Чтение онлайн

Услышав вопрос, Се Цайцзюнь не ответила, а молча низко опустила голову. Сидевший рядом с ней Чжэн Фэнши, похоже, хотел что-то сказать, но промолчал.

– Сперва я подумала, что ты могла выйти вместе с другой ученицей, но быстро отмела эту версию. Во-первых, когда ты давала показания полиции, то утверждала, что спала до семи утра, а Мэн Тэнфан вышла из общежития раньше семи. Се Чуньи однозначно утверждала, что никто не выходил из общежития вместе с ней. И наконец, Се Чуньи, помимо этого, указала, что когда она спустилась на первый этаж, то увидела Ду Сяоюань, и, хотя их разделяло некоторое расстояние, она не упоминала, что перед той был еще кто-то. Иными словами, вместе с Ду Сяоюань ты тоже не могла покинуть общежитие.

С этими словами Фэн Лукуй достала другой листок с таблицей, в которой самостоятельно упорядочила всех входивших и выходивших.

– Поэтому, Се Цайцзюнь, ответь наконец, во сколько ты покинула женскую половину общежития?

18:18 – Ду Сяоюань (вход)

19:52 – Се Чуньи (вход)

20:14 – Ду Сяоюань (выход)

20:20 – Ду Сяоюань (вход)

20:44 – Мэн Тэнфан (вход)

21:16 – Се Цайцзюнь (вход)

06:42 – Мэн Тэнфан (выход)

06:43 – Мэн Тэнфан (вход)

06:46 – Мэн Тэнфан (выход)

07:30 – Ду Сяоюань (выход)

07:31 – Се Чуньи (выход)

Се Цайцзюнь по-прежнему молчала.

– Раз уж ты не хочешь говорить, позволь я отвечу за тебя. В тот вечер ты не собиралась ночевать в комнате Гу Цяньцянь. После того как ты приложила ее электронный пропуск к считывающему устройству у железной калитки, то тут же развернулась и направилась вместе с Чжэн Фэнши в его комнату, где вы и провели всю ночь вместе. Таков был твой изначальный план.

Чжэн Фэнши наконец заговорил:

– Это я настаивал, чтобы она так поступила. Не нужно ее винить. Во всем виноват только я.

– Уже неважно, чья это вина, по крайней мере, перед фактом убийства. – Фэн Лукуй посмотрела прямо в глаза Чжэн Фэнши и продолжила: – Ты все еще не понял? Я уже доказала, что все девушки, оставшиеся ночевать на женской половине общежития в ночь убийства, невиновны. Так же, как невиновны и ты с Дун Эньцунем, и комендант общежития. Но только что я доказала, что в ночь убийства на мужской половине общежития ночевал еще один человек, которого убитая, по всей вероятности, не знала… – В конце концов Фэн Лукуй озвучила свою версию: – Се Цайцзюнь и есть убийца У Гуань.

Не успела она договорить, как Чжэн Фэнши вскочил:

– Цайцзюнь, она… Зачем ей было это делать? У нее не было мотива убивать У Гуань.

– У нее действительно не было мотива, – со зловещим спокойствием ответила Фэн Лукуй. – Как я уже сказала, это было непреднамеренное убийство, возможно, даже совершенное из самообороны. Полагаю, в ту ночь Цайцзюнь покинула общежитие, когда ты уже крепко спал. В то же самое время У Гуань тоже пришла в школу. Обе по собственным причинам, о которых другие знать были не должны. На первом этаже административного корпуса они встретились, вспыхнула ссора, а затем разыгралась трагедия. Не знаю, зачем У Гуань пришла той ночью в школу, однако, со слов Се Цайцзюнь, кое о чем можно догадаться. У нее так же, как и у меня, был ключ от комнаты учсовета, в которой хранятся ключи от других помещений. На момент убийства до итогового экзамена оставалась всего неделя. С учетом времени, необходимого для доставки заданий и копирования, учитель, ответственный за это, уже должен был закончить редактировать задания. Цайцзюнь, скорее всего, собиралась посмотреть экзаменационные задания.

– Все это только твои домыслы.

Несмотря на эти слова, физически крепкий Чжэн Фэнши, казалось, был опустошен услышанным. Его колени задрожали, и он медленно опустился обратно на стул.

– Да, это всего лишь мои предположения, только она может открыть нам истинную причину. – Фэн Лукуй перевела взгляд на Се Цайцзюнь. – Скажи что-нибудь.

Се Цайцзюнь не смела поднять глаз на Фэн Лукуй, только покачала головой:

– Это не я.

– Ты можешь отрицать свою причастность, в любом случае прямых улик, доказывающих, что это ты, нет. Заявить на тебя в полицию я тоже не смогу. Однако я не могу закрыть глаза на то, что ты осталась ночевать в спальне в мужской части общежития. Это серьезное нарушение правил школы, и, полагаю, тебе придется уйти с поста. Члены учсовета, совершившие подобные проступки, также проходят подозреваемыми по делу об убийстве. Я несу за это полную ответственность и уже подала в отставку, как и Гу Цяньцянь, одолжившая тебе свой пропуск.

– Вы обе не обязаны это делать. Это не ваша ответственность, а целиком моя вина. Я уйду из школы по собственной инициативе, – сказала Се Цайцзюнь. – Но я не убивала У Гуань. Хотя моим словам, конечно, никто не поверит…

– Мы все хотим тебе верить, но ты уже солгала однажды, так что, скорее всего, солжешь снова. Мне жаль, но мы больше не можем тебе доверять, по крайней мере, я не могу. Если бы не убийство, то я бы тебя прикрыла, но не теперь. На этот раз я действительно ничем не могу помочь.

Се Цайцзюнь склонила голову еще ниже, волосы полностью скрыли ее лицо, слезы стекали по прядям.

– Что мне делать?! Что… – в отчаянии вскрикнула она, но очень тихим голосом. Возможно, это был предел ее громкости.

Се Цайцзюнь схватила сумку, стоявшую у ее ног, дернула молнию и вытащила длинный синий предмет, сжала в руке, а затем медленно встала, опрокинув кованый стул, и попятилась назад. Раздался звук, с которым выдвигается лезвие канцелярского ножа. Она приставила его кончик к своему горлу, дрожа всем телом.

– Цайцзюнь! – Чжэн Фэнши вскочил, однако она остановила его:

– Не подходи!

– Цайцзюнь, не делай глупостей! Твоя школьная жизнь, возможно, сейчас закончилась, но твоя человеческая жизнь нет! Неважно, убила ли ты У Гуань, ты можешь жить дальше, не нужно делать эту ошибку. Нужно продолжать жить… – Фэн Лукуй заколебалась. – Продолжать жить, как будто ничего не случилось.

– Не время для подобных речей, – не выдержала Гу Цяньцянь. – Я не позволю тебе уйти. Вас накажут, и, скорее всего, сурово, но не исключат. Я это гарантирую. Если вы вдвоем всецело возьмете на себя ответственность, то эту трудную ситуацию мы преодолеем.

– Хватит. – Се Цайцзюнь покачала головой. – Даже если я останусь в школе, что будут обо мне думать? Разве не ты считаешь меня убийцей? Нет, даже если все обстоятельства прояснятся, в глазах других я буду просто шлюхой, которая ночует в общежитии для парней. Ведь я… я… я действительно такая!

– Я не могу позволить тебе нести единоличную ответственность, – встрял Чжэн Фэнши, – я тоже…

При этих словах все это время сохранявшая молчание Яо Шухань встала, подняла голову, сделала глубокий вдох, снова тяжело вздохнула и устремила взгляд на съежившуюся Се Цайцзюнь, а затем сказала бесцветным голосом одну фразу, после которой сжимавшая в руке канцелярский нож девушка повалилась на пол:

– Тан Ли и У Гуань убила я.

Дождавшись, пока Чжэн Фэнши под руки отвел Се Цайцзюнь на место, она продолжила:

– Гу Цяньцянь, подруга, помнишь, как тем вечером вы пришли в библиотеку поговорить со мной? Тогда я рассказала вам, что когда училась в старших классах, то по ночам сбегала в оранжерею. Тебе не показалось это странным? Оранжерея открыта только в полдень и после занятий, в остальное время она заперта. Как же я могла свободно входить и выходить из нее по ночам? Вы должны были догадаться о причине: так же, как и у Се Цайцзюнь, у меня был ключ от комнаты учсовета. Во время расследования убийства Тан Ли меня не было в списке подозреваемых, потому что я спряталась в учебном корпусе. Полиция думала, что тот заперт, однако это было не так, потому что я взяла ключ от учебного корпуса в комнате учсовета и спряталась в нем, заперев дверь изнутри. Тогда-то я и приметила Тан Ли в окне второго этажа.