Чтение онлайн

Молчание затянулось, и Лили почувствовала, что сейчас взорвётся.

— Что, не будет комментария о том, насколько глупым и импульсивным было моё решение? — она раздражённо вздохнула. На самом деле, в его словах ранее была доля правды, и это её сильно расстраивало. Она обнаружила, что ей важно, что он думает о её решениях.

— Нет. Теперь я понимаю. Ты дала мне надежду, на самом деле, для освобождённых людей. Если они будут хоть наполовину столь же преданными, как ты, и столь же храбрыми, у них может быть шанс.

У Лили задрожали колени, и её глаза защипало от неожиданного и искреннего замечания. Это был не комплимент, скорее утверждение факта, но для Лили это было даже лучше. Узел в глубине её души, казалось, ослаб. Она быстро поблагодарила его и отступила дальше в лес.

Он издал небольшой рык позади неё и последовал.

— Однако, я видел только одного человеческого мужчину, так что, если все женщины не имеют твоих навыков выживания, они могут не справиться.

И вот, раздражение Лили вернулось. Она сдержалась, пытаясь убедить себя, что его комментарий не имел целью унизить женщин в целом. Её сдержанность длилась недолго, прежде чем она резко повернулась к нему.

— И почему количество мужчин должно определять, насколько легко женщины могут выжить? Я здесь выживала несколько недель без помощи какого-либо мужчины.

На его лице мелькнуло удивление из-за внезапного ответа на его комментарий, затем его глаза сузились.

— Ты, маленькая женщина, настоящая загадка. Я просто предположил, что мужчины твоего вида, вероятно, учились драться в школе, как наши мужчины, и поэтому были бы полезны в такой ситуации.

— Мужчины здесь учатся драться в школе?

Он пожал плечами и пошёл мимо неё, взяв на себя роль ведущего.

— Зависит от того, откуда ты родом. Мне пришлось научиться в школе мужества, но не все города это требуют.

Лили прокрутила в памяти, пытаясь вспомнить, были ли драки в школьной программе. Она никогда не ходила в обычную школу, но была почти уверена, что сражение не было частью стандартного учебного плана.

— Так ты фермер?

— Фермер? — он изучал местность, не особо обращая внимание на неё, затем указал на свободное место на земле. — Это подойдёт?

— Если только ты не хочешь, чтобы тебя проткнуло этой сухой веткой, — она быстро указала на мёртвую ветку на верхушке дерева, которая опасно нависала над поляной. — Школа мужества. Это школа для фермеров, да? Животноводов.

Веракко нахмурился на ветку, как будто пытаясь силой воли заставить её упасть. Затем её слова, кажется, дошли до него, и его брови сдвинулись.

— Возможно, это странный перевод. Возможно, нет прямого эквивалента в твоём языке, поэтому переводчик иногда использует приближённые или устаревшие слова.

— Мы учимся управлять женой и домашним хозяйством в школе мужества, а не животными.

Лили смотрела на его отступающую спину, пока он уходил дальше в лес, и ей пришлось сдерживаться, чтобы не вздрогнуть. Управлять женой? Неудивительно, что этот парень имел низкое мнение о женщинах; их учили сексизму с раннего возраста.

Она шла за ним. Сдерживайся. Это не твоя планета, не твоя культура. Ты не знаешь достаточно, чтобы судить. И кто ты, чтобы судить?

— А как насчёт этого места?

Лили осмотрела участок с стиснутой челюстью. В нескольких шагах она заметила лужи стоячей воды.

— Если на этой планете не бывает комаров, тогда, конечно, — её голос вышел более резким, чем она собиралась.

Он нахмурился на неё.

— Ты хочешь мне что-то сказать?

До того как она успела остановить себя, слова сорвались с её губ.

— Управлять женой? Как женщины относятся к тому, что ими управляют, как банковским счётом? Чему там вообще учат? Как успокоить женскую истерику или как заставить её приготовить идеальный ужин?

К её абсолютному удивлению, на лице Веракко появилась широкая улыбка, и он рассмеялся, затем слегка покачал головой.

— Ты даже не понимаешь, насколько ты далека от истины, — он продолжил искать подходящее место для лагеря, но через плечо добавил, — И, кстати, из всех женщин, которых я когда-либо встречал, ты, несомненно, наиболее склонна к истерике.

Лили достала из своей сумки маленький коричневый орех и бросила им в широкую спину Веракко. Он напрягся, глядя на упавший орех. Наклонившись, удерживая дрова, он поднял маленький шарик. Взглянув в её глаза, он расколол сухую оболочку своими коренными зубами, затем положил ярко-жёлтый орех в рот.

— Ты только что подтвердила мою точку зрения.

У Лили, казалось, из ушей выходил пар. Скрестив руки, она закрыла глаза и медленно дышала. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Лили попыталась сосредоточиться на своем отце и на всех способах, которым он её научил контролировать эмоции, урок, в котором она никогда не была особенно успешна. Когда она снова открыла глаза, Веракко ждал с нетерпением.

— Ты можешь помочь мне найти место для лагеря, раз тебе не нравится ни одно из выбранных мной мест? — сказала она.

Она надменно улыбнулась.

— Это потому, что ты сделал ужасные выборы.

Вена на его шее пульсировала снова, и она почувствовала некоторое удовлетворение.

Она прошла мимо него, игнорируя приятный запах кедра, который он источал, и заставила себя сосредоточиться на задаче. Через несколько минут молчания она заметила поляну среди больших валунов и, не говоря ни слова, начала устанавливать лагерь.

Веракко бросил дрова рядом. Лили чувствовала его взгляд на себе, но не хотела терять свой вновь обретенный покой, признавая его. В чём-то он был прав: она никогда не была так близка к истерике, как за время, проведённое в этом лесу. Даже когда она проснулась в камере, она была менее подавлена.

Испытания последнего месяца, казалось, наконец начали её догонять, а этот мужчина только усиливал все эмоции, которые она подавляла. В таких условиях это было опасно. Лили отвлеклась, представляя, что бы Алекс подумала о Веракко. Она улыбнулась, представляя все случайные кинематографические сравнения, которые Алекс могла бы сделать с этим привлекательным голубовато-зелёным парнем.

Её улыбка поблекла; Веракко, вероятно, предпочёл бы Алекс, чем её. Он мог бы заботиться о ней, и Алекс позволила бы ему это. Это всегда была проблема в отношениях Лили: она была слишком независимой, чтобы мужчины чувствовали себя комфортно. Почему они всегда хотели, чтобы она в них нуждалась? Разве не лучше, если она может обходиться сама?