Чтение онлайн

– Не волнуйся. Не нужно себя ругать. Пойдем, вернемся в административный корпус.

С этими словами Яо Шухань протянула руку, желая успокоить съежившуюся на ветру Фэн Лукуй, однако, едва не коснувшись ее груди, вспомнила, что только что прикасалась к трупу, и тут же отдернула ладонь.

– Со мной правда все в порядке. Я больше беспокоюсь о Гу Цяньцянь.

– Боишься, что полиция может заподозрить ее в убийстве? Ведь у них действительно недавно был конфликт, так что это вполне возможно…

– Даже если бы они не ссорились, она все равно бы стала винить себя в случившемся. После появления слухов о том, что У Гуань не ночует дома, она корила себя за то, что те распространились, полагая, что причастна к этому. Если бы можно было с самого начала дать У Гуань шанс исправиться, то все не окончилось бы таким искуплением. А теперь тот шанс и это искупление разделяет целая жизнь.

– Гу Цяньцянь просто исполняла свои обязанности, не более того. Что толку сейчас от банальных любезностей? Нам остается только надеяться, что полиция как можно быстрее во всем разберется. И если в конце концов выяснится, что к смерти У Гуань тем или иным образом привело выселение из общежития, то нужно будет постараться всеми силами убедить Гу Цяньцянь смириться с таким исходом. Я уверена, что ты с этим справишься.

– Хотела бы я быть столь же уверенной, – прошептала Фэн Лукуй, склонив голову. – Смерть человека – это настолько тяжелое событие, что даже одна сотая, одна десятитысячная процента ответственности за нее – это уже слишком.

Пятнадцать минут спустя две полицейские машины въехали на территорию кампуса и остановились перед крытой галереей. На место преступления прибыли шестеро полицейских в сопровождении школьной охраны. Четверо из них несли оборудование – должно быть, то были техники-криминалисты. Единственная женщина (около тридцати лет) начала снимать место преступления на фотоаппарат, прежде висевший у нее на груди. После нескольких ослепляющих вспышек четверо техников-криминалистов достали оборудование и приступили к сбору отпечатков пальцев, следов обуви и крови. Женщина-полицейский продолжила работу.

Шестой полицейский-криминалист средних лет был самым старшим из прибывших. Его телосложение несло на себе неотвратимый отпечаток судьбы почти что каждого китайца мужского пола: лысеющую макушку и раздутый пивной живот. На загорелом лице вокруг глаз образовались массивные мешки и глубокие морщины в уголках, которые, словно при передаче эстафетной палочки, соединяли переносицу с седеющими висками. Отдав распоряжения остальным, он направился к Яо Шухань и Фэн Лукуй. Он был немногим выше последней, однако низко опустил голову, глядя на них исподлобья. Его взгляд был не столько злым, сколько деловым и равнодушным.

– Это вы обнаружили тело?

Фэн Лукуй коротко кивнула.

– Сегодня выходной, что вы делали на территории школы в такую рань?

– Я председатель учсовета этой школы, Фэн Лукуй. – Она решила сперва вежливо представиться. – Недавно от учащихся я узнала о трагическом случае, произошедшем в школе пять лет назад: школьный работник обнаружил здесь тело ученицы. Кроме того, то утро было очень похоже на сегодняшнее – снегопад как раз прекратился, поэтому мы хотели воспользоваться данной возможностью, чтобы осмотреть место происшествия и попытаться восстановить картину произошедшего, но никто не мог и представить…

– …что здесь вновь произойдет убийство?

– Да.

Фэн Лукуй постоянно выступала с докладами перед всей школой, в присутствии как учеников, так и учителей. Перед незнакомым человеком она, напротив, была крайне сдержанна. Завышенная самооценка позволяла ей показывать свои слабые стороны только хорошо знакомым людям.

– Значит, это и есть заведующая библиотекой…

В этот момент Яо Шухань внезапно заговорила:

– Офицер Хун, не ожидала вновь встретиться с вами здесь. Вы меня помните?

– Помню. Как можно забыть? – Офицер Хун нахмурился. – Не думал, что по прошествии стольких лет ты все еще здесь. Хотя спустя пять лет твое положение изменилось.

– Учитель, вы знакомы?

Офицер Хун ответил вместо Яо Шухань:

– Убийство Тан Ли тоже расследовал я. В то время твоя учительница доставила нам немало хлопот. Мой подчиненный несколько раз хотел арестовать ее за препятствование следствию.

– Что же вы натворили, учитель?

– Приставала к полицейским с расспросами, подглядывала в отчеты после того, как заканчивался допрос свидетеля, лежала под дверью и подслушивала наши разговоры. Мы ничего не могли с ней поделать.

– Могу себе представить, – заговорила Яо Шухань. – Офицер Ван не с вами? Это ведь он тогда хотел меня арестовать.

– Он больше не появится на передовой. – Складка между бровями офицера Хуна стала еще глубже. – В позапрошлом году он получил ранение во время несения службы, которое привело к инвалидности. Хотя он и хотел вернуться…

– Ясно, – подавленно произнесла Яо Шухань.

В это время полицейские унесли тело У Гуань и сложили брошенное рядом с ним орудие убийства в пакет для улик. На земле остался лишь обведенный мелом контур тела.

– Не будем об этом говорить. Опишите мне обстоятельства, при которых вы обнаружили труп.

Они подробно описали случившееся утром; в основном говорила Яо Шухань. В конце Фэн Лукуй принесла извинения:

– Простите, я открыла дверь и нарушила целостность места преступления.

– До того как ты это сделала, засов был полностью исправен?

– Я не могу быть полностью уверена, но вероятность весьма велика, – ответила Яо Шухань. – Ведь я лишь едва коснулась двери, как она распахнулась из-за прогнившего за это время засова, а убитой в свое время пришлось приложить немалую физическую силу, чтобы распахнуть ее полностью. Засов использовался уже очень много лет. Когда обнаружили тело Тан Ли, он также был задвинут и уже тогда был очень хрупким. Сломать его было не таким уж трудным делом.

– Трудным или нет, покажет экспертиза. – Он бросил взгляд на распахнутую дверь позади них и на сломанный засов, валявшийся на земле, затем кивнул. – Действительно, похоже, это было просто и под силу даже ученице. Не видно ни следов трения, ни льда на двери, так что изначально она, вероятно, не открывалась из-за того, что была задвинута на засов.

– Я тоже так считаю.

– Вам обеим ни к чему находиться здесь. Идите в тепло и немного отдохните. Вскоре, возможно, появятся еще некоторые вопросы, требующие уточнения.

– Я не против побыть здесь. – Яо Шухань повернулась к Фэн Лукуй. – Подожди в комнате учсовета.

Фэн Лукуй покачала головой:

– Я тоже не против.

– Я намекаю на то, что если вы двое не уйдете, то будете мешать нам работать.

– Офицер Хун, – обратилась к нему Яо Шухань, – я совсем не изменилась за прошедшие пять лет, в особенности в том, что касается любопытства. Начиная с этой минуты я буду беспокоить вас так же, как и пять лет назад.

– Во всяком случае желающих арестовывать тебя сегодня с нами здесь нет, делай что хочешь. – Уголки рта офицера Хуна слегка приподнялись. – Однако прошу вас соблюдать осторожность и больше не нарушать целостность места преступления, в противном случае я буду считать вас сообщницами.