Чтение онлайн

– Вот это моя девочка, – сказал Эдмунд, наблюдая, как юная Лори скачет верхом на своем младшем брате.

Он уже собирался заняться мастурбацией, когда звуки слайд-гитары Речника разнеслись эхом, проникая из одного измерения в другое, заставив видение прошлого Лори рассеяться. Эдмунд отступил назад и снова оказался в лесу, вокруг которого сгущалась краснота. Небо теперь было покрыто волдырями и струпьями. Музыка продолжалась в хлестком ритме, бум-чика-бум южного блюза на полную катушку. Вопли умирающих женщин сопровождали ее, создавая жуткую симфонию, от которой ему стало щекотно. Все жертвы Эдмунда пели ему серенаду одновременно, каждый крик, каждое рыдание и каждая мольба о пощаде отдавались в них черным шквалом. Сердце Эдмунда бешено колотилось, а на глаза навернулись слезы радости. Он непроизвольно кончил и прикусил внутреннюю сторону щеки, просто чтобы почувствовать вкус крови.

Закрыв глаза, Эдмунд впитывал все это в себя.

– Это так прекрасно, – сказал он.

Глаз Лори завибрировал у него в кармане. Эдмунд достал сверток, развернул и положил глаз в рот, развернув так, чтобы его любимая могла видеть все, что видел он. Он продолжил подниматься по склону. У глазного яблока его любимой был привкус соли и гнили, напомнивший Эдмунду о том, как он вытащил глаз из ее черепа и провел языком по слезящейся глазнице. Он двигался сквозь клубы дыма, которые становились все гуще по мере того, как он поднимался выше. Деревья склонялись, создавая навес из переплетенных ветвей. Когда Эдмунд пригляделся, он увидел, что они переплетены с отрубленными конечностями мертвых женщин. Все они были тонкими и пожелтевшими, ногти на руках и ногах потрескались, лак облупился. Некоторые пальцы были ободраны, когда он, как бешеный пес, обгладывал их до костей.

Подъем становился все круче, но боль в коленях здесь Эдмунда не беспокоила. Даже старая рана на шее от пули исчезла. Вся боль, которую он испытывал на протяжении всей своей жизни, больше не существовала. Эдмунд был вознесен во владения Речника. Все было хорошо.

Добравшись до вершины, Эдмунд встал на утесе, как первопроходец, завоевывающий новые земли. Он вынул глаз Лори изо рта, запрокинул голову и победно рассмеялся. Стоя перед полуразрушенной хижиной, Эдмунд подержал глаз, чтобы Лори могла увидеть ее еще раз.

– Приятно навестить старых друзей, – сказал он.

Но вовсе не к дружбе он стремился.

Эдмунд подошел к почерневшей лачуге. Она была такой, какой он ее помнил: черепа вымерших животных, прибитые гвоздями к прогнившим доскам, ветряные колокольчики из бечевки и крошечные кости, свисающие с крыши. Ветки деревьев были связаны пыльными шнурками от ботинок и рыболовной леской – получились безумные фигурки, похожие на сломанные пугала. Аромат горелого мяса сочетался с отвратительным септическим зловонием. Крыша, казалось, покосилась, а дымоход осыпался, но Эдмунд знал, что хижина никогда не рухнет, а только останется потрескавшейся и осевшей навечно. На фоне красного света хижина казалась черной как смоль, как бревенчатая лачуга в лагере угольщиков. На крыльце, словно подношения, были разложены туши экзотических лесных существ, как будто они совершили самоубийство в честь того безбожного ужаса, который таился внутри. Жужжали слепни. Было слышно карканье птиц-падальщиков, но они скрылись из виду. Музыка и крики прекратились. Внизу слышался только ровный рокот реки.

Эдмунд выглянул из-за края обрыва. Лощинная река оставалась кровавым ручьем, бурлящим в багровом устье, уходящем в небытие. На нагромождении камней на берегу внизу распростерлось раздутое женское тело. Конечности были искривлены и переломаны, фиолетовые от синяков и начальных стадий разложения. В одной руке был костыль.

Из-за деревьев донесся детский голосок:

– Сестрен…

Эдмунд улыбнулся. Он поднял глаз Лори, чтобы она могла полюбоваться видом.

– Чего не сделаешь ради любви, – сказал он. Затем направился в хижину.

У мертвеца была только одна нога.

Джун озадаченно уставилась на труп. Кит выключил мотор и замедлил ход лодки, чтобы они могли рассмотреть тело получше.

– Работа Кокса? – спросил Гэри.

– Нет, – ответил Кит. – Судя по виду этого парня, я бы сказал, что он здесь уже давно.

– А где его нога?

Кит раздраженно вздохнул.

– Откуда, черт возьми, мне знать?

– А что, у Кокса был пунктик насчет ног?

– Иногда ноги, иногда другие части тела. Но он всегда забирал их у женщин, а не у стариков. Кто знает, что случилось с этим бедным сукиным сыном? Что меня интересует, так это лодка и то, как она сюда попала.

Лодка стояла на берегу возле скопления камней, наполовину затонувшая и разбитая, рядом с трупом. Джун подумала, не принадлежала ли она покойнику, но у нее возникло ощущение, что Эдмунд забрал судно для собственного путешествия. Однако Кит был прав. Если Эдмунд убил того мужчину, то он, должно быть, сделал это в самом начале недели. Личинки уже обрели себе пристанище. Кит также был прав, когда сказал, что Эдмунд был близко. Джун не была уверена, была ли это хижина Эдмунда на утесе, но в любом случае чувствовала его присутствие – или ей нравилось думать, что чувствовала. Она ни в чем не была уверена. Никогда. Это была одна из причин, по которой она приехала сюда.

Джун также намеревалась совершить это путешествие самостоятельно. Кит и Гэри были нежеланным дополнением, и теперь, когда они были близки к Эдмунду, она еще меньше хотела их присутствия. Кит хотел задержать Эдмунда, а Джун не могла этого допустить. Если его отправят обратно в тюрьму, это все испортит.

Ей нужно было добраться до Эдмунда раньше, чем это сделают остальные. В противном случае Джун пришлось бы самой позаботиться об этих двоих. Возможно, она смогла бы отобрать у одного из них оружие, но это казалось слишком рискованным. Уверенная, что сможет подняться по склону быстрее мужчин, она решила, что лучше всего будет улизнуть тайком. Ей просто нужно выбрать подходящее время. К счастью, долго ждать не пришлось.

Увидев другую лодку, Кит убедился, что Эдмунд причалил к берегу именно здесь.

– Мы поднимаемся.

Плечи Гэри поникли.

– Кит…

– Не начинай. Я сказал, что мы поднимаемся – прямо сейчас.

– Эй, – сказал Гэри, – я не обязан выполнять твои приказы.

– Я представитель закона. Не забывай об этом.

– Да ладно тебе, Кит! Не размахивай передо мной своим жетоном. Не здесь. Не сейчас.

– Я не позволю тебе здесь остаться, – сказал Кит. – С тех пор как мы оказались на реке, у тебя руки чешутся свалить. Ты, скорее всего, угонишь лодку и бросишь нас здесь.

– Если бы у тебя была хоть капля здравого смысла, мы бы все уже вернулись.

– Я преследую убийцу, Чатмон.

– Чушь собачья. Ты гоняешься за тенями. В этом месте обитает большее зло, чем Эдмунд Кокс. Оно повсюду вокруг нас, Кит. Открой глаза.

Пока мужчины спорили, Джун поднялась по склону. Белые ивы, казалось, раздвинулись перед ней, как занавеси. Она отошла назад, наблюдая за мужчинами. Лодка волновала ее не так, как их. Джун не собиралась возвращаться тем же путем, каким пришла; она планировала двигаться вперед, добиться цели – возможно, впервые в жизни.

Все изменится, когда она найдет Эдмунда.

Остальное не имело значения.

По телу Кита пробежала волна негодования.

Гэри Чатмон был идиотом. Брать его с собой было ошибкой. Зачем ему вообще понадобился этот мудак? Полезность Гэри давно иссякла. Теперь он был просто занудой и обузой, если не угрозой для розыска.

– Ты чертов слабак, ты это знаешь? – сказал Кит. – Мы так близко к Коксу, а ты хочешь свалить.

Гэри уставился на него как на сумасшедшего.