Чтение онлайн

…третьему сомнительному моменту. Зачем Тан Ли стирать отпечатки пальцев с орудия убийства? Самая очевидная причина – чтобы защитить Лу Ин, которая издевалась над ней. Иными словами, убийцей был некто другой, а не Лу Ин. Он украл нож, чтобы ее подставить. Тан Ли, осмотрев нож, предположила, что на нем все еще могут оставаться отпечатки Лу Ин, и, опасаясь, что ее обвинят в убийстве, стерла их перед смертью. Итак, кто мог завладеть ножом?

Очевидно, что у Е Шаовань была такая возможность, но у нее не было причин убивать Тан Ли и пытаться все свалить на Лу Ин, к тому же она только что перешла в эту школу и вряд ли подозревала о существовании оружия. А что насчет У Сяоцинь и Хо Вэйвэй? Они явно были в курсе того, что у Лу Ин есть нож. Я специально спросила у Лу Ин, могли ли они украсть нож, и пришла к заключению, что такое было возможно. Лу Ин обнаружила пропажу ножа вечером накануне убийства около восьми часов. До этого времени У Сяоцинь и Хо Вэйвэй обе находились в комнате Лу Ин и Тан Ли. У них была возможность стащить нож, но не было способа не оставить отпечатки пальцев на нем. Поскольку им пришлось бы незаметно вытащить нож, пользуясь тем, что присутствующие чем-то отвлечены, боюсь, в столь короткий промежуток времени они бы не успели надеть перчатки или обернуть нож в носовой платок. Таким образом, они не могли быть уверены в том, что не оставят на ноже своих отпечатков.

Фэн Лукуй на мгновение умолкла, словно дав Гу Цяньцянь, чье лицо выглядело крайне озадаченным, переварить услышанное.

– Последний кандидат на кражу ножа – это сама Тан Ли. Иными словами, я склонна согласиться с выводами полиции, которая пришла к заключению, что это было самоубийство. Однако в этой версии также есть несколько спорных моментов. Во-первых, все то же орудие убийства, которое вновь ставит перед нами два небольших вопроса. Первый: как Тан Ли смогла выкрасть нож в четверг вечером, унести его и спрятать? Второй: каким образом Тан Ли смогла вынести нож в пятницу из общежития? На первый взгляд, и то и другое кажется невозможным. Согласно показаниям Лу Ин, когда в четверг вечером они пошли в столовую, она вышла чуть раньше, чем Тан Ли, то есть та могла стащить нож из кармана пальто, но тогда как позже ей удалось унести его и спрятать? Спрятать где? Если спрятать в общежитии либо все время носить с собой, то он обязательно будет обнаружен. Лу Ин сказала, что после ужина Тан Ли направилась в уборную. Возможно, в тот момент она и спрятала оружие? Но девушки перевернули все общежитие вверх дном, включая все туалеты и душевые, и не нашли нож, что, по-видимому, означает, что Тан Ли не брала его. Когда в пятницу ночью Лу Ин выгнала ее из общежития, на Тан Ли была только пижама, так что вряд ли нож мог быть при ней. Таким образом, это противоречит ранее сделанному мной выводу.

Во-вторых, следы. В ночь убийства выпал снег. В четверть третьего ночи после того, как снег прекратился, на земле остался плотный снежный покров. На площади около трех-четырех метров, разделяющей крытую галерею и окно женского туалета на первом этаже, осталась цепочка следов. Судя по направлению, человек шел от галереи к окну душевой. Кроме того, эти следы были оставлены резиновыми сапогами из уборной женского туалета. Пара резиновых сапог была найдена брошенной на полу душевой утром следующего дня. Оставивший эти следы человек умышленно переобулся в обычные резиновые сапоги, боюсь, по совсем неблаговидным соображениям. Скорее всего, их оставил убийца после того, как совершил преступление. И это тоже противоречит версии с самоубийством.

Однако все ранее описанные противоречия можно разумно объяснить. Что касается слов Лу Ин о том, что они с подругами перевернули все вверх дном, включая туалеты и душевые, то это весьма неточное описание. Должно быть, их поиски ограничились туалетами и душевыми на женской половине общежития, для входа в которую необходимо приложить электронный пропуск к считывающему устройству. Однако на мужскую половину общежития можно свободно входить и выходить. Тан Ли могла спрятать нож там, чтобы Лу Ин и компания его не обнаружили. Что касается того, каким образом она могла вынести нож в тот момент, когда Лу Ин выгнала ее из общежития, то нужно рассмотреть этот вопрос под другим углом. Я думаю, в тот момент она не успела вынести нож за пределы общежития. Сейчас я постараюсь воспроизвести обстоятельства той ночи.

Когда Тан Ли выгнали из общежития, при ней ничего не было. Около часа ночи Лу Ин открыла окно в душевой; вскоре Тан Ли залезла обратно в общежитие через окно, по крайней мере, до того, как прекратился снегопад, поэтому ее следов на снегу не осталось. Разумеется, она не знала, что это именно Лу Ин открыла окно, поэтому не осмелилась вернуться в их комнату. У нее созрел план возмездия Лу Ин. И хотя он мог стоить ей жизни, будучи сильно униженной, испытывая нестерпимую боль, она решила претворить его в жизнь – покончить с собой с помощью ножа соседки, сымитировав собственное убийство, и тем самым выставить Лу Ин убийцей. По этой причине она отправилась на мужскую половину общежития и взяла ранее спрятанный там нож. Она не беспокоилась, что на орудии убийства присутствуют отпечатки «жертвы». Вероятно, после некоторой мыслительной борьбы она наконец приняла твердое решение, вернулась в душевую, открыла окно и обнаружила, что снегопад уже закончился. Тогда если бы она направилась напрямик к галерее, то оставила бы следы, которые позволили бы идентифицировать ее личность и местоположение, что разрушило бы ее план. С другой стороны, после ее самоубийства полиция бы установила, что смерть наступила уже после того, как прекратился снег, и в этом случае, чтобы Лу Ин обвинили в убийстве, необходимо было оставить цепочку следов, ведущую к общежитию. Она указала бы на то, что Лу Ин вернулась к себе, совершив преступление.

Именно в этот момент Тан Ли в голову пришел хитроумный план, как убить двух зайцев одним выстрелом. К счастью, они с Лу Ин весили примерно одинаково, поэтому она могла подделать следы обуви Лу Ин. Тогда она взяла пару резиновых сапог из подсобки, переобулась и, держа в руках нож и свои тапочки, выбралась в окно и пошла задом наперед в сторону галереи, сфабриковав тем самым следы Лу Ин, возвращающейся после убийства.

В то же время перед ней стояла еще одна трудноразрешимая задача: что делать дальше с резиновыми сапогами? В идеале их, конечно, нужно было вернуть на место, но это невозможно было сделать, не оставив новых следов. За неимением лучшего решения их, по крайней мере, нужно было каким-то образом вернуть в душевую, чтобы полиция решила, что это Лу Ин сняла их там. Это провернуть было нетрудно. Тан Ли переобулась обратно в тапочки, стерла отпечатки пальцев с резиновых сапог, промокнула их рукавом пижамы, прицелилась в окно и зашвырнула их в душевую. Затем по крытой галерее она добралась до административного корпуса, дошла до конца коридора на первом этаже и ударила себя ножом. Причину подобного выбора можно объяснить тем, что она хотела представить все так, будто Лу Ин гналась за ней. Ее план должен был вот-вот осуществится. Однако в этот момент Тан Ли пожалела о содеянном. Возможно, она вспомнила счастливые времена, возможно, внезапно что-то осознала в этот роковой момент между жизнью и смертью. В общем, она решила не доводить задуманное до конца, однако было уже слишком поздно. Из раны хлестала кровь, она пульсировала, причиняя жестокую боль, как будто все ее тело раздирают на части; Тан Ли поняла, что обречена, но не захотела вредить Лу Ин. Тогда она открыла внутренний засов, вышла наружу и задвинула внешний, создав иллюзию «закрытой комнаты» в надежде, что полиция решит, что это было самоубийство, и закроет дело. В последние минуты своей жизни она достала нож, сложила его, тщательно протерла одеждой, стерев отпечатки Лу Ин, и позволила ему естественным образом выпасть из ее рук на землю, тем самым завершив картину места обнаружения тела.

Все вышеизложенное всего лишь мои умозаключения. Несмотря на то что я не опровергла официальные результаты полицейского расследования, по крайней мере, мне удалось прояснить некоторые сомнительные моменты. Я думаю, что пять лет назад все могло случиться именно так.

Закончив свою речь, Фэн Лукуй глубоко вздохнула, взяла стоящий на столе бумажный стаканчик и залпом допила виноградный сок. Сидевшая по левую руку от нее Се Цайцзюнь торопливо схватила пластиковую бутылку, стоявшую у ее ног, и хотела наполнить стаканчик Фэн Лукуй, однако та отказалась.

– В представленном мной выводе есть слабые места?

Очевидно, что ответ на этот вопрос могла дать только Яо Шухань.

– Весьма впечатляюще. Как развязка для детективного романа твои выводы вполне приемлемы. Опытный писатель может использовать такое объяснение, чтобы создать полноценный роман, и менее придирчивые читатели не оставят негативных отзывов. Однако подобные рассуждения в реальности, скорее всего, не сработают. В конечном итоге они больше похожи на результат развлечения, не более.

– Вы считаете, что мои выводы – это просто интеллектуальная забава?

– Не то чтобы интеллектуальная забава, скорее сочинение на заданную тему. Ты всего лишь объединила известные улики. Используя все имеющиеся доказательства, ты записала их, составив сочинение, заслуживающее высшего балла, однако я не могу привести ни одного довода в пользу или против того, что твои выводы соответствуют истине.

– Я тоже.

– Не падай духом, твоя работа действительно впечатляет. Я могу помочь тебе оформить все рассуждения в архивный файл.

Очевидно, Фэн Лукуй заранее морально подготовилась к такой обратной связи. На самом деле гипотеза, только что представленная на суд собравшихся, была одной из многих, которые она рассматривала. Это решение было достаточно сложным и никому не вредило, поэтому она в конце концов остановилась на нем. Яо Шухань была права, критерием выбора этой гипотезы в первую очередь была ее «развлекательность».

– Учительница Яо крайне строга, – заметила Гу Цяньцянь. Она явно была недовольна. – Возможно, вы почувствовали ревность, когда Фэн Лукуй привела исчерпывающие доводы гипотезы, которые сперва, по собственным словам, не могла доказать?

– Вот уж нет. Я довольно много размышляла и приходила к тем или иным заключениям, однако все они были подвергнуты сомнению мной же, возможно, потому, что я слишком осторожна в своих суждениях.

– Я тоже понимаю вашу осторожность, – подхватила Фэн Лукуй. – Тогда, делая выводы, решая задачи, можно было действительно повлиять на чью-то судьбу. Если бы учительница с самого начала наспех пришла к тем же выводам, что и я, а затем поделилась своими догадками, не говоря уже о том, если бы к ней прислушалась полиция, человек, в котором учительница опознала бы убийцу, наверняка был бы подвергнут изоляции и травле, не так ли? Рассуждения для вас – очень серьезное занятие, и вы не можете делать выводы спустя рукава, поскольку они влияют на реальное положение дел. И все же, Гу Цяньцянь, для чего мы вновь ворошим это старое дело?