его не остановим. – И он зашагал к двери.

Иэн поспешил нагнать его. Напарники молча покинули дом и разошлись по машинам. Келлог тут же завел свою и вырулил на вечернюю улицу, тогда как Иэн посидел еще несколько минут, прежде чем запустить двигатель и медленно отъехать от обочины. Затем развернулся на пустой дороге и снова припарковался с другой стороны так, чтобы видеть и крыльцо, и тропинку к черному ходу. В окнах, которые, судя по внутреннему расположению помещений, относились к спальне, за занавесками возник силуэт. Иэн ждал, что Эмма выглянет наружу, но шторы так и остались задернутыми.

– Подонок, – пробормотал он, поднимая воротник и устраиваясь поудобнее.

Эмма проследила, как Иэн припарковался напротив дома, но не ощутила даже намека на гнев. Где-то среди всего хаоса происходящего сохранилось эхо яркого вечера с флиртом, шампанским и яблочным пирогом. И частью его был детектив, напомнила она себе. Возможно, для него эти моменты еще не потускнели. Эмма ощутила внезапный порыв подбежать к его машине и предложить начать все заново: вернуться к тому ужину с пастой, которую так и не удалось попробовать. Чтобы, потягивая вино, обратить внимание не на фотографии с места преступления, а на один из романов Рэймонда Чандлера. И чтобы свидание завершилось поцелуем. Затем перед внутренним взором всплыло безжизненное, обмякшее лицо Оливии. Эмма представила, как Иэн склоняется над телом убитой студентки, обыскивая складки темно-зеленого бархата с профессиональной отстраненностью, чтобы установить причину смерти. Вновь подступила истерика, с которой Эмма боролась весь последний час.

Она задернула шторы, отсекая свет вечернего солнца, желая оказаться в темноте. Потом зарылась лицом в подушку и позволила вырваться крику, хриплому и резкому, пока не почувствовала внутри пустоту и истощение. Выбранное ранее платье так и лежало на кровати. Через силу Эмма переоделась, взяла потрепанный томик «Доводов рассудка» и устроилась на постели, надеясь раствориться в истории со счастливым концом. Сокращавшийся осенью световой день с готовностью принес темноту, в которой не хотелось оставаться одной.

Спустя час Эмма сдалась. Она никак не могла сосредоточиться на знакомых словах, мысли постоянно возвращались к Оливии, и в этот раз действия персонажей не сумели помочь удержать мир на поводке. Она отложила книгу и потянулась к телефону. Поняла, что его нет на привычном месте на прикроватной тумбочке. Пришлось встать и пошарить в карманах сброшенного халата. Не обнаружив гаджет и там, Эмма прокралась по коридору, споткнулась о забытые туфли на шпильках, включила свет и быстро осмотрела кухню и гостиную, нигде не найдя телефон. Затем кинула быстрый взгляд на кофейный столик, над которым словно призрак витало воспоминание о лежавших там фотографиях. Теперь там было пусто, как и следовало. Сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться, Эмма заставила себя мысленно отмотать назад события вечера. Она взяла конверт, прошла к дивану, потом… – вдох-выдох – …потом вернулась на кухню за телефоном, позвонила Иэну – не думать о нем. Далее связалась с Майком. Приехал офицер. Она… Проклятье, она передала трубку ему – поговорить с детективом Келлогом. Оставалось надеяться, что полицейский не забрал с собой телефон. Хотя нет…

Эмма подошла к огромному креслу возле окна и увидела то, что искала, среди подушек. Она посмотрела на экран и уставилась на пропущенные вызовы от Найалла, без особого любопытства гадая, зачем он пытался с ней связаться. Неужели полиция уже расспрашивала его, пытаясь подтвердить слова Эммы? Понимая, что нужно позвонить ему – а также Кэролин, – она после секундного колебания нашла номер Рори.

Тот ответил сонным голосом после третьего гудка:

– Эм? Сколько сейчас времени?

– Рори…